Иван Лев – Судьба: Оруженосец (страница 10)
Я поперхнулся от удивления, закашлялся, пробормотал:
– От кого?
Драньед залез в карман, достал письмо.
– Курьема… Он просил тебе перелать, если с ним чаго случится.
– Ты читал?
Он не ответил, словно не услышал меня, протянул письмо. Оно небрежно заклеено, помято с пятнами жира. Вот же, нашёл кому доверить такое, Курьем..
На грубоватой бумаге, сжатым, угловатым почерком:
"Дружище. Раз ты это читаешь – видимо, я рядом с твоей ногой. Ты не обижайся, но мы не вернёмся.
Ладно, шутки в сторону. У меня есть просьба.
В приюте «Хрустальный Ларец» при Академии живёт девчонка. Лет одиннадцати. Альва. Сестра моя.
Может, сам помнишь – рассказывал о ней. Умница, красавица, этикету обучена. Её дядя после смерти родителей к себе забрать хотел, табак выращивать, по хозяйству помогать. А мне жалко было: Альва умная, не папиросы ей крутить. Вот я её в приют устроил и на учёбу в Академию отправил. Всё жалованье на это уходило, даже у тебя занимал. Как на том свете будешь – верну.
Пожалуйста, позаботься о ней. Не прошу оплачивать учёбу – сам понимаю, сумма неподъёмная. Но просто… пусть будет не одна.
Прошу безмерно много. Но боюсь, больше не у кого. Не к Драньеду же её отправлять. Но если всё же не сможешь, отведи её к дяде. Лучше так, чем одной.
Береги себя. И прости.
Капитан 54-го Легиона: Курьем из Доенных"
Вот те раз… Я за Майором-то уследить не могу, куда уж мне ещё соплячку. Будь ты жив – пошёл бы ты куда подальше с такими просьбами…
Пока я с округлёнными глазами впивался в письмо, Драньед взял Майора на колени и, почесывая его, сказал:
– Кстати, девчонка красавица. Что думаешь делать?
Вот же ж вёрткий, везде свой нос сунет.
– Драньедушка, я думаю, как бы тебе глаза выколоть, чтоб в чужие письма нос не совал…
В это время Майор выхватил из кармана Драньеда что-то похожее на печенье и упрыгал в пруд.
– Вот же хитрая тварь, – удивился Драньед. – Ты гэто, не серчай, я ж не со злобы. Помогу с мелкой, хочешь – пусть у меня в трактире будет.
– Ага, чтобы ты из неё куртизанку вырастил? Да и Курьем чётко сказал – точно не к тебе.
Драньед встал, раздражённо отмахнулся рукой:
– Ой, да идите вы! Помогай им потым. – Взял бочонок и, при выходе, добавил: – Ты это, мелкую всё же не бросай. Хоть к дядьке отведи – деньгами я подсоблю.
– Ага, давай. Иди уже.
Захлопнув дверь за Драньедом, схватил Майора. Держал силой, поглаживая скользкую шкурку, пока он недовольно кряхтел, и снова пробежался глазами по строчкам Курьема.
– Майор, что думаешь? Забрать мелкую?
В ответ – брыкание и одинокий, недовольный звук:
– Квааа!
– И я о том же. Куда мне, а? Что я ей дам? Но и одну бросить… не дело.
Майор выдал очередное протяжное завывание:
– Ква-а-а-а…
– К дядьке отвезти? Только до Дойных лугов – четыре месяца пути. Да еще и на одной ноге.
– Ква-Ква..
– А ты прав, может Овчибран, чего подскажет, мужик не дурной, может мысль подкинет. Да и я… расслаблюсь.
Отпустив ворчуна, дал ему очередную порцию еды.
– Спасибо Майор за совет. Я пошёл.
Схватив костыль побежал в трактир, если конечно моё ковыляние можно назвать бегом.
У Овчибрана было пусто – не вечер. Он сидел в углу за круглым столом, неспешно потягивая дым из своей аркинской вазы. Пуская колечко, он кивком подозвал меня к себе, улыбка спряталась в усах.
– Здравствуй старче.
Овчибран кивнул и протянул мне мундштук.
– Овче, давай уж лучше бримлем. Эта дрянь не помне.
Он усмехнулся, крикнул что-то бармену на аркинском наречии. Тот скрылся в подсобке и выкатил оттуда засмоленный бочонок с клеймом Драньеда.
– Спецально для тебя припас.
– Не ожидал спасибо.
Я выбил затычку, плеснул нам обоим. Овчибран щедро закинул в свой кубок специй и потягивал, смакуя. Я же опрокинул свою пинту залпом – и поперхнулся, едва не выплеснув обратно.
– Ты же пришёл не как овца на водопой, – сказал Овчибран, прищурившись. – На тебе лица нет. Говори.
Я мысленно выдохнул. С чего начать?
– Поражаюсь твоей прозорливости. – Протянул ему письмо.
Он быстро пробежал глазами.
– Занятно. И чего ты от меня ждёшь?
– Овче, ты всё и сам понимаешь. Не тяни из меня по слову.
Он ухмыльнулся, покрутил ус, сделал глоток.
– Баран ты. Не мне решать, какое сено тебе есть, но пастбище путь дам. Вот что тебя держит здесь?
Странный вопрос. Я почесал затылок.
– Не знаю… Элин хотела здесь жить.
Он выпустил мне в лицо облако пряного дыма.
– Элин – да. А ты? Ты так держишься в прошлое стойло, что в новый загон и ногой не ступишь. Даже протез свой не надеваешь – сам себя бичуешь.
– Овче, я не понимаю, к чему ты. Речь о том, что делать с Альвой.
Он молчал, неотрывно глядя на меня.
– Ну серьёзно, на что ты намекаешь? Забрать её – и всё, новую жизнь начать? К дядьке отвезти, прошлое отпустить? Легко сказать. Да и с чего ты решил, что мне это нужно?