Иван Неклютин – Виконт. Том 1 (страница 56)

***

К завтраку Мари вышла тихая и смущенная. Она коротко поздоровалась и села за стол. Когда горничная поставила перед ней тарелку, она вздрогнула и густо покраснела. В зале повисла тишина. От вчерашней злой на слова и обиженной на жизнь женщины не осталось и следа. Не зная, что сказать, я принялся за еду, за мной последовали жёны, столовая наполнилась постукиванием ножей и вилок, шуршанием накрахмаленных салфеток. Мари сидела, опустив взгляд, не прикасаясь к еде. Вскоре из столовой вышла горничная. И тогда Мари, подняв голову, негромко, но так, что её было слышно отчётливо, сказала:

— Я вчера была резка и наговорила много лишнего. Ваше появление, все эти новости... — она замялась, пытаясь подобрать слова. — Всё это звучало слишком невероятно. И… если честно, то я уже не надеялась, что меня выкупят, думала, что сгнию на этой заготовке, а тут вы такие все из себя, аккуратно одетые...

Мари замолчала, опустив взгляд в тарелку. Я, глядя на её лицо, подумал, что подготовленная речь кончилась и она не знает, что сказать. Софи и Лидия не ели и ждали, что ещё скажет Мари. Через мучительную минуту она, явно пересиливая себя, выдавила ещё одну фразу:

— В общем, мне очень неловко после того, что я вчера наговорила... Извиняюсь я...

Жены промолчали и ответил я:

— Твои извинения приняты. А теперь ешь завтрак, пока он не остыл. Наш повар очень старался, будет обидно, если его труд пропадёт зря.

Мари кивнула, но тут же добавила:

— Я хотела бы поговорить…

— Я догадываюсь, что тебе есть что сказать и спросить, — перебил я её мягко, — но давай сначала позавтракаем. Потом обсудим всё.

***

— Так вот, получается, что мне некуда возвращаться — лавку забрал граф, дом продан за долги. Заработанных в мануфактуре денег не хватит, чтобы открыть новое дело, — Мари горько усмехнулась. — Да что там говорить, этих денег едва хватит на пару месяцев очень скромной жизни. И я хотела спросить у вас... совета. Может быть, у вас есть какие-то дельные идеи, как мне поступить?

Я и сам собирался затронуть эту тему, но, к счастью, Мари первая начала разговор. По выражению лица и позе Софи я понял, что жена хочет что-то сказать, но я направил на неё поток воздуха — наш условный знак — останавливая её. Софи сразу же расслабилась и промолчала. Я заметил, как Мари нахмурилась, уловив изменения в поведении сестры. Не обращая внимания на это, я сделал вид, что раздумываю над ответом.

— Знаешь, Мари, у меня есть несколько предложений для тебя. Какое выбрать — решать только тебе.

— Почему ты говоришь «предложений», а не «советов»? — Мари бросила взгляд, острый как нож, но тут же смягчилась, добавив почти шутливо: — Ведь я просила совет.

На мгновение сквозь покров тихой и даже робкой промелькнула гордая и резкая женщина. «Нет, она не как Софи, — подумал я. — Хоть внешне и похожа, но совсем другая».

— Предложений, потому что я несу за тебя ответственность, — ответил я, стараясь сохранять бесстрастие. — Я ещё не знаю, что ты представляешь из себя как человек, но уже успел познакомиться с твоим непростым характером. Я не хочу рисковать, поэтому вношу ограничения.

Мари коротко усмехнулась и, поблёскивая зелёными глазами, в шутливом тоне спросила:

— Что же получается, только освободилась из заключения, как тут же попала под надзор? Или ты купил меня, заплатив четыре сотни увесистых желтеньких кругляшей? — Она театрально вздохнула и с притворной покорностью добавила: — Ну что ж, виконт Мейс, говори, какая судьба ждёт твою пленницу.

Её слова вызвали лёгкую улыбку, но и непрошенная мысль посетила меня: «Как хорошо, что я раньше встретил Софи. Будь на её месте Мари, она бы мне всю душу вымотала. А ведь я бы не смог пройти мимо такой женщины».

— Я тут вчера говорил о честности, — начал я после небольшой паузы, — так вот, скажу тебе прямо: заботиться и следить за тобой, как за ребёнком, я не хочу. Да и не могу. Самый простой вариант для меня — выдать тебя замуж. Хорошее приданое обеспечу, а дальше пусть за твою жизнь отвечает муж.

Мари вскинула брови, её глаза мгновенно потемнели от гнева:

— Выдать замуж? Ты сейчас говоришь так, словно я ненужная вещь, от которой ты хочешь избавиться, ещё и доплатив за это! Марк, знай, я никогда не была балластом и не собираюсь им быть! Я не намерена становиться курицей-наседкой при ком бы то ни было!

Её гнев был почти осязаем, а выражение лица на мгновение напомнило мне Софи в минуты самых бурных эмоциональных вспышек.

— Хорошо, — сказал я, стараясь не усугубить её возмущение, — раз ты не хочешь быть балластом, есть другой вариант. Мы сейчас строим город, и там одним из первых зданий будет таверна. Ты можешь стать её управляющей.

— Это уже интереснее, — гнев Мари быстро развеялся, ему на смену пришло какое-то озорство и кокетство. — Но почему управляющей, а не хозяйкой?

— Может быть, и хозяйкой, но не сразу. Всё зависит от твоих успехов.

— Трактир, конечно, хорошо, — задумчиво сказала она, — но есть ли ещё варианты?

— Есть. Мы нуждаемся в организаторе торговых караванов. Нужно наладить торговлю в нашем виконтстве. Сейчас там практически ничего нет, да и людей мало. Для начала можно открыть торговую лавку в Вольном и снабжать её товарами. Да, это будет убыточное предприятие первое время, но я готов на эти расходы.

Мари задумчиво кивнула, а потом спросила:

— Если я правильно поняла, Вольное — это небольшое село? Почему торговля там так важна?

Я начал рассказывать ей о проблемах с рабочими на стройке и местными жителями. Постепенно её игривость исчезала, уступая место сосредоточенности. Она внимательно слушала, перебивая уточняющими вопросами. Когда я закончил, Мари сказала:

— Вариант с организацией торговли мне нравится больше, чем трактир. Но ты же понимаешь, что потребуются большие вложения: лошади, возы, товар, охрана.

— Об этом не беспокойся, деньги я выделю, охранников найму. Если ты готова взяться за это дело, то жду от тебя смету первоначальных расходов и список товаров к концу дня.

Мари лишь кивнула, и я отправился по своим делам, оставив её размышлять над предложением.

***

Казалось бы, чуть больше декады отсутствовал в столице, а дел накопилось столько, словно прошло несколько месяцев. Два полных дня я провёл в деловых визитах и переговорах, стараясь привести в порядок всё, что успело выйти из-под контроля.

Начал с инспекции артефактной и механической мастерских. Первая, как обычно, радовала стабильным доходом: здесь всё шло чётко, словно по нотам, мастера трудились слаженно, заказы поступали исправно. А вот вторая мастерская... Её финансовые отчёты были сродни кошмару. Постройка полевых стреломётов пожирала ресурсы с ненасытностью чудовища, не оставляя ничего, кроме головной боли. Под впечатлением от понесённых убытков я отправился к Тому Раннеру, надеясь узнать, есть ли новости о конкурсе на разработку полевого орудия.

Визит к шефу охранки оказался скомканным. Вроде бы всё началось благополучно: меня приняли с должным уважением, расспрашивали о моих успехах, выслушивали внимательно. Однако что-то в атмосфере настораживало. Том и его жены казались напряжёнными, словно их мысли блуждали где-то далеко от текущего разговора. Их взгляды то и дело ускользали, а на лицах порой появлялось выражение тревоги.

Я решил прояснить ситуацию:

— Том, могу ли я чем-то помочь?

Он на миг замешкался, прежде чем отрицательно покачать головой:

— Спасибо, Марк, но нет.

Чувствуя, что разговор затягивается и тяготит хозяев, я перешёл к основной цели своего визита:

— Что с вопросом о полевых орудиях? Есть ли продвижения?

Раннер тяжело вздохнул, устало проводя рукой по подбородку:

— С этим пока всё подвисло. Несколько генералов затягивают решение, используя надуманные поводы. На первый взгляд их действия выглядят как простая бюрократия, но я не теряю бдительности. Подозревать их в заговоре пока рано, но всё может быть. И как только будет ясность по этому вопросу, то я сразу дам тебе знать.

Его голос был твёрдым, но в словах сквозила усталость. Мне показалось, что за этим ответом скрывается больше, чем он рассказал.

— Том, если понадобится помощь, не стесняйся, — добавил я.

Он едва заметно улыбнулся и повторил:

— Спасибо, Марк. Но пока справляемся сами.

— Я в ближайшее время буду часто перемещаться, в основном на севере. Если возникнет что-то срочное, отправь записку в мой столичный дом. Её передадут мне, пусть даже с задержкой.

Том кивнул, и на этом наш разговор закончился. Покидая его резиденцию, я чувствовал, как внутри меня ворочается беспокойство. Взгляд Раннера, его сдержанные слова и общее настроение встречи оставляли неприятный осадок.

Тем же вечером я пригласил в гости Арнольда Крама. Он явился не один, а в компании молодой женщины, которая сразу привлекла внимание своей хрупкостью и утончённостью. Стройная, лёгкая, она выглядела почти невесомой рядом с кряжистым и широкоплечим полусотником. Обняв спутницу одной рукой и приглаживая другой свои пышные усы, Арнольд с явной гордостью заявил:

— Позвольте представить, моя невеста — Беатриче Барди.

За ужином к нам присоединилась Мари, и я заметил, как Арнольд бросает заинтересованные взгляды на мою свояченицу, а потом торопливо отводит глаза. Мари, в свою очередь, явно забавлялась этим, слегка поддразнивая его мимикой и улыбками.