Иван Аккуратов – Песня в облаках. Том 1 (страница 7)
Аллек бросился к краю сцены. Прямо перед ним вырос тот самый молодой офицер, до сих пор безуспешно пытавшийся унять своих людей, тут и там вступивших в потасовки с горожанами. Аллек схватил его за красный плащ и дёрнул на себя. Офицер пошатнулся, отступил на шаг и оказался на пути преследователей. Все четверо с грохотом повалились на пол.
Аллек остановился. Махнул им рукой на прощанье. И, свесившись с края сцены, спрыгнул в спасительную темноту. Мягко приземлился. Побежал под помостом, огибая балки, нырнул в прячущуюся здесь группу перепуганных горожан, пролез между ними, выбрался почти с другого конца сцены, и…
Кто-то схватил его за порванную робу и дёрнул к себе. Перепуганный, Аллек уже выставил кулаки, готовый сражаться, но вдруг узнал Брэка – своего помощника. Высокий, крепкий – один только кулак, державший Аллека за шиворот, был размером практически с голову. Однако сейчас на его суровом лице с густой рыжей бородой отчётливо читались страх и растерянность.
– Капитан! – выдохнул он с немного вопросительной интонацией, будто не был уверен, что поймал кого нужно. – Бездна! Ты устроил здесь настоящее безумие!
Аллек высвободился из хватки товарища. Огляделся. Погони не было, но… Были стычки, прячущиеся от стражи горожане, огонь, выстрелы и звон стали.
– Вы обыскали ратушу? – попытался он сменить тему.
– Да, – мрачно ответил Брэк. – Ничего. Никаких доказательств, что мэр врал.
Аллек нахмурился.
– Но доказательств того, что мэр сказал правду, вы ведь тоже не нашли, не так ли?
Брэк сощурился, глядя на Аллека. Мимо пробежали несколько солдат, – кажется, гнались за одним из осуждённых, – и не обратили внимания на прячущихся под сценой.
– Нет, но…
– Отлично, – перебил его Аллек. – Тогда действуем по плану. Дай мне сумку.
– Кэп, я не думаю…
– Давай сюда, – повысил голос Аллек. Брэк был с ним одного роста, но шире в плечах вдвое и, пожалуй, если бы захотел, легко завязал бы Аллека в узел. Но он лишь поморщился, покачал головой, а затем протянул холщовую торбу, перевязанную верёвкой. Аллек выудил оттуда длинную чёрную мантию с капюшоном. Надел на себя. – Одевайте такие же.
– Что ты задумал?
– Ровно то, что мы и планировали.
– Бездна, Аллек! – Брэк шагнул к нему. – Ты разве не понял? Мы ничего не нашли!
– Сейчас это не имеет значения! – отмахнулся Аллек. – Люди напуганы! Им нужна надежда! Нужны мы!
– Сперва ты говорил, что им нужна правда, – скривился здоровяк.
– Это не ложь! – рявкнул Аллек, тоже сделав движение к Брэку, поднимая руку, словно собирался ударить. Чувствуя, как ярость захлёстывает его. И изо всех сил попытался успокоиться. – Я не стану врать им, – добавил он. Поднятая прежде рука теперь легла на плечо Брэка и сжала его. – Мы допрашивали рабочих с нижней части панциря! Мы говорили с жителями дочерних островов! С Тарконом и его подчинёнными! Нет никаких причин полагать, что Иль’Пхор – Титан, которые никогда прежде не умирали, – может умереть теперь!
– Этого недостаточно, – буркнул Брэк.
– Мэр собирает армию, – продолжил Аллек. – Ты видел приказы. Видел лагеря. Видел людей, которых уводят туда против воли. Ты знаешь, что я прав. Веришь мне. Иначе бы не позволил провернуть всё это.
– Верю, но…
– Тогда не будем больше терять время. Ты со мной? – Аллек убрал руку с плеча Брэка, достал из сумки ещё несколько чёрных мантий и протянул перед собой. Брэк нехотя взял их. Аллек кивнул, похлопал друга по плечу и побежал в сторону ратуши.
Уже через несколько минут – солдаты не искали лично его, но Аллек всё же предпочитал не попадаться им на глаза – он выбрался из-под сцены. Увидел возле главных дверей ратуши четырёх стражников, обогнул здание и остановился, заметив открытое окно. Пролез через позолоченную раму и оказался в крохотном кабинете, больше половины которого занимал письменный стол, заваленный документами.
Оттуда Аллек выскользнул в главный зал. Просторный, устланный коврами, заставленный дорогой мебелью, он сейчас напоминал скорее приют для бездомных. Чиновники вместе со своей охраной забились сюда, как рыба в бочку, спасаясь от творившегося на площади. Аллек, пряча лицо, пробрался мимо них к лестнице. Поднялся на второй этаж, представляющий собой галерею с мраморной балюстрадой с одной стороны и яркими витражами окон с другой. Пошёл вперёд, с трудом вспоминая маршрут, ведь не был здесь с самого детства. И вдруг увидел дверь из цветного стекла, ведущую на балкон. Бездна… Она могла быть и из чего-то покрепче…
Он сглотнул и распахнул её. Шум площади – крики, выстрелы, звон стали – набросились с порывом ледяного ветра. Кажется, за спиной, на первом этаже раздался встревоженный крик, но Аллек и так понимал, что времени будет немного.
Он вышел на балкон и захлопнул за собой дверь. Та закрывалась на щеколду, и Аллек воспользовался ей, хотя и понимал, что это позволит выиграть не больше секунды. Перед ним раскинулась городская площадь. Отсюда, со второго этажа, её было видно всю. Он видел несколько потасовок, танцующее пламя костров, вспышки выстрелов, блеск стали. Тела. Солдаты отгоняли горожан от сцены и многие из них оказались сейчас под этим самым балконом. Глашатаи использовали его для важных объявлений, так что сюда бил свет двух прожекторов, и Аллека сразу заметили.
Что ж, на это он и рассчитывал.
Перед ним удобно расположился микрофон, звук от которого передастся по всей площади и на радиоприёмники по новостной волне. Каждое его слово мигом разлетится по городу. От этой мысли начало мутить. Предательски задрожали ноги. Ему доводилось произносить речи перед публикой, но сейчас…
Он заставил себя включить микрофон и придвинул его к себе. Набрал полную грудь воздуха. Зажмурился, будто собирался прыгнуть в ледяную воду, и…
– Всё это – долбанное враньё! – взревел Аллек, немного громче, неувереннее и писклявее, чем рассчитывал, и слова эхом громыхнули из динамиков, установленных в разных концах площади. Ему нужно было привлечь внимание, и такое начало показалось подходящим. Краем глаза Аллек увидел, как не меньше дюжины солдат бросились к входу в ратушу.
– Каждое слово! – закричал он после короткой паузы. – Каждое их слово – ложь!
Люди постепенно замолкали, прислушивались, устремляли взгляды наверх. И Аллек вдруг почувствовал, как уверенность распускается внутри него, будто цветок.
– Иль’Пхор не умирает! Это лишь предлог! Повод для новой войны!
Что-то крикнули снизу. И ещё. Голоса взвились ураганом, сплетаясь друг с другом и превращаясь в неразборчивый шум. Одни были возмущены – и Аллек понимал, что такие найдутся. Но ему показалось, что больше было тех, кто кричал, потому что был согласен. Потому что хотел поддержать.
– Прислушайтесь к себе! – окрылённо продолжил он. – Вспомните всех, кого вы потеряли! Вспомните друзей, родственников, которых уволокли в военные лагеря! Они говорят, что защита Иль’Пхора – главный долг любого горожанина! Но разве война не закончилась годы назад? Разве остались враги, для защиты от которых нам нужна новая армия? Я отвечу вам, люди! Отвечу, что враг, угрожающий нашему городу, нашему дому, действительно есть! Это король Тан Гурри! Это генерал Болло! Это мэр Олси! Они ложью пытаются запугать вас! Подчинить вас! Заставить делать то, что им нужно! То, что выгодно только им!
Он замолчал прислушиваясь. Криков поддержки становилось всё больше. Кто-то принялся скандировать «долой Олси», и эти крики подхватили другие. Вдруг что-то громыхнуло за спиной. Через цветную мозаику Аллек увидел приближающиеся силуэты. Времени почти не осталось. Но и внизу к балкону уже подбирались люди в чёрных мантиях, напоминая ручейки, растекающиеся на песке.
– Я остановлю это! – крикнул он, окидывая толпу взглядом. – Я, Аллек Болло, клянусь вам в том, что защищу город! Докопаюсь до правды! И покараю лжецов! Дождитесь этого! Дождитесь и сопротивляйтесь!
За дверью загрохотали шаги. Аллек стряхнул с плеча торбу, нащупал смотанную верёвку, достал, привязал один её конец к мраморной балюстраде, другой сбросил вниз. В стекло что-то ударило. Аллек отшатнулся. Микрофон с грохотом, раскатом прокатившимся по площади, рухнул на пол. Дверь выдержала, растрескавшись и повиснув на щеколде, давая лишний миг.
Кровь застучала в висках. Аллек схватил верёвку, обвязал её вокруг правой руки. Как раз в тот момент, когда сзади прогремел выстрел и во все стороны со звоном разлетелись цветные осколки.
Прыгнул.
Ветер засвистел в ушах, и через мгновение руку обожгло болью. Аллек охнул, повис над толпой, напоминавшей волнующуюся бездну. Увидел солдат, которые пробирались к нему, распихивая горожан. Уже знал, что они, конечно же, не успеют. Качнулся, оттолкнулся от стены босыми ногами и, разматывая верёвку, несколькими прыжками спустился на площадь. Толпа расступилась, принимая его, и тут же сомкнулась. Люди вокруг накинули чёрные капюшоны. И уже через мгновение Аллек и два десятка его подчинённых в одинаковых мантиях разбежались в разные стороны.
Им его не поймать. Не сегодня. Никогда.
Пряча лицо в капюшоне, он продрался через толкающуюся, размахивающую локтями и коленями толпу. Осмотрелся. Бросился к жилым домам. Заскочил на крыльцо одного из них, открыл оставленную незапертой его людьми дверь и кинулся напрямик через пустые комнаты. Плечом распахнул ещё одну дверь и оказался в безлюдном переулке вдалеке от шума площади. Погони не было. Зато был приоткрытый люк, ведущий в канализацию.