Иван Фаворов – Аномалия (страница 5)

– Это всё. – Резюмировал Сергей.

– Прекрасно. – Только и сказал Николай. Налил ещё по одной, а выпив, словно сорвался с места как воздушный шарик, подхваченный ветром и полез в холодильник за более существенной закуской. – Прекрасно. – повторил он ещё раз. Освящённый сиянием открытого холодильника, словно Индиана Джонс над ящиком Пандоры. – Прекрасно, а чем я тебе могу помочь во всём этом?

– Честно говоря, кроме того, что ты можешь утолить мою жажду по нормальному общению, я надеялся, что ты поможешь мне разобраться о каком пути познания говорит этот чудак. Ведь записи не подробные, их и дневником назвать нельзя. Так скорее блокнот с мыслями. Многое надо додумывать.

– Ну ты изначально верно решил. – Николай указал на коньяк. – Без пол литра здесь не разобраться.

Они ещё долго говорили, рассуждая об гегелевском Абсолюте идущем к само обнаружению, об значение символа в искусстве и об абстрактном искусстве, словом обо всём том о чём Сергей не мог поговорить больше ни с кем на всём этом белом свете. После пятой, или шестой, или седьмой стопки Николай пить перестал, сославшись на необходимость чувства меры, а Сергей продолжал, время от времени, планомерно опустошать бутылку. Но до дна не добрался, понял, что незачем. Чем дальше вился их разговор, как тропинка, уходящая в гору, тем больше Сергей убеждался в том, что он хотел бы познакомится с писателем, которого они обсуждали. Почему-то Сергей уверился в том, что они непременно стали бы друзьями. Но к сожалению, он пока мог только, добравшись до засекреченного кабинета, смотреть на своего нового друга, как сквозь стекло подглядывая в открытую дверь.

Ночью, когда способность рассуждать была исчерпана, Сергею стало душно в небольшой коморке Николая и он, спустившись по трём заснеженным ступеням, пошёл по территории замороженного порта, мимо сложенных друг на друга контейнеров, обошёл спящий до весны подъёмный кран и оказался перед простором ночного неба, глядящего на него через русло замёрзшей реки. Затянутое пеленой городского смога, сливающегося с космической чернотой, небо почти не блестело звёздами, оно напоминало о мраке, скрывающем непостижимую истину от взора человеческого разума, и Сергею стало страшно, захотелось чего-то земного, обычного, человеческого. Захотелось чувствовать рядом тёплое женское тело, прячущее его в аромате сопутствующих чувств от потусторонней страшной истины, которая одной мыслью о своём существование как темнота космических просторов навивает страх и пускает бегать мурашки по дорожке позвоночника.

Сергей достал смартфон и вызвал такси.

Агония бессонницы

Одним из поздних вечеров следующей недели, ближе к ночи, лёжа на кухонном диване, Сергей мучился от похотливого зуда и одиночества, как ментального, так и физического. Несколько предыдущих дней прошли в «силосной яме» архива, где хранились сотни и тысячи различных дел, до сих пор не оцифрованных и представляющих мало интереса как для историков, так и для служителей закона. Эти дела, как и папки в которые они были обёрнуты казались Сергею замершим на бумаге эхом минувшей эпохи, растворившейся в реке времени и ушедшей в лето. Размашистый красивый почерк, округлые буквы, витиеватые росписи следователей, прятались за обложками с позолоченным гербом. Вроде тот же символ – щит и меч, но другие буквы, другие люди, словно всё хранящееся в архиве создавалось в античную эпоху или было принесено из другого мира где тоже говорили по-русски.

Сергей лелеял надежду откопать в архиве что ни будь важное для своего дела. Обнаружить упущенный след, который привёл бы его в запретную комнату. Напарник на этот раз не стал отлынивать от бумажной работы и помогал Сергею со всей отдачей, на которую был способен. Спёртый воздух подвального помещения пах старой подопревшей бумагой, Пётр жаловался на то что в отделе идет какая-то денежная движуха в которую его не привлекают, Сергей и сам был бы не против иметь дополнительный доход даже из сомнительного источника, но помалкивал. Ему казалось, что у Петра есть скрытые намерения на его счёт и это подтвердилось, когда Пётр предложил встретится и поговорить после работы. Сергей отказываться не стал, и напарники договорились в ближайшую пятницу посидеть в баре после работы, обсудить планы, совместить приятное с полезным.

Проведённые в архиве дни прошли практически в пустую, удалось выяснить только несколько интересных адресов которые стоило посетить, но надежда получить там важную информацию оказалась призрачной. Действительно ощутимым результатом для Сергея стала только депрессия, окончательно завладевшая им на третий день работы в архиве. Добравшись вечером этого дня до дома, он долго просматривал новости в смартфоне, и бесцельно листал страницы соцсетей, словно надеялся по инерции найти что-то важное, хотя на самом деле просто перематывал время.

Отношения с супругой оставались стабильно неприязненными, а человеческой теплоты или хотя бы плотского контакта с женщиной хотелось до боли в суставах. Сергей лежал в темноте, слушал жужжание холодильника и мусолил в руках смартфон. Не выдержал, зашёл на страничку Вики и Светы где размещались их фото демонстрирующие прелести привлекательного, обнажённого тела, за просмотр самых интригующих надо было платить, чтобы иметь возможность переписываться с красавицей, так же необходимо было оформить подписку. Какое-то время Сергей медлил, взвешивал за и против, денег было жалко, как и новогодней премии, которая почти полностью уже была потрачена на этих красавец. Но потом огонь чресл заглушил разум. Сергей заплатил, написал сообщение. Вика была онлайн. Она его узнала, ответила быстро и была готова принять в гости, но остатков зарплаты не хватило бы даже на час с этой девочкой, поэтому пришлось выдумывать достоверные отговорки. На приватный видео чат она его всё-таки развела.

Но как не странно эротическое выступление быстро перешло в разговор по душам. Получилось так, что за порнографической картинкой на экране Сергей рассмотрел родственную душу. Вика ему нравилась, её тело возбуждало, заставляло хотеть и вспоминать, а в общение она оказала простой и весёлой. Сергею очень долго не хватало простоты и лёгкости в женщине и эротики, конечно. Говорили, как не странно, о жизни и о чём-то важном, животрепещущем, волнующем душу, гораздо больше чем о сальных интимностях, призванных будоражить плоть. Говорили, дольше чем Сергей оплатил. В итоге она дала ему свой номер, но сказала, что бесплатно трахаться не будет, и чтобы он не рассчитывал на халяву. Сергей искренне пообещал этого не делать.

Онлайн общение кончилось. Сергей снова остался в пустой комнате наедине с самим собой и темнотой. Но прежде пугавшая его темнота теперь была наполнена чувствами, завладевшими его разумом. Ему казалось, что рядом с ним в тёмном углу пристроилась красивая женщина, ставшая этим вечером к нему ближе и она на даст ему замёрзнуть этой одинокой ночью.

«Секс понятно за деньги». – Думал он –«Но разговор то был бесплатным» – От этой мысли ему стало легче и он, отбросив предубеждения о пагубности такой связи погрузился в беспокойный, потный сон.

Когда Сергей проснулся, светило солнце, подушка была влажной, из-под волос по шее сползал липкий пот. Плечо болело, сообщая о неудачно выбранной позе. Жена ещё спала, а дочь рисовала фломастерами за кухонным столом.

– Доброе утро па. – Сказала она, не отрываясь от творческого процесса.

По следам маэстро

Некоторые дороги в России, как и в самые древние времена, зимой лучше чем летом. Дорога, по которой Сергей и Пётр ехали в отдалённую от райцентра деревню, относилась именно к таким. Сверкающие, подожжённые лучами солнца в морозном воздухе отвалы по обочинам, казались стенами волшебного лабиринта, ведущего в сказочную страну сквозь заснеженный лес.

– Если сейчас вместо лося на дорогу выскочит Фавн в красном шарфе я не удивлюсь. – Сказал вдруг Пётр, поворачивая круто на право и не снижая скорости.

Сергей посмотрел на него вопросительно.

– Недавно с маленькой племянницей Хроники Нарнии смотрел, про колдунью там, шкаф и заснеженный лес. Знаешь?

– Да, конечно кто ж не знает. – Улыбнулся Сергей. И опять уставился в окно размышляя над чем-то своим.

– Хороший фильм, добрый. – Сказал Пётр, явно раздосадованный реакцией напарника.

– А я думал ты про книгу, – так же не эмоционально сказал Сергей.

– Не, книг я не читаю, тем более таких.

«Вот и зря», – хотел сказать Сергей, но вместо этого спросил:

– Думаешь там будет кто ни будь, там куда мы едим?

– Надеюсь, но в любом случае поездка получилась хорошая. – Сказал Пётр и ещё раз лихо заложил в поворот свою тойоту.

Дорога привела Петра и Сергея к старому, но жилому дому, стоящему между деревьев на берегу Волги. На фоне тёмных от времени брёвен выделялись голубоватые резные наличники, крышу скрывала пушистая снежная шапка из-под неё свисали сосульки.

– Как её зовут? Хозяйку в смысле. – Спросил Пётр, глуша мотор у ворот дома.

– Анна Ильинична, кажется. У меня записано где-то. – ответил Сергей и полез во внутренний карман искать бумажку с Адресом и именем.

– Сестра его, да? – Ещё спросил Пётр.

– Кого, – переспросил рассеянный сегодня Сергей.

– Константина Ильича, писателя нашего.