Иван Банников – Железные истории (страница 8)

– На столе, – глухо проронил полицейский, имени которого Илья не знал.

Они все посмотрели на стол. Стакан Веры был полон наполовину, на блюдце рядом с ним лежал слегка надкушенный кружочек лимона, который она извлекла из чая. Стакан покойника был опустошён на треть. Возле него на столе виднелись просыпанные крупинки сахара. Илья похолодел.

– Разве ты?.. – начал Игнат Павлович.

– Я всегда кладу сахар в стакан перед подачей, – быстро сказал Илья, чтобы защитить себя.

– У вас был свой сахар? – спросил начальник у Веры.

Она вскинула на него глаза, в которых плескалось настоящее безумие. Илья подумал, что она буквально балансирует на грани сумасшествия. Её бледное лицо было залито слезами.

– Был сахар? – полицейский повторил вопрос.

Она отрицательно помотала головой.

– Тогда откуда это?

В ответ молчание.

Врач перешагнул через тело и присмотрелся к белым крупинкам.

– Без проверки в лаборатории трудно сказать наверняка, но похоже на него.

– Вы видели кого-нибудь? – строго уточнил полицейский. – Заходил кто-нибудь к вам?

Вера помотала головой и уткнулась лицом в колени. Её тело сотрясалось от рыданий. У Ильи защемило сердце при виде такого безутешного горя.

– У них купе было открыто, – тихо сказал он.

Теперь все смотрели на него.

– Когда? – резко уточнил начальник.

– Я принёс чай, купе было открыто и тут никого не было.

– А они где были? – Игнат Павлович кивнул в сторону Веры.

– Они стояли в тамбуре.

– И ты?

– И я поставил чай и вазочку на стол и вернулся к себе.

– Когда это было?

Илья посмотрел на наручные часы.

– Примерно двадцать минут назад.

– И долго их не было? – начальник оглядел коридор.

– Не знаю, – Илья пожал плечами. – Я наводил порядок у себя, не видел, как они вернулись.

– Значит, кто-то в это время вошёл в купе и насыпал цианида в чай. Но откуда убийца мог знать, что парень выпьет именно из этого стакана?

– А если отравить хотели не его? – очень тихо предположил полицейский.

Все разом посмотрели на Веру.

– Нет, его, – глухо проговорил Илья.

– Почему так думаешь? – жёстко спросил Игнат Павлович.

– На этой стороне женские вещи, – он указал рукой. – Пальто её висит, сумка светлая из замши, как любят состоятельные дамы. А на этой стороне мужские вещи. И сумка раскрыта и из неё выглядывает галстук и носки мужские. Спутать невозможно.

– А ты молодец, наблюдательный, – похвалил начальник.

– Значит, всё-таки его… – протянул полицейский. – Но кто это мог быть? Пассажир?

– Совсем не обязательно, что убийца сейчас находится в этом вагоне, – глубокомысленно заметил Игнат Павлович. – Он мог и перейти…

Илья шумно втянул воздух носом. Ему уже какое-то время не давал покоя запах, который едва ощущался на грани чувствительности. Начальник заметил это и оборвал себя.

– Что такое? – удивился врач.

– У него потрясающий нюх.

– Обострённое обоняние, – уточнил Илья.

– И что? – тупо спросил полицейский.

– Здесь есть их запахи. И есть запах убийцы.

Он вошёл в купе и решительно закрыл дверь, оставив полицейского и начальника в коридоре.

– Эй, – попробовал возмутиться служитель порядка.

– Замолчи, – злобно приказал Игнат Павлович.

Врач вылупился на Илью, который крутил головой и шумно нюхал воздух. Из множества запахов он пытался вычленить тот самый, которого здесь не должно было быть. Посторонний, чужой, лишний. Вера тоже перестала плакать и уставилась на него с надеждой.

– Найдите, умоляю, – прошептала она. – Кто это сделал?

Илья плавно наклонился к столу. Придерживая полы кителя, он понюхал стакан, задержался на ручке подстаканника, затем понюхал чайную ложку. Вот-вот… Сейчас-сейчас… Есть.

Он рывком выпрямился, сделал шаг назад, схватил ручку двери и сильным рывком отворил её. Вышел в проход и провёл рукой по лицу.

– Запах гвоздики и тмина, – сказал он тихо. – Немного кориандра и перец.

Начальник смотрел на него выжидающе.

Илья поднял руку и указал на второе купе.

– Морозова Авдотья Никитична.

Полицейский сработал как по команде «фас». Немедленно кинулся к соседнему купе и дёрнул дверь. Она оказалась заперта изнутри.

– Открывайте! – громко сказал он.

– Откройте немедленно! – грозно прорычал Игнат Павлович.

Старуха никак не показала, что услышала обращение. Илья опомнился и извлёк из внутреннего кармана кителя универсальный ключ. Он вставил его в замочную скважину и с хрустом повернул. Когда дверь отлетела в сторону, они увидели старуху. Она сидела за столом и встретила их с мрачным спокойствием. Окно было приоткрыто и сильный поток воздуха трепал чёрный платок на седой голове.

– Зачем вы отравили пассажира?! – взревел Игнат Павлович, которого очень огорчала перспектива предстоящего разбирательства и бесконечных объяснительных.

– Мой муж был очень плохим человеком, – сказала она еле слышно.

– Что?

– Он всё время изменял мне с разными потаскухами. А потом приносил от них всякие непотребства, которыми заставлял меня… Мерзость и срам… – она посмотрела в окно и тяжело вздохнула. – Когда он умер, я наконец-то стала счастлива…

Некоторое время все хранили недоумённое молчание.

– При чём тут несчастный парень?! – грозно спросил начальник поезда.

– Как увидела его, так прям обмерла – вылитый мой Тихон. Как будто с него рисовали. Снова вся ненависть всплыла.

– Что?! – не поверил своим ушам Илья. – Вы отравили невинного человека только потому, что он якобы похож на вашего мужа?!