Иван Мишин – Драконья кровь. Книга третья: Сердце грома (страница 6)

Я не пытался вырваться из поля. Я принял его. Позволил ему давить на меня. И использовал это давление, как пружину.

Когда рука мага была в сантиметре от моего лба, я не отпрянул. Я рванулся вперёд. Не всем телом. Только головой. Со всей силой, на которую были ещё способны мои мышцы, скованные полем.

Мой лоб со всего размаху ударил магу прямо в переносицу.

Хруст был отвратительным, сочным. Поле на миг дрогнуло – концентрация мага была нарушена дикой, непредсказуемой, абсолютно не магической атакой. Багровый маг отлетел, захлёбываясь кровью и проклятиями.

Этого мига хватило. Давление ослабло. Ненамного, но достаточно.

– КРАЙМ! – заревел я. – ВСЮ МАНУ В ЛЁД! ПОД НОГИ! НЕ ИМ, СЕБЕ!

Крайм, с лицом, искажённым болью и яростью, впился взглядом в землю перед собой. Он не стал создавать оружие. Он выжал из себя всё, что осталось. Весь его запас маны, всю его волю, всю его злость на себя, на мир, на этих багровых ублюдков выплеснулся наружу не атакой, а… созданием.

Из-под его ног, с треском и скрежетом, вырвался не щит, не копьё. Вырвался пьедестал. Огромная, грубая глыба абсолютно прозрачного, сияющего изнутри синим светом льда, подняла его и Лилит на три метра вверх, выдернув их из зоны действия ритуального поля, которое было настроено на уровень земли.

Поле, лишившись двух из трёх целей, снова сфокусировалось на мне. Давление вернулось, ещё сильнее. Но теперь Крайм и Лилит были вне его досягаемости.

– ЛИЛИТ! – крикнул я, сгибаясь под невидимой тяжестью. – НЕ В НИХ! В КРУГ! В ЗЕМЛЮ, ГДЕ РУНЫ!

Она поняла. Её тени, больше не сдерживаемые световым кристаллом (маг, державший его, отвлёкся на ледяной пьедестал), рванули не к врагам. Они впились в землю, туда, где светились контуры ритуального круга, питающего поле. Тени не атаковали. Они пожирали. Пожирали сам магический паттерн, высасывая энергию, нарушая геометрию.

Поле затрещало, как тонкий лёд. Давление стало неравномерным, пульсирующим.

Центральный маг, с окровавленным лицом, поднялся. В его глазах, наконец-то мелькнувших из-под капюшона, горела чистая, неконтролируемая ярость. Он больше не был бесстрастным исполнителем.

– УБИТЬ ИХ! – закричал он, и его голос сорвался на визг. – ВСЕХ! ДУХА ВЫРВЕМ ИЗ ТРУПА!

Оставшиеся четверо магов бросились в атаку. Багровые нити, сгустки энергии, лезвия из сжатого света – всё полетело в нас.

Но теперь мы могли двигаться. Не свободно, но могли.

Крайм, стоя на своём ледяном пьедестале, творил хаос. Он не бил точно. Он создавал лавину. Сотни, тысячи ледяных осколков, игл, градин обрушились на магов, заставляя их уворачиваться, прикрываться щитами. Это не было смертельно, но это отвлекало.

Лилит сосредоточилась на разрушении круга. Её тени рыли землю, как кроты, разрывая священные линии.

А я… я пошёл на центрального мага. Шаг за шагом, преодолевая остатки поля, которое теперь рвалось и билось в агонии. Моя драконья кровь, наконец-то вырвавшись на свободу, запела песню мести. Золотая молния обвила мои кулаки, но я не стрелял ею. Я копил. Впитывал в себя всю ярость за сожжённые города, за убитых детей, за ложь, длившуюся тысячелетия.

Маг увидел мои глаза. Увидел вертикальные зрачки, светящиеся яростным желтым светом. И на мгновение в его взгляде мелькнул страх. Настоящий, животный страх.

– Ты… монстр, – прошипел он.

– Нет, – ответил я, подходя вплотную. – Я – последствия.

И вонзил обе руки, обёрнутые сгустками чёрно-золотой молнии, ему прямо в грудь. Не для того, чтобы убить. Чтобы разорвать.

Я рванул в стороны. Энергия, державшая его магию, его связь с «Багровым Кругом», его самую суть, взорвалась. Не кровь. Свет. Багровый, ядовитый свет, который вырвался наружу и тут же погас, поглощённый золотом моей молнии и чернотой теней Лилит, которые уже доползли сюда.

Маг рухнул бездыханным. Остальные четверо, видя гибель лидера и разрушение круга, отступили. Они не бежали. Они растворились в воздухе так же, как и появились, оставив после себя лишь запах серы и страха.

Поле окончательно рухнуло. Я опустился на одно колено, тяжело дыша. Руки дымились, на них были страшные ожоги от обратной связи, но они уже затягивались. Крайм спустился с ледяного пьедестала, который начал таять. Он был бледен как смерть, но держался на ногах. Лилит стояла над разрушенным кругом, её тени медленно возвращались к ней, пульсируя от поглощённой чужой энергии.

– Они… отступят? – хрипло спросил Крайм.

– Ненадолго, – я поднялся. – Они знают, где мы. И теперь знают, как мы сражаемся. Следующая засада будет серьёзнее.

Я посмотрел на восток, где пульсировал свет ритуальных алтарей Зерата. Охота началась по-настоящему. Теперь мы были не просто беглецами. Мы были дичью, которую выследили, загнали в угол, но которая сумела укусить. И охотники теперь знали – эта дичь кусается больно.

– Идём, – сказал я, отряхивая с рук пепел от багровой мантии. – Они купят нам немного времени, чтобы прийти в себя и перегруппироваться. Нам нельзя его терять. Теперь мы знаем их тактику. И они – нашу. Следующая встреча будет решающей.

Мы снова двинулись в путь, оставив позади поле битвы и первого по-настоящему опасного врага. Но теперь в воздухе висело новое знание: игра в кошки-мышки закончилась. Начиналась война на уничтожение. И мы шли в самое её пекло, зная, что за нами уже закрыли все лазейки.

Глава 6: Исцеление в Тени

От места засады до ближайшего укрытия мы бежали на последнем издыхании, каждую секунду ожидая нового удара. В воздухе висел запах крови и горелой магии, но хуже всего был вкус собственного страха – горький, как полынь. Они нашли нас. Они были готовы. И следующая встреча будет хуже.

Нашим спасением оказалась не пещера и не овраг, а гигантский, поваленный аномалией ствол древнего дерева – не то дуба, не то какого-то искривлённого светящегося исполина. Его сердцевина была выедена временем и магией, образовав подобие норы, достаточно просторной для нас троих, если не разваливаться. Вход мы завалили камнями и прикрыли жидкими тенями Лилит. Снаружи это выглядело как ещё одна груда бурелома.

Внутри пахло сырой древесиной, плесенью и… кровью.

Крайм упал сразу, как только мы вползли внутрь. Не от изнеможения – его ледяной пьедестал и последующая лавина стоили ему всего запаса маны, но это можно было пережить. Нет. В пылу битвы, когда багровые нити одного из магов тянулись к нему, они всё же ухитрились дотронуться. Не обвить, а лишь коснуться предплечья. Этого хватило.

Теперь на его левой руке, чуть выше запястья, зияла небольшая, но страшная рана. Кожа вокруг почернела и покрылась тонкой паутиной багровых прожилок, которые медленно, но верно ползли вверх, к локтю. Из раны сочилась не кровь, а густая, липкая жидкость цвета тёмного вина. Она пахла мёдом и гнилью одновременно. Ядовитая магия «Багрового Круга». Ритуальный яд, созданный не для убийства, а для превращения живой плоти в топливо, в проводник для их чужеродной энергии.

Крайм лежал на спине, дышал прерывисто, глаза были закрыты. Его лицо, обычно бледное, стало землисто-серым. Капли пота выступали на лбу и тут же замерзали в иней – его собственная магия, обезумевшая, пыталась бороться с заразой, но лишь ускоряла истощение.

– Держись, – пробормотал я, бессильно сжав кулаки. Я мог вышибать зубы древним богам, мог рвать магические поля, но яд… яд был другим. Его нельзя было выжечь молнией или зашить силой воли. – Держись, чёрт тебя дери. Не смей сдаваться.

Я рванул рукав своей поношенной рубахи, пытаясь наложить жгут выше раны, чтобы остановить распространение. Ткань прилипла к коже, пропитанная той самой липкой жидкостью. Когда я дотронулся до неё, пальцы обожгло холодом, который проник до костей. Я дёрнул руку назад, сдержав проклятие.

– Не трогай, – прошептал Крайм, не открывая глаз. Его голос был тихим, хриплым. – Распространится… и на тебя.

– Заткнись и экономь силы, – огрызнулся я, но отступил. Он был прав. Этот яд был живым, голодным. Он искал новую жертву.

Лилит стояла на коленях с другой стороны. Она смотрела на рану, не моргая. Её тени вились вокруг неё беспокойно, но не смели приблизиться к чёрным прожилкам.

– Я… могу попробовать, – сказала она так тихо, что я едва расслышал.

– Что? – я посмотрел на неё. – Ты знаешь, как лечить это?

– Нет. Но мои тени… они пожирают. Энергию. Магию. Эмоции. Может… могут высосать яд.

«Безумие, щенок! – завопили Вольтар. «Её тени – не хирургические инструменты! Они хаотичны, полуразумны! Они могут высосать из него не только яд, но и душу! Или выпустить на свободу того, кто прячется в её глубинах!»

Я знал, о ком он. О «Теневом Принце». О том древнем, пугающем существе, что жило внутри Лилит, с которым она вела постоянную борьбу за контроль. Оно было голодным. Ненасытным. И яд «Багрового Круга» мог стать для него… лакомством. Или спусковым крючком.

– Лилит, нет, – я покачал головой. – Слишком опасно. Для него. Для тебя.

Она подняла на меня свои огромные жёлтые глаза. В них не было страха. Была только решимость, холодная и абсолютная.

– Он умрёт. Час. Меньше. Прожилки уже у локтя. – Она указала пальцем с длинным, острым ногтем. Действительно, багровая сеть ползла вверх, как ядовитый плющ. – Я… контролирую. Частично. Если ты… поможешь. Твоя кровь. Она… якорь. Она может удержать связь. Не дать Принцу… забрать всё.