Иван Масленников – Хакеры снов (страница 6)

— Если мой сон это дом, то что же тогда улица? — спросил я.

— Нет. Здесь нет никаких улиц, улыбнулся Леха. Есть только дома. И еще окна, в которых можно видеть соседей. У себя дома ты хозяин. Здесь ты силен и почти всемогущ. Но в гостях, то есть в снах других людей, все не так однозначно. Большинство миров — дикие. То есть люди там не осознают, что творят. Соблюдая осторожность там можно существовать вполне комфортно. Но в снах тех, у кого осознанности больше, чем у тебя, ты будешь не сильнее того злосчастного скорпиона. К примеру, если ты захочешь поменять небо у кого-то в гостях, то у тебя это получится. Но если ты будешь этого хотеть, а хозяин сна захочет, чтобы цветовая гамма его мира снов не менялась, то у тебя ничего не выйдет. Когда твои навыки осознанности станут серьезнее, мы прогуляемся по мирам других людей. Это очень увлекательно.

Леха замолчал, а я не стал его больше ни о чем спрашивать. От полученной информации итак голова трещала. Мы еще некоторое время молча сидели на крыше и вглядывались в горизонт, за которым таилось бесчисленно количество миров, секретов и тайн мироздания. Сердце щемило от того, что мне предстоит узнать в ближайшее время. Я чувствовал себя так же, как в детстве, когда думал, что за бетонным забором, отделяющим мой дом от леса, маршруют роты фашистов, а в подвале живет Черный Полковник. То есть, чувствовал, что мир вокруг гораздо интереснее, чем то, что видят повзрослевшие пузатые прагматики через линзы своих очков. И это, черт возьми, было прекрасно!

Спустя некоторое время Лёха сказал: «Пора тебе возвращаться в свой обычный сон. Осознанность сильно выматывает новичков. И хотя час, проведенный здесь, равен по земному времени, доле секунды, поверь ты проснешься разбитым».

— Хорошо, ответил я. Только одна маленькая просьба. Всю жизнь мечтал научиться летать. Можно я немного полетаю и тут же в обычный сон?

— Думаю, большого вреда не будет. Тем более я не знаю, что может быть прекраснее в этом мире, да и в том, сказал он улыбнувшись, чем ощущение полета. — Хот ты, видимо знаешь, мистер Джакузи, добавил он ехидно.

— Ну хорош уже вспоминать. Я ж раскаялся.

— Ладно-ладно. Единожды попробовав летать, ты влюбишься в это навсегда. Я сам уже много тысяч лет в снах живу, а так и не насытился полетами.

— Много тысяч лет?

— Только не подумай, что я бессмертный. Самый обычный человек. Просто ты забыл, что время здесь бежит совсем по-другому, а иногда и вообще исчезает. Так вот, — продолжил он, все во сне летают. Но то, что происходит в осознанном сне ни в коей мере не сравнимо с обычными грезами. Тут все по-настоящему. Чтобы уметь летать, этому даже учиться надо.

И вправду одной лишь мыслью поднять себя в воздух не получилось. Хотя и веры, и желания вроде было предостаточно. Лёха посоветовал: «ты прыгни головой вниз… и, если голову жалко станет, то вмиг полетишь».

— А по-другому никак? — спросил я помятуя о боли, которая в осознанных снах ощущалась вполне настоящей.

— Можно и по-другому, но это самый быстрый способ.

Прыгать головой в землю все таки совсем не хотелось. Я ж ни какой-нибудь боец китайского спецназа. Да и в белесой пелене, которая тут, видимо, заменяет смерть, мне висеть не понравилось.

— Ну давай Гагарин, поехали! Не тяни. А то отправлю в дикий сон.

— Мне страшно, отозвался я. — Боюсь высоты даже не смотря на осознание того факта, что я во сне и в каком-то смысле бессмертен. Кстати, о бессмертии: «Во сне я могу умереть по-настоящему?», — спросил я Леху спохватившись.

— Я бы сказал так: «мне придется долго и нудно учить тебя, чтобы этого не случилось», оптимистично заявил он. — Но сейчас ты как у Христа запазухой…

Воодушевившись обещанием моего личного Мессии, я набрался смелости и прыгнул. Летел недолго и по стандартному сценарию. Когда дистанция между моим носом и Землей сократилась до полутора сантиметров и я приготовился испытать небывалое удовольствия аварийного приземления, время вдруг замедлилось, стало тягучим. Быстрыми остались лишь мои мысли и чувства. За секунду страх уступил место удивлению, а то в свою очередь незаметно перешло в ликование. Правда внутренний голос намекал, что это еще не полет, а всего лишь зависание. Да и время может в любой момент снова ускориться.

Провисев вниз головой еще около пары минут я все же сумел чуть-чуть приподняться над землей. А через некоторое время даже выровнял свое тело относительно горизонта, но на полет это все равно было не похоже.

Лёха, еще секунду назад двигавшийся медленно и грациозно, как заправский мим, вдруг ускорился до моего ритма и сказал: пол дела сделано. Ты уже висишь в воздухе.

— А как сделать вторую половину?

— Кто-то сказал: «Ангелы летают, потому что не чувствуют веса. К их рукам не привязаны вещи, к их сердцам не привязаны чувства». В общем, трусы тебе снимать все же необязательно, а вот внутри ты должен стать пустым как шарик. Расслабься. Представь, что внутри тебя только воздух. Отлично. А теперь лети! — закричал он. И я со скоростью шарика устремился ввысь.

Потоки воздуха били в лицо, сердце прыгало, охватило ощущение полной свободы и безграничной радости. Я набрал скорость баллистической ракеты и рвался ввысь, разрывая в клочья облака и упиваясь бесконечностью неба. Бочка, петля, штопор — Нестеров на пару с Чкаловым обзавидовались бы.

Налетавшись в облаках, я ринулся вниз. Близость горизонта усиливала эффект скорости, а наличие препятствий в виде небоскребов, деревьев и гор добавляли в кровь адреналина. За пол часа я успел наверное, обогнуть всю планету этой Земли в параллельном измерении и восхититься природными и урбанистическими пейзажами. В основном этот мир был практически идентичен тому, который мы привыкли называть реальностью. Исключением стали два места. Первое — огромная долина, спрятанная между гор в непроходимом лесу. Здесь не было типовой застройки — только величественные замки с блестящими на солнце разноцветными башенками, старинные мельницы и милые пряничные домики с заросшей мхом крышей. На сочных зеленых лугах мирно паслись единороги, по улицам прогуливались люди в мантиях, а в небе мимо меня изредка проплывали ковры-самолеты с летящими на них куда-то по своим сказочным делам чудными пассажирами. Других видов транспорта я здесь не заметил. Место показалось мне крайне любопытным и даже захотелось приземлится, дабы узнать — что это такое, но потом я вспомнил, что Лёха поставил мне жесткий временной лимит, и полетел дальше, пообещав себе залететь сюда снова в следующий раз.

Второе место по-началу показалось мне еще более загадочным. Это тоже был город, но вполне себе современный — с машинами, небоскребами и бомжами. Удивительным было то, что здесь царила ночь, в то время как вокруг города на добрые тысячи километров ярко светило солнце и стоял чудесный летний день. Я спустился чуть ниже, чтобы рассмотреть удивительное место подробнее и сразу же почувствовал, что уже был здесь. Да-да, мне знаком тут каждый дом, каждая улочка, каждый фонарь. Но вот при каких обстоятельствах произошло наше знакомство, так и не смог вспомнить. Решив оставить и эту задачку пока нерешенной я снова взмыл ввысь, рассчитывая на то, чтобы еще немного поплавать в бирюзовом небосводе.

Пролетая над очередным, уже вполне тривиальным, городом и видя с высоты птичьего полета внизу сотни тысяч маленьких людей и машин, я никак не мог поверить, что все они — лишь часть моего воображения. Этот мир был невообразимо разнообразен. Каждый человек там внизу, я уверен, имеет свое неповторимое лицо и даже характер. Видимо, правы были те, кто рассуждал о бесконечности внутреннего мира человека.

Прошло уже часа два и тело теперь легко повиновалось моим мыслям, успевая сманеврировать за секунду до столкновения с очередной особенностью рельефа. В какой-то момент я даже скопировал позу супермена, посчитав ее и вправду очень удобной для воздушных перемещений. Куда направляешь кулак, туда и летишь. Кстати, супермен кажется еще кокетливо сгибал ножку в колене. Но делал он это видимо больше не для удобства полета, а для миллионов фанаток, жаждущих рассмотреть его мощные ляшки в предельных подробностях. У меня же такой задачи не стояло, поэтому просто ограничился кулаком.

Кажется, вот именно так я готов был провести всю жизнь. Наверное, не колеблясь бы поменял свои руки на крылья… Не нужны мне ни вилка, ни ложка, ни клавиатура, если могу летать. Но, насколько я знаю, пока никто на рынке с таким предложением к гражданам не обращался. А жалкие попытки человека создать крылья искусственные, увы, так и остаются всего лишь жалкими попытками.

Поток неудержимого лихого восторга от полета вдруг резко споткнулся о черную точку на горизонте, совершенно не совместимую с тем зелено-голубым пейзажем, над которым я в данный момент пролетал. И сразу даже не понял… то ли сам захотел подлететь к ней поближе, то ли какая-то сила меня туда тащила. Но в любом случае точка начала стремительно приближаться, превращаясь в женский силуэт, с головы до ног закрытый черным балахоном. Еще секунда и моя осознанность закончилась, дальше был обычный сон, суть которого я, увы, на следующее утро вспомнить так и не смог.

Первое, что мне захотелось сделать, когда проснулся — нажраться в дрова. Знаете, счастье тоже должно быть дозированным, а когда оно вышибает ногой входную дверь, вытряхивает из кровати и ставит тебя к стенке, то хочется хоть ненадолго спрятаться-отдышаться. Стакан в этом смысле — отличное средство для маскировки.