Конец приблизите бедам,
За горе мы отплатим горем —
И сколько нам сидеть над морем?
Возьмемся и челны сожжем.
Тогда придется им остаться
И против воли к нам прижаться,
Так их к себе их прикуем».
«Спаси тебя господь, бабуля», —
Троянки дружно загудели.
«Совет такой, наша роднуля,
Мы бы придумать не сумели».
И тут же побежали к флоту,
Взялись поспешно за работу:
Огня разжечь и принести
Лучины, щепки и солому
От одного челна к другому,
Пожар ловчей чтоб развести.
Воспламенилось, загорелось,
Пошел дымок до самых туч.
Аж небо ярко раскраснелось —
Пожар стал страшен и могуч.
Челны и лодки запылали,
Паромы, вспыхнув, затрещали,
Горели деготь и смола.
Пока троянцы огляделись,
Что их троянки разогрелись, —
Лишь часть челнов цела была.
Эней, такой пожар узревши,
От страха побелел, как снег,
И, всем туда бежать велевши,
Сам побежал как лось на брег.
Тревогу в колокол звонили,
По улицам в трещотки били,
Эней же в ярости орал:
«Кто в бога верует – спасите!
Руби, тяни, вали, гасите!
Кто нас так тяжко наказал?»
Эней от страха с толку сбился,
В уме, видать, слабинку дал.
В огне внезапно очутился,
Стонал, вертелся и стенал.
Вопил он, воздевая руки:
«Вы что там, на Олимпе, суки?
Кто мне такое отмочил?»
Богам досталось в полной мере,
И маме, сучке и мегере,
И Зевс изрядно получил.
«Эй ты, плюгавый старикашка!
На землю с неба не взглянешь,
Не слышишь, мерзкая какашка, Зевес! И глазом не моргнешь.
Небось, ослеп на оба глаза,
Пристала бы к тебе зараза,
Что ты не помогаешь мне?
Или тебе совсем не стыдно,
Что пропадаю – аль не видно?
Я, молвят люди, внук тебе!
А ты, с седою бородою,
Ваше высочество Нептун!
Сидишь, как демон, под водою,
Бездельник, старый ты блядун!
Ты подружись-ка с головою
И сей пожар залей водою-
Трезубец бы тебе чтоб в зад!
Мзду огребать ты только можешь,
Так что же людям не поможешь?
