Иван Мишин – Драконья кровь. Книга третья: Сердце грома (страница 1)
Иван Мишин
Драконья кровь. Книга третья: Сердце грома
Глава 1: Отзвук Пробуждения
Смерть пахнет озоном и жжёной плотью. По крайне мере, так пахнет побег из «Чёрного Шпиля». Мы вырвались. Технически. Если можно назвать «вырвались» ковыляющий побег по подземным сточным каналам, где половина нашего отряда либо мертва, либо так красиво искалечена, что смерть покажется ей отпуском.
«Молот Рассвета». Какое громкое имя для кучки оборванцев, пахнущих страхом и кровью. Когда-то это была гордая организация борцов с тиранией Церкви Солярис. Теперь это просто мы – Кай Вольтар, бывший шахтёр с припадочным драконом в голове, и те, кому некуда больше бежать.
Я прислонился к мокрой каменной стене какого-то полуразрушенного амбара на краю богом забытой деревушки. Лилит, наша местная тень в теле девушки, бесшумно перевязывала руку Дастану. Благородный идиот ухитрился получить удар магическим шлаком в самое начало нашего «триумфального» рывка к свободе. Он бледен, но зубы сжаты так, что, кажется, вот-вот треснет эмаль. Не жалуюсь – он не стонет. Уже хорошо.
Крайм Дит, мой личный кошмар в облике высокомерного голубоглазого аристократа, стоял у единственного окна, заложенного досками. Он не смотрел на нас. Его взгляд был устремлен наружу, но я видел – он не здесь. Его мысли были там, в крепости, где он ради прорыва создал ледяной ад, равного которому я не видел. Цена? Половина его маны и, кажется, последние остатки веры в то, что мир делится на «достойных» и «отбросы». Теперь мы все – отбросы. Прекрасное объединяющее начало.
«Щенок, ты чувствуешь это?»
Голос в моей голове, хриплый, словно перекатывающий камни, был полон не свойственной ему тревоги. Вольтар. Древний дух дракона, чью кровь я в себя влил, мой личный наставник в искусстве выживания и сарказма. Обычно он звучал как циничный, всем надоевший дед, которому опротивело всё живое. Сейчас в его тоне была нота чистого, животного ужаса.
«Чувствую, – мысленно ответил я, закрывая глаза. – Болит всё. Особенно там, где раньше была целая ребёрная клетка».
«Не твоё жалкое тело! Мир, щенок! Мир стонет!»
И тут я это ощутил. Не через уши. Глубже. В костях. В той самой драконьей крови, что бежала по моим жилам. Это был глухой, низкочастотный гул, исходивший не сверху и не снизу, а отовсюду сразу. Как будто гигантскую колокольню закопали под землю, а теперь по ней ударили. По живому. Удар отозвался в висках, в зубах, заставил сжаться желудок.
Я ахнул, сползя по стене на корточки. Лилит мгновенно оказалась рядом, её тени зашевелились, как встревоженные змеи. Дастан попытался встать.
«Кай?»
«Всё в порядке, – выдавил я. – Просто… мироздание решило напомнить, что у него болит спина. И печень. И всё остальное».
Но шутка не удалась. Гул не стихал. Он нарастал волнами. И с каждой волной в моём сознании вспыхивали образы, чужие, острые, как осколки стекла: рушащиеся башни из камня, которого не должно быть на поверхности; клубы пепла, извергающиеся из гор, что спали тысячелетиями; магические барьеры, вспыхивающие и гаснущие как сумасшедшие фонари.
«То, что мы сделали в Шпиле… мой древний удар… он не просто пробил дыру в их крепости, щенок. Он попал в камертон. В камертон всего сущего. И теперь он дрожит». Голос Вольтара потерял всякую браваду. «Сердце Мира… оно не инертная сила. Оно живо. И сейчас оно в агонии. Его боль… она разорвёт материю, как гнилую ткань».
«Прекрасные новости, – проворчал я вслух, заставляя себя подняться. – Мы не просто разрушили секретную тюрьму и объявили войну церкви и королю. Мы ещё и убили планету. Надо было сразу требовать титул «Самая Эффективная Катастрофа в Историях».
Крайм обернулся. Его обычно холодные, высокомерные глаза были пусты.
– Это не шутки, выскочка, – его голос был непривычно тих. – Смотри.
Он отодвинул одну из досок у окна. Мы подошли. То, что мы увидели снаружи, не имело ничего общего с тихой деревенской ночью.
Небо было больным. По нему ползли не облака, а сполохи света – зелёного, лилового, кроваво-красного. Они не освещали землю, а словно выедали куски из самой темноты. Вдалеке, на горизонте, где по моим скудным географическим познаниям должны были быть горы, в небо бил столб малинового пламени. Не огня – чистой, нестабильной магии. Воздух трещал от статики. Волосы на моих руках встали дыбом.
– Это… везде? – прошептал Дастан.
– Если повезёт, только в этом королевстве, – ответил я. – Если нет – на всём континенте. Эй, Вольтар, а твои драконьи предки не оставляли инструкцию «что делать, если случайно разбудил болеющий разум планеты»?
«Мои предки были хранителями равновесия, щенок! Они говорили с Сердцем, успокаивали его! Не тыкали в него палкой, как пьяные крестьяне в спящего медведя!»
– Значит, надо найти способ поговорить, – сказал я, отходя от окна. Боль в костях немного притупилась, сменившись знакомым, ясным холодом. Страх был роскошью. Его я оставил там, в шахтах, когда понял, что либо сдохну от чахотки, либо выберусь. Я выбрался. Теперь выбор был проще: либо сдохнем все, либо найдём способ заткнуть этот вселенский вой. – Лилит, как Дастан?
– Кровотечение остановлено, – её голос был безжизненным, как всегда. – Магический шлак нейтрализован тенями. Он будет ходить. Пока что.
– Прекрасно. Крайм, маны хоть немного вернулось?
Водный маг смерил меня взглядом, полным привычной ненависти, но сейчас в ней была и доля усталого признания. Мы прошли через ад бок о бок. Это кое-что значило. Даже для него.
– Достаточно, чтобы заморозить тебя с ногами до головы, выскочка. Для чего-то большего потребуется время и покой. Которого, как я вижу, у нас нет.
– Покоя не будет, – заявил я. – Церковь уже подняла на уши всё королевство из-за нашего побега. А теперь, с этим… – я махнул рукой в сторону безумного неба, – они объявят нас не просто еретиками, а личными гонцами апокалипсиса. Нас будут искать с такой яростью, что земля будет гореть под ногами у каждого, кто осмелится нам помочь.
В голове зашевелилась знакомая, противная мысль. Мысль холодного расчёта, которую я ненавидел, но которая не раз спасала мне жизнь.
«Молот Рассвета» был слишком громок, слишком заметен. Нас было слишком много для подполья. А сейчас мы стали ядерной мишенью.
«Думаешь, как я, щенок, – с каким-то одобрением процедил Вольтар. – Стая привлекает охотников. Нужно рассыпаться. Стать тенями. Пылью».
– Нам нужно рассеяться, – сказал я вслух, встречая взгляды товарищей. – «Молот» слишком велик, чтобы скрываться в новых условиях. Мы становимся обузой друг для друга.
Крайм засмеялся, коротко и ядовито.
– Бегство по одиночке? Идеально. Так нас переловят за неделю.
– Не по одиночке, – поправил я. – Группами. Маленькими. Незаметными. У каждой своя задача, свой маршрут. Мы связываемся только через проверенные каналы, в крайних случаях. Дастан, – я повернулся к нему, – твоя семья ещё не в открытой оппозиции. Тебе нужно вернуться. Использовать своё положение, связи. Узнать, что творится в столице, как реагируют знатные дома. Ты наши уши и глаза среди бархата и золота.
Дастан хотел возразить, но увидел что-то в моём лице и лишь кивнул, стиснув челюсти.
– А мы? – спросила Лилит. Её тени обвились вокруг запястий, как живые браслеты.
– Мы, – я посмотрел на неё, потом на Крайма, – идём в самое пекло. Вернее, под него. Вольтар говорит, что драконы оставили… убежища. Места силы, связанные с Сердцем. Там могут быть ответы. Или, на худой конец, крыша над головой, которая не рухнет от первого же магического чиха.
– И кто будет этим «мы»? – уточнил Крайм, скрестив руки на груди. – Ты, девочка-призрак и я? Очаровательная компания для прогулки к центру вселенской боли.
– А ты думал, тебя ждёт курорт на горячих источниках? – огрызнулся я. – Ты силён, ты знаешь, как выживать, и, что самое главное, ты так же всем ненавистен, как и я. Нас уже ищут вместе. Так что да, наша с тобой совместная экскурсия в ад продолжается. Не нравится – можешь попробовать сдаться церкви. Уверен, они оценят твоё знание этикета перед тем, как сжечь на костре.
Мы смотрели друг на друга – бывший раб и потомок магической аристократии, связанные цепью обстоятельств и взаимной неприязни, которая теперь приправлена крупицей уважения, добытого в бою. Он первый отвел взгляд, плюнув в угол.
– Чёрт с тобой. Но если ты ещё раз назовёшь это «экскурсией», я выморожу тебе язык.
«Вот и договорились, – проворчал Вольтар. – Теперь слушай, щенок, и слушай внимательно. У меня в памяти всплывают обрывки… координаты. Не на карте. В потоке магии. Нам нужно двигаться на восток. Туда, где боль Сердца бьётся чаще. Туда, где камни помнят наш полёт».
Внезапно снаружи, сквозь грохот магических аномалий, донёсся другой звук – отдалённый, но чёткий. Звон колокола. Но не церковного, а тревожного, набатного. Потом ещё один, ближе. И ещё.
Деревня просыпалась в панике.
– Пора, – коротко сказал я, чувствуя, как по телу пробегает знакомая дрожь – предвкушение боя. Мои глаза, я знал, уже светились в полумраке хищным желтым светом, зрачки сузились в вертикальные щёлки. – Наш маленький побег закончился. Начинается охота.
Я потянулся к поясному ремню, где висел неказистый, но прочный стальной кинжал – подарок от одного из погибших шахтёров «Молота». Кровь дракона загудела в жилах, призывая золотую молнию. Но сейчас нужно было не светиться. Сейчас нужно было исчезнуть.