Иван Фаворов – Аномалия (страница 3)
– Попустил же Господь связать жизнь с уродом.
Сергей открыл дверь, включил воду. Настроил кран так что едва можно было терпеть и не обжечься. Позволил измученным сосудам сначала расшириться, потом ополоснулся ледяной водой. Полегчало.
Вышел замотанным в полотенце. Направился к кофе машине. Жена потребовала денег на расходы по дому и на ребёнка, кружки, праздничный концерт и ещё что то, похожее на день рожденье подружки. Отдал последние. Новогодняя премия ещё в декабре вся ушла на погошение по кредиткам и на Свету с Викой. С досады обжёг язык о горячий кофе. Почувствовал, что супруга успокаивается. Самому полегчало. Запил холодным кефиром. Позавтракал чем-то неопределённым из недр гудящего холодильника. Собрал разбросанные по полу листы из секретной папки и не дожидаясь сырников отправился на работу сославшись на срочное, важное дело, которое сможет изменить всё. Жена не протестовала.
Вчерашнюю снежную слякоть подморозило. Холодный ветерок разогнал облака. Поскальзываясь и спотыкаясь, обходя проталины прожжённые только что разбросанным реагентом, Сергей брёл к метро, мечтая о такси и проклиная судьбу за свою никчёмность и неумение зарабатывать деньги в необходимом количестве для безбедного существования.
В родном кабинете пахло бумагой. В шкафу ждал своего часа Дагестанский коньяк. Всё было привычно, уютно, знакомо. В здание находились только дежурные, стояла приятная умиротворяющая тишина. Немного вздремнув в кресле, Сергей умылся и пошёл к заветной двери, скрывающей аномалию.
Сканер загорелся зелёным, Сергей опустился на ещё недавно запретный для него этаж. Прошёл по глухому коридору, спустился ещё ниже по лестнице, туда где хранилось всё особо ценное непонятное и секретное. Оказался у нужной двери. Остановился подумал. По спине пробежали мурашки, под ложечкой защекотал страх. Сергей помедлил, стоя с ключом-картой в руке, подумал. Вернулся к дежурному взял стул. Поставил напротив двери, всё лучше чем наблюдать стоя. С замиранием сердца провёл картой по сканеру, открыл дверь и остановился в оцепенение. Сел на стул, начал смотреть.
Когда Сергей только планировал взглянуть на аномалию, он думал, что глядя на неё ему будет легче размышлять над делом. Но сейчас находясь перед ней он вообще потерял способность мыслить. Было очевидно, что происходящее там никак не поможет раскрыть ему дело, но отвести взгляд он никак не решался.
Комната, в которую он смотрел была залита чем-то на подобие жидкой энергии словно водой. Как в морском аквариуме с галогеновой подсветкой, всё внутри было немного синюшным и слегка светилось, поблёскивало. За столом на месте подозреваемых сидел Писатель и Физик. Они о чём-то мило беседовали, жестикулировали. Наручники лежали на столе, собеседники выглядели бодрыми и весёлыми. Общались на непонятном языке. Его можно было различить как шёпот, но едва уловимые звуки этого языка долетая до слуха казались потусторонними, сразу становилось ясно – на земле так не говорят. Следователь, охрана и ещё видимо эксперт и какой-то наблюдатель застыли в разных позах как замороженные, с ними ничего не происходило. Хотя Пётр сказал Сергею ещё в прошлый раз, что скорее всего они движутся, но очень медленно, почти незаметно. Может по миллиметру в год.
Понаблюдав минуту другую Сергею захотелось что ни будь опустить в эту комнату, посмотреть что будет. Как мальчишке бросить с моста камень в озеро. Он некоторое время сопротивлялся желанию, но потом вырвал из блокнота лист и начал медленно просовывать его в створ двери. Лист словно погрузился в жидкость за поверхностью которой исчез. Выглядело это страшно и Сергей испугавшись, что останется без пальцев бросил листок и он словно провалился в небытие. Сразу захотелось взять второй и засунув на половину вытащить и посмотреть, что получится. Вернётся листок назад или окажется обрезанным. Уже рука выдирала новую страницу из блокнота, но разум дал заднюю, передумал. Сработал инстинкт страха. Мало ли что, прежде чем самому в одиночку ставить эксперименты надо почитать дело, изучить опыт предыдущих исследователей. Взять с собой кого-то ещё, ну хотя бы Петра. На всякий случай. Но, спустя минуту любопытство всё же пересилило. Листок был выдран, просунут сквозь завесу и медленно вынут назад. Его не обрезало, выглядел он примерно так же как и до этого но когда Сергей его медленно тащил на себя то ему казалось что на границе заполняющей кабинет субстанции листок словно ткётся заново. Немного поразмыслив Сергей побоялся брать этот лист бумаги с собой, мало ли что, и лёгким щелчком отправил его назад в допросную. Листок пройдя за границу исчез. На сцене ничего не появилось. Сергея объял ужас, он быстро захлопнул дверь и прошептал:
«Господи помилуй, а вдруг там радиация или ещё хрен знает какое излучение, а я тут стою как дурак».
Не оборачиваясь он быстро зашагал по коридору, наверх возвращаясь в кабинет который обычно делил с Петром. Отхлебнул прямо из горла «Дагестанского», сморщился озираясь, машинально искал чем закусить. Коньяк слегка отдавал клопами, но с лимоном обычно шёл хорошо. К сожалению достойной закуски рядом не оказалось и вопреки здравому смыслу Сергей отхлебнул ещё. Сел в кресло, примерно минуту смотрел в окно, на быстро темнеющее зимнее небо и тёмно-серые на его фоне, словно вырезанные из картона силуэты особняков древнего центра Москвы. Зазвонил телефон:
– Здравствуйте! Это доставка. Вашу стиральную машину привезём через час.
– Хорошо, здравствуйте, буду ждать. – Машинально сказал Сергей. Трубку повесели, а он вспомнил что действительно ещё до праздников купил стиральную машину, которую теперь должны были привезти.
Если прямо сейчас выйти из кабинета, то до дома он за час доедет, даже немного быстрее. Лучше бы конечно позвонить жене, но вот с ней говорить совсем не хотелось. Ещё минут десять Сергей потратил в пустую размышляя над жизнью и вспоминая тот момент, когда их семейное счастье пошло наперекосяк. Придя к выводу что виной всему его маленькая зарплата, он отправился домой принимать заказ.
Успел. Машинку привезли целую. Глядя на здоровый ящик, шланги, транспортировочные болты, которые нечем было открутить Сергей вспомнил как хотел заказать установку вместе с доставкой. Долго пробовал торговаться. Но из этого ничего не вышло. Запрошенная менеджером сумма казалась ему до боли большой, и он решил подключить всё сам. А теперь стоя с наливным шлангом в руках понимал, что не имеет не малейшего представления какие нужны переходники и где их можно купить.
– Ну что, скоро подключишь? – Спросила жена, почти ласково и в её предрасположенность хотелось поверить если бы между этих слов не сквозила злая ирония, которую Сергей за годы совместной жизни научился безоговорочно распознавать.
– Завтра, куплю всё нужное и подключу. – Сказал Сергей, укладывая ненавистный шланг назад в ящик.
– С прохода только это добро убери. – Сказала Лена и перебросив кухонное полотенце через плечо отправилась греметь посудой.
Где-то за стеной, словно успокаивая чужим горем раздался отголосок соседского скандала.
«Всё же мы не одни во вселенной». – Подумал Сергей и придвинул тяжёлый ящик к стене, отправился в Гостиную. Там дочь смотрела телешоу, совершенно бездарное. Про каких-то запертых людей и их отношения. Долго Сергей этого не выдержал, разговор по душам завязать не получилось. Отвечала дочь коротко и односложно. Боясь спровоцировать своей жаждой общения очередную ссору, Сергей спрятался в спальне и, делая вид что занят чем-то важным, залип в Ютюб на смартфоне.
Разговор подушам
Это был кризис. Настоящий кризис. Теперь в этом не оставалось никаких сомнений. Вчера Сергею исполнилось сорок четыре года. Елена испекла что-то напоминающее пирог. Дочь подарила милый поцелуй в щёку, и на том спасибо. Праздника как такового не было и не было ни возможности, ни желания его организовать. А честно говоря и не для кого было. Друзья Сергея с годами превратились в занудных, обременённых житейскими заботами индивидов, а некоторые из них ещё и в подкаблучников. По телефону созванивались, когда что-то было нужно, а без дела, только ради общения почти никогда.
Не обошлось и без скандальчика, не большого, так на пару минут. Сергей стал мешать ножом на сковородке гречневую кашу с луком, а у его благоверной были для этого специальные лопатки. Естественно Сергею припомнили, что денег на новую сковороду он не заработал, а эту скорее всего придётся теперь выкинуть.
– Лен, можно хоть в мой день рожденье оставить меня в покое. – Попросил Сергей. Кисти рук его дрожали, часть каши просыпалась на плиту. Стал собирать, обжёгся и в сердцах сказал, обращаясь к потолку:
– Что же это за жизнь такая!
– Пап, просто ты неудачник. – Сказала дочь допивая какао. – Тебе всё время не везёт.
Вечером, на улицах города разыгралась настоящая февральская метель. Не злая и колючая, а пушистая и уютная. Она крутила крупные хлопья снега красиво сверкающего в свете фонарей. Заметала грязь вчерашней оттепели, тормозила до скорости пешехода автомобили и разогнала по домам детвору. Сергей, замотав пол лица шарфом, шёл к своему старому товарищу Николаю. Очень странному человеку. В глубоком кармане пальто тёрлась о ногу бутылка грузинского коньяка с тремя звёздами и плитка горького шоколада, случайно выбранная в последний момент на кассе магазина из товаров «по акции».