Иван Шаман – Граф Суворов. Книга 12 (страница 7)

– У меня нет времени играть с тобой в игрушки. Орден выполнял свои функции, преследовал собственные цели, и у меня почти не было на него влияния. А сейчас это уже не важно, – ответил Борис. – Если ты сумеешь вылечить завтра высшее командование, тем посрамишь сразу всех докторов в мире…

– Я занимал это тело с рождения, если для вас это что-то значит, – сказал я, заставив императора вздрогнуть. – Только, в отличие от остальных, не забыл прошлой жизни. И да, это неуникальный случай и не что-то фантастическое. Таких мастеров много, и они живут по всей земле.

– Ты чужак, – поджав губы, проговорил Борис. – Паразит в теле моего восемнадцатилетнего сына. Любой нормальный родитель предпочёл бы убить тебя и избавить себя и это тело от страданий, от неестественного существования. Но я не могу так поступить, ведь иначе прервётся наша династия, будет риск развала страны.

– Но внуки мои смогут претендовать на трон? – спросил я. – А если их души тоже окажутся пробуждёнными?

– Снаряд два раза в одну воронку не падает, – усмехнулся Борис Владимирович.

– И всё же? – спросил я, с трудом сдерживаясь. – Я ведь могу и поспособствовать этому процессу, провести перерождение. Открыть канал…

– Если ты так мне угрожаешь – это очень плохая идея и закончится для тебя всё вовсе не так радужно. В конце концов, физиологические функции может исполнять и тело в коме, достаточно нескольких препаратов для эрекции и подпитки тела, – жёстко сказал Борис. – Я же даю тебе, чужаку, возможность наслаждаться жизнью и помогать мне и моим советникам в правом деле. А возможно, и стать одним из самых важных для страны людей. Когда появятся наследники.

– Как вы так запугали Екатерину? Чем? Тем, что убьёте ребёнка не от вас? – не выдержав, спросил я. – Или лишили её силы, перенастроив личный кристалл? Она говорила, что не знает, как инициирует кристаллы, лишь выполняет заранее прописанные процедуры, почти от неё не зависящие.

– Ну хоть в чём-то она не стала врать, – усмехнулся Борис. – Теперь она и вправду не сможет больше инициировать кристаллы, и много ещё чего не сможет. Но главное – я рассказал ей правду, тот кусочек правды, что её разум смог вынести. Ей, в отличие от вас, я могу доверять.

– Усыновите одного из многочисленных двоюродных племянников, и дело с концом, – выпалил я, и вдруг заметил в глазах императора гнев вперемешку со страхом. – Вы не можете… почему?

– Беседа окончена, ты знаешь, что должен делать, – сказал Борис, но я уже ухватил за хвост вертевшуюся в голове мысль.

– Не можете, потому что вам придётся для этого вернуться на престол и хоть на время возглавить страну? – быстро проговорил я, увидев в глазах императора, что движусь в верном направлении. – А вы и это не можете сделать? Но почему? У вас полно сил, как выясняется есть верные помощники. Пара месяцев пропаганды и волшебное спасение будет у всех на устах…

– Александр, остановись, – приказал император, но меня уже понесло.

– Если вдруг поверить вашим словам про заботу об империи и её гражданах, значит, сев на трон, вы навредите всем нам, – быстро проговорил я, создавая многослойную защиту и готовясь в любую секунду начать круговую оборону прессами. – Что плохого в том, что вы сядете на престол? Как вообще это может помешать хоть кому-то, если не брать в расчёт ваше прагматичное отношение к подданным?

– Довольно! – отрезал Борис Владимирович, и я почувствовал мгновенно возросшую опасность, но не умер в огненной вспышке и не превратился в блин, чего не без причины опасался, а просто оказался заключён в конструкт-цилиндр, спеленавший меня по рукам и ногам. Даже рот плотно закрывал удивительно стабильный пресс.

– Молчание – золото, так что держи свои мысли при себе. Я не вернусь на престол. И тебе его занять не позволю, – жёстко сказал Борис, приблизившись ко мне. – И даже если сейчас ты считаешь это несправедливым наказанием, позже, когда ты сам станешь отцом, возможно, меня поймёшь. И в любом случае будешь благодарен.

Я безуспешно попытался разрушить конструкт собственным. Пробить прессом или создать на прижатых к телу кулаках когти ветра, но все они рассыпались под плотными конструктами императора, в которых, казалось, была бесконечная прочность. И всё же они были обычными объёмными конструктами, а у меня было особенное оружие.

Не меч, не пробойник – они были слишком велики для цилиндрической тюрьмы. Но вот крохотный перстень-кастет. Миг и он вспыхнул на моём пальце, разрушив оковы и подпалив мне кожу. Пришлось тут же менять его конфигурацию, но когда я выпрямился с огненным мечом в руках, вокруг меня уже полыхало настоящее море, в центре которого спокойно, с нескрываемым интересом стоял император.

– Неплохо, чужак. Будь тебе на самом деле восемнадцать, я бы сказал, что ты гений, – усмехнулся Борис. – А так, кто его знает, с какими сведениями ты пришёл. Включая духовные практики. Но это не отменяет главного. Держи язык за зубами. Иначе навредишь не только себе, но и всем вокруг.

Миг, и пламя окрашивается в синий цвет, затем его языки вздымаются к самому потолку и начинают оседать крупными снежинками, быстро превращающимися в град, а затем и в бьющие по голове небольшие камушки. Ещё миг, и наваждение исчезает вместе со всеми конструктами, и только валяющиеся на полу небольшие градины и песок напоминают о том, что всё это вполне реально.

– Все стихии… – проговорил я. – Значит, можно освоить их все…

– Ты даже не представляешь всех возможностей одарённых в этом мире, – усмехнулся император. – Даже не представляешь… Как и опасности, что они несут. Так что, да, кое в чём я согласен даже с Асклепием – контроль нужен. И ты мне поможешь его установить. А в награду я подарю тебе возможность продолжать жить этой иллюзией, в которой ты вечный цесаревич, пользующийся всеми благами и привилегиями.

С этими словами император развернулся и вышел, оставив меня размышлять в гордом одиночестве. Что такого он не мог и не хотел мне рассказать, что угрожало самому моему существованию. Чем я мог таким разразиться? Сказать, что он сбежал и присоединился к… Тесле? И что в этом такого опасного?

В любом случае, сегодняшний разговор оказался крайне информативен. Даже если не брать в расчёт призрачную угрозу, я увидел, что можно владеть сразу всеми стихиями, а главное – понял, что пока, при нормальном поведении, мне ничего не грозит. Возможно, я даже стану регентом при своих несовершеннолетних детях.

Или кем-то большим, чем даже император, уж слишком расплывчатые были у Бориса формулировки.

Глава 4

Утро начинается… не знаю у кого как, у меня оно просто стало плавным продолжением ночи. Прямо из зала совещаний я отправился в строящийся палаточный городок. Пальцы восстановились, и я начал лечить людей, пока мои помощники высаживались на другой стороне Петрограда и добирались до места.

Первые группы прибыли на рассвете, благо весна уже потихоньку вступала в свои права и, несмотря на пасмурное небо, солнце всходило довольно рано. Я как раз заканчивал стабилизацию офицеров генштаба и проверил, как себя чувствует Морозов и компания. Удивительно, но восстановления контуров меридианов хватило, чтобы разложение и искажение остановились.

– Доброе утро, рыцари! – усмехнулся я, глядя на мрачные ряды своей первой роты и пятьдесят лучших. – Сегодня у нас начинается погружение в удивительный внутренний мир человека. Раньше вы в него лазили только своими немытыми руками, клинками и пулями, а сегодня придётся освоить более тонкие материи.

– Те, кого я готовил для проверок и использование истинного зрения, два шага вперёд. Стройтесь слева, – приказал я, махнув рукой в условном направлении. – Остальные, слушай мою команду. Медитация восстановления, вторая базовая форма, концентрация на ладонях. Ваша задача – сосредоточить всю энергию в основании правой ладони, в то время как левой вы поддерживаете круговорот. Задача понятна?

– Так точно! – ответили почти сто человек, только недавно дошедших до духовных техник воплощения. При этом проходившие мимо офицеры и солдаты смотрели на нас как на дебилов. Впрочем, никого это особенно не напрягало.

– Приступайте, через пять минут проверю, – сказал я и, дождавшись, пока народ рассядется под наспех натянутыми навесами, подошёл к своим первым соученикам. – Теперь вы, дамы и господа. Ваша задача куда сложнее. Первое – вам придётся одновременно держать истинное зрение и вливать энергию в указанною мной точку. Всем активировать третий глаз, сейчас я продемонстрирую, что именно нужно делать. И раз. И два. И три. Все увидели? Ещё раз…

Как это обычно в таких ситуациях и бывает – ну тупые. Раз объяснил – не понимают. Два раза объяснил – не понимают. Третий раз объяснил… Сам всё понял, а они всё равно не понимают! К счастью, на пятый ни у кого вопросов не осталось, и, проверяя их состояние, я был вынужден признать, что, да, работает. Понятно, с первого раза ничего толком не выйдет, но от них многое и не требуется.

– Делимся на десятки. Первый десяток обрабатывает пациентов по моей схеме, остальные отдыхают. Смена после каждого пациента, – сказал я ещё более хмурым, чем час назад, соратникам. – Выкладываетесь и сразу на восстановление. Вторая и пятая формы. Всё ясно?