Ицхак Ашкенази Лурия – Врата введений (страница 14)

И вот я начинаю разъяснять их с помощью Б-га.

Знай: до того как были эманированы все эманированные, тогда Свет Высший, простой, наполнял всю действительность целиком. И не было никакого пустого места в аспекте пустого воздуха, пространства вовсе, но всё было наполнено из того простого Света Эйн Соф. И не было в нём ни аспекта «начала» (Рош), ни аспекта «конца» (Соф), но всё было одним простым Светом, равным в совершенном равенстве, и Он именуется Эйн Соф (Бесконечный).

И когда взошло в Его простой воле сотворить Свой мир и эманировать мир эманированных, чтобы выявить к свету совершенство Его действий, и Его Имён, и Его проименований, — что и было причиной сотворения миров, как разъяснено выше, в первом исследовании, — тогда сократил (Цимцем) Эйн Соф Себя Самого в Своей центральной точке, в действительности в середине Своего Света, и удалил тот Свет, который [был] в Его центральной точке, к сторонам от центральной точки. И тогда осталось свободное место и пустой воздух, пространство в Его центральной точке, так.

фото

И вот, это сокращение (Цимцум) было равным, в совершенном равенстве, вокруг той пустой центральной точки, так что то место пространства было круглым (Игуль) со всех своих сторон в совершенном равенстве, и не было в форме четырёхугольника, обладающего углами, потому что и Эйн Соф сократил Себя в аспекте круга, в совершенном равенстве со всех сторон.

И причина была в том, что, поскольку Свет Эйн Соф ровен в совершенном равенстве, вынужденно было и сократить Себя также в совершенном равенстве, а не сократить Себя с одной стороны более, чем с остальных сторон. А ведь уже известно и объявлено в науке меры, что нет формы столь же равной, как форма круга, — в отличие от формы квадратной, обладающей выступающими прямыми углами, или формы треугольника и тому подобного из остальных форм. И поэтому вынужденно было сокращение Эйн Соф, да будет Он благословен, в аспекте круглой формы. И причина этого — ради Самого Эйн Соф, как упомянуто.

И ещё есть другая причина, и она — ради эманированных, которым предстояло быть эманированными впоследствии в том свободном месте и пустом воздухе упомянутом. И суть в том, что, когда эманированные [пребывают] в форме кругов (Игулим), как будет разъяснено, все они будут близки и прилеплены к Эйн Соф, светящему и оживляющему их в совершенном равенстве, и Свет и изобилие, необходимое им, будут получать они от Эйн Соф в единой мере со всех своих сторон. Не то — если бы эманированные были в форме четырёхугольной, или треугольной, или подобного из остальных форм: тогда были бы в них выступающие углы, более близкие к Эйн Соф, чем остальные аспекты их сторон, и они не получали бы Свет Эйн Соф в совершенном равенстве. А далее будет разъяснён смысл, почему был необходим этот Цимцум и в чём его суть, и смотри там.

И вот, после того как произошёл этот Цимцум, так что осталось то пространство и пустой воздух и вакуум в действительности посреди Света Эйн Соф, как упомянуто выше, — вот уже стало место, чтобы могли пребывать там эманированные и сотворённые и все миры, все вместе, как один. И [тогда] Эйн Соф продолжил Свой Свет в аспекте одного прямого Кава (линии). Его начало распространяется и начинается от самого Света Эйн Соф, который сократился и стал аспектом круга, как упомянуто. И эманировал оттуда сверху вниз, и протянулся, и спустился тогда внутрь этого пространства, так. И высшая глава (Рош) этого Кава протягивается и держится в действительности за Сам Эйн Соф. Однако окончание (Сиюм) Кава в конце его не возвращается коснуться и ухватиться за Свет Самого Эйн Соф в действительности, окружающий снизу вверх, как изображено для тебя напротив. И путём этого Кава протягивался и распространялся Свет Эйн Соф вниз, в то место пространства, и тогда эманировал, и сотворил, и создал, и сделал всё в мудрости — все миры, все они. И этот Кав был наподобие одного канала, через который текут воды Света Высшего от Эйн Соф, окружающего все миры, помещённые в нём, в том месте пространства.

И вот теперь немного разрешается исследование каббалистов, желавших знать, каким образом существует аспект «верха» и «низа» в сфирот, как упомянуто выше. Ибо поскольку у этого Кава только его высшая глава касается и держится за Свет Самого Эйн Соф, но его конец не протягивается и не касается также там Света Эйн Соф, окружающего снизу, и не прилеплен к нему, — поэтому будет правильным [говорить] в этом Каве «глава» (Рош) и «конец» (Соф), «верх» и «низ», «право» и «лево» и т. д. Не то — если бы этот Кав прилеплялся также и в конце своём к Свету Эйн Соф, окружающему под мирами: тогда он получал бы Свет от Эйн Соф с двух своих концов, и тогда оба конца назывались бы «начало», и не было бы правильно тогда сказать о нём «это верхний конец, а это нижний конец», поскольку оба они держатся за Эйн Соф. И так постановила мудрость Его, да будет Он благословен, чтобы Свет Эйн Соф не распространялся внутрь того пространства иначе, как только путём одного Кава, ибо тогда будет правильно в нём «верх» и «низ», «право» и «лево» и т. д. И тогда будет аспект ступеней в эманированных: этот выше того, и этот получает от этого по мере нужды и подобающего им. Не то — если бы Свет Эйн Соф протягивался и распространялся в эманированных со всех окрестностей сторон того пространства: тогда не было бы различия ступеней в эманированных там — этот причина, а этот следствие, — и всё было бы одним равенством. А не таково было Его намерение, когда Он эманировал их, но чтобы все они были в тайне причины и следствия, и самый близкий к началу Кава в его высшем конце получал бы первым, и он влиял бы своему ближнему, который ниже его, как мы разъясним с помощью Небес.

И вот, поскольку Свет Эйн Соф распространился путём одного прямого Кава посреди того места пространства сверху вниз, его распространение не было сразу до низа, но медленно, поступенно, — то есть изначально этот Свет распространялся как бы одним Кавом, и тотчас в начале своего распространения он закруглился как бы кругом (Игуль) вокруг, внутрь пространства, и стал как бы одним кругом, окружённым внутри круга Эйн Соф, окружающего, как упомянуто, — без того, чтобы они оба соединились вместе вовсе, кроме как в начале высшего конца, который в Каве. Ибо если бы два этих круга — Эманирующий с эманированным — соединились вместе, возвратилось бы дело к тому, что было до упомянутого выше Цимцума, когда всё было одним простым Светом Эйн Соф. И поэтому этот круг эманированного был без того, чтобы прилепиться в действительности к кругу Эйн Соф. И вся суть его связи, эманированного с Эманирующим, — в аспекте того упомянутого Кава, через который протягивается и спускается Свет Эйн Соф, и влияет, и светит в том кругу. А Свет Эйн Соф окружает его и обходит его со всех его сторон, будучи далёк от него, в едином равенстве со всех его сторон, — не то, как если бы Он светил в нём со всех его сторон, ибо тогда эманированный был бы в аспекте Эманирующего, как упомянуто выше. И более того: даже тот самый Кав был в предельной тонкости, без толщи и ширины. И это для того, чтобы Свет, привлекаемый к эманированным, был в мере и в весе, вещью ограниченною, необходимою им. Ибо по этой причине названы эманированные именем «десять мер» (Маадот) и именем «десять сфирот», чтобы указать, что есть в них мера ограниченная и число ограниченное, — не то, что в Самом Эйн Соф. Как мы разъяснили в святой книге Зоар, в главе Пинхас, в разделе Райа Меемна, лист 257b: «Заповедь тринадцатая — чтение Шма… Но нет у Э-ля меры и известного Имени, как у сфирот, ибо у каждой сфиры есть известное Имя, и мера, и граница, и предел…» И также в Сефер Йецира, глава первая: «Десять сфирот без ничего… глубина начала и глубина конца…» И с помощью этого будет тебе понято дело [стиха] «И сотворил Б-г человека по образу Своему, по образу Б-жию сотворил его» (Берешит 1:27), — относительно которого все мудрецы простого смысла и исследователи смешались: как может разум вынести, что есть, не дай Б-г, образ человека в ограниченных мерах? Ведь у Святого, благословен Он, нет тела и силы в теле, и нет у Него ни начала, ни конца. И они почти удерживают себя от занятия мудростью святой книги Зоар из-за этого затруднения, смущающего их разум. Однако у знающих эту мудрость, — о них сказано: «которые скажут тебе замысел…» (Теилим 139:20), — и они удаляют надзор Его, да будет Он благословен, над творениями Его, не дай Б-г, словами такими. Но у нас нет ничего, кроме как: десять сфирот, есть у них мера ограниченная для каждой из них и число ограниченное, чтобы был у них аспект ограниченного надзора над нижними, по мере нужды им. И это неизбежно, и как разъяснено в статье Пинхас, которую мы упомянули.

Однако, если бы, не дай Б-г, десять сфирот были не связаны и не держались за Эйн Соф путём того Кава, тогда было бы, не дай Б-г, по словам их, и не назывались бы они аспектом Божественности, но были бы сотворёнными. Но поскольку они связаны и держатся за Него путём того Кава, «как пламя, связанное с углём», как упомянуто в первой главе Сефер Йецира, — следовательно, Он и они — всё одно, и также они будут называться именем Эйн Соф. А тот, кто желает устоять на прояснениях ответа на эту трудность, пусть всмотрится в главе Бо эль Паро, лист 42b, в Райа Меемна, о той притче, как он уподобил десять сфирот аспекту источника, бьющего из бездны, а после выходит из него родник, а после родник протягивается наподобие моря, а после из моря протягиваются наружу и выходят семь потоков. Таким образом, что хотя по наблюдению глаза человеческого видится конец, и предел, и граница, и мера у каждого из этих аспектов, — это не так, [кроме как] в аспекте сосудов (Келим), внутри которых ограничены воды и входят в них. Но сами воды — нет у них меры, ибо они слиты с Эманирующим, — то есть они бездны, из которых они протягиваются и выходят. И главный аспект меры и числа — он только в аспекте самих сосудов, которые не могут вместить вод более своей меры. Но воды, которые внутри них, — нет у них конца и предела, и нет им границы.