Иван Петров – Кибербио (страница 2)

— Что случилось? — спросил он, садясь рядом.

Она молчала. Потом взяла его руку, положила себе на живот.

— Я беременна, — сказала она.

Кейташи замер. Его лицо ничего не выражало — он просто смотрел на нее. Потом медленно убрал руку.

— Срок? — спросил он.

— Четыре-пять недель.

— Ты была у врача?

— Да.

Он кивнул. Посидел молча несколько секунд. Потом заговорил — спокойно, размеренно, как на лекции:

— Вот это поворот. Хорошо, что срок маленький. Еще можно сделать медикаментозный аборт.

Химари почувствовала, как внутри нее что-то оборвалось. Она ожидала растерянности, может, радости или вопросов. Но не этого. Не такого делового, холодного тона.

— Зачем прерывать беременность? — спросила она, стараясь говорить ровно. — Мы же все равно хотели пожениться после института. Нам не нужна пышная церемония, просто зарегистрируем брак. Мы любим друг друга. Разве нет?

— Конечно, мы любим друг друга, — сказал он мягко. — Но подумай хорошенько. Если сейчас родишь — ты не сможешь нормально сдать экзамены. Все, к чему ты стремилась, пойдет прахом.

Она хотела возразить, но он продолжал:

— Ты не сможешь работать сразу после выписки. Денег на няню у нас нет. Когда ребенок подрастет, и ты сможешь выйти на работу — уже потеряешь часть квалификации. Неизвестно, сможешь ли восстановить.

— Мы справимся, — тихо сказала Химари.

— Вся нагрузка по содержанию семьи ляжет на меня. — Голос Кейташи стал тверже. — Ты подумала обо мне? Я не смогу продолжить обучение. Буду работать как папа Карло. — Он усмехнулся. — У которого три Буратино.

Она молчала.

— Если мы сохраним этого ребенка, — продолжал он, — все, о чем мы мечтали и к чему стремились, рухнет. Зачем нам это? Давай поработаем лет пять после института. Создадим подушку безопасности. Приобретем репутацию. И тогда сможем приступить к продолжению рода. Мы же с тобой медики и должны подходить к этому рационально. Выбрать правильный момент. Учесть все за и против.

Он замолчал. Посмотрел на нее. И вдруг улыбнулся — той самой улыбкой, от которой у нее когда-то екнуло сердце.

— Мы справимся, Химари. Я люблю тебя. Мы сделаем все правильно.

Он обнял ее. Крепко, надежно, как раньше. Поцеловал в губы, в щеку, в шею. Химари не возражала. Она вообще не знала, что делать.

Они занялись сексом. Прямо там, в его машине, на парковке у клиники. Химари позволяла ему делать все, что он хотел, но внутри была пуста. Ее тело двигалось, реагировало, но она не чувствовала ни боли, ни удовольствия. Только холод.

Когда все закончилось, она быстро оделась и вышла.

— Я позвоню тебе завтра, — сказал Кейташи.

Она кивнула и ушла не оборачиваясь.

По дороге домой, сидя в вагоне метро, думала о сложившейся ситуации. Конечно, Кейташи в чем-то прав, все его доводы казались абсолютно логичными и правильными, он поступал именно так, как и должен прагматичный человек, идущий к своей цели. В этот момент пришло сообщение на телефон. Химари прочитала: «Вам перевод от Кейташи Акияма». И сумма. «Прости, что сразу не предложил компенсировать расходы, совсем потерял от тебя голову. Скажи мне, как все будет хорошо».

Прочитав это сообщение, Химари слегка передернулась. Хотя что тут говорить — парня она выбирала сама. Не то чтобы он ей не нравился, но без ума от любви к нему она никогда не была. За ней ухаживало достаточно юношей, но она выбрала самого предсказуемого и надежного. Именно такого, который будет всегда рядом, поддерживать и помогать, при этом не будет настолько хорош, чтобы его пытались отбить толпы девушек. Она искала противоположность своего отца, того, кто не бросит ее. Перед ней стоял образ одинокой матери, которая так и не смогла построить новую жизнь. Такого для себя Химари не хотела.

А что теперь? С одной стороны, парень не собирался ее бросать. С другой — он впервые так явно предстал перед ней как бездушный робот, запрограммированный только на принятие правильных решений.

Но Химари хотела сохранить ребенка. На это ее толкало бессознательное, те женские и материнские инстинкты, которые начинали превалировать над разумом. Мозгом она понимала, что без этого ребенка она будет лучше, качественнее жить. Но душа и все животное существо противилось этому. К тому же ее эгоистический разум восставал против парня, который не захотел взвалить на себя обязанности кормильца и подчиниться ее воле, а указал на необходимость учитывать и его планы на жизнь. Тем самым он напомнил ее отца, который свои интересы поставил выше семьи.

Все эти мысли крутились в голове девушки в течение всей дороги домой. Окончательного решения она так и не приняла. Придя к себе, она поздоровалась с матерью. Та смотрела какой-то сериал. Химари разогрела себе ужин, поела. Завтра начинались выходные, и она решила в течение них принять решение.

Солнце уже давно встало над Токио, но Химари все лежала в кровати, глядя в потолок. Телефон молчал — Кейташи не писал. Она не знала, радоваться этому или огорчаться. Может, он ждал, что она сама примет решение. Или ему было все равно.

Она села, провела рукой по лицу. Сон не принес облегчения — она просыпалась каждые два часа, и каждый раз в груди ощущалась тяжелая, ноющая пустота. Но нужно было вставать и что-то делать.

Умылась холодной водой. Посмотрела в зеркало — лицо бледное, под глазами тени. Несмотря на отсутствие аппетита, она заставила себя съесть тост и выпить чай. Мать уже ушла на работу, оставив записку с пожеланием хорошего дня и несколькими иероглифами про то, что она ее любит.

Химари приклеила записку на холодильник, как делала всегда, и села за ноутбук.

Открыла браузер. Пальцы дрожали. Набрала в поиске: «медикаментозный аборт, как происходит, последствия».

Первая же ссылка отправила ее на сайт клиники. Там было написано просто и сухо: «Прием таблеток на ранних сроках, выкидыш в домашних условиях, возможные осложнения». Химари перешла на форум. Там женщины писали о своем опыте — кровотечения, боли, страх, что таблетки не подействовали. Кто-то плакал. Кто-то говорил, что это было легко и быстро. Кто-то признавался, что после аборта впал в депрессию и не мог простить себя.

Она читала и чувствовала, как внутри все сжимается. Ей стало трудно дышать. Сердце колотилось — кажется, даже сильнее, чем на пробежках. Она попыталась сделать вдох, но воздух не доходил до легких. В ушах зашумело. Руки задрожали.

«Паническая атака, — поняла она. —Сейчас начнется».

Она резко захлопнула ноутбук. Откинулась на спинку стула, закрыла глаза, начала считать до десяти. Медленно. Глубоко. Один, два, три... на пятом счете дыхание выровнялось. На седьмом — сердце перестало биться как бешеное.

— Все в порядке, — прошептала она. — Все в порядке. Ты справишься.

Она открыла ноутбук снова, но на этот раз открыла Netflix. Выбрала комедию — какую-то глупую, с нелепыми шутками и предсказуемым сюжетом. Но даже смех за кадром не мог успокоить ее. Она смотрела на экран и ничего не видела. Мысли были далеко.

«Какой выбор я должна сделать? — думала она.— Если оставлю ребенка — я не закончу институт. Или закончу, но с худшими результатами. Не смогу работать. Буду сидеть с матерью, зависимая от нее, пока Кейташи будет строить карьеру. Он уйдет или останется из чувства долга, но будет ненавидеть меня. А если я сделаю аборт — смогу доучиться. Стать стоматологом. Зарабатывать. Жить своей жизнью. Родить потом, когда буду готова».

Она хотела с кем-то посоветоваться. Позвонить матери, подруге, кому угодно. Но тотчас отбросила эту мысль. Мать будет волноваться. Подруги начнут сплетничать. Кейташи уже сказал свое слово — и это слово не оставляло места для сомнений. Кроме того, были вопросы стыда... она не могла представить, чтобы кто-то узнал о ее положении. В японском обществе беременность без брака — это позор. Даже сейчас, в двадцать первом веке.

«Я должна решить сама, — сказала она себе. —И не хочу, чтобы кто-то принимал решение за меня».

Она встала, переоделась в спортивный костюм, сунула ноги в кроссовки. Пробежка всегда помогала. Когда тело уставало, голова становилась яснее.

Она выбежала из дома и сразу почувствовала прохладный утренний воздух. Токио уже жил своей жизнью — машины, люди, звуки. Химари бежала по набережной, вдоль реки. Дыхание становилось ровнее, ноги несли тело вперед, а мысли начинали укладываться в стройные ряды.

«Карьера, — думала она. —Я хочу быть стоматологом. Это моя мечта с детства. Я хочу помогать людям избавляться от боли, хочу быть независимой. Зарабатывать сама. Не зависеть ни от мужа, ни от матери».

Она вспомнила, сколько сил потратила на поступление. Сколько ночей сидела над учебниками. Сколько экзаменов сдала. Неужели все это должно пропасть из-за одной случайности?

«Ребенок — это навсегда, — продолжила она. —Восемнадцать лет ответственности. Или больше — сейчас дети сидят на шее у родителей до тридцати. Я не хочу этого, хочу жить своей жизнью, а не жизнью матери».

Она сделала еще один круг. Ноги начали уставать, но мысли двигались быстрее.

«Родить я еще смогу, — решила она.— А вот построить успешную карьеру будет гораздо тяжелее. Особенно если я выпаду из учебного процесса. В медицине это фатально — пропустишь год, и все, ты уже неконкурентна. К тому же... к концу института всех нормальных мужчин уже разберут. А с ребенком найти хорошего мужа будет в разы сложнее».