И вот, от этого женского духа, данного в уста мужского, – произошёл Ицхак. И в этом тайна: «и вот, сын у Сары, жены твоей» (Берешит 17:19). То есть это тайна «бен» – высшего духа поцелуев, называемого Бо״Н, как сказано, только корень его – у Сары, жены твоей, и изначально он её, хотя теперь он – твой. Потому не сказано: «вот, теперь сын у Сары, жены твоей», а [подразумевается]: это было изначально так: «у Сары, жены твоей», со стороны женского начала. А Хаввакук был от мужского духа, данного в женское. И в этом тайна: «ты обнимаешь сына» (по-видимому, из агады о Хаввакуке) – ибо этот высший дух, называемый «бен», – ты, [женское начало], теперь обнимаешь его, потому что он дан в тебя, ибо ты – женское начало. Поэтому Ицхак, который был более возвышен, ибо превратился в мужское, – не умер. Но ему был вынесен смертный приговор во время Акеды, как сказали мудрецы: «ибо тогда отлетела душа его», и вернулась к нему. А Акеда произошла, когда ему было тридцать семь лет, – это гематрия «hевель» (37), ибо это тайна того самого дыхания (hевель) поцелуя. И когда завершилось время этого дыхания, он умер бы, если бы не милость Всевышнего, который оживил его. Хаввакук же, превратившийся в женское, умер в первый же год после рождения, и Элише пришлось оживлять его и привлекать на него высший дух из источника жизни мужского начала, из уст Зеир Анпина, – новый дух (и в этом тайна: «и приложил уста свои…» (II Царей 4:34), чтобы извести новый дух) от Зеир Анпина, который соответствует Элише.
Второй же путь – противоположен: Ицхак – от мужского духа в женском, и поскольку изменился в утробе женского, сказано: «вот, сын у Сары, жены твоей», ибо «пошёл в город – следуй его обычаям» и считается как будто её. А Хаввакук – от женского духа, данного в мужское. И поскольку его корень – женский, сказано о нём: «ты обнимаешь сына», и из-за того, что корень его женский, – он умер в первый год. Ицхак же, чей корень – мужской, не умер до тридцати семи лет, пока длился высший мужской дух, откуда приходит жизнь, а когда завершился мужской дух, – умер. Однако первое толкование кажется мне более верным.
И вот, в слове «Хаввакук» (חבקוק) упомянуто в главе «Берешит», что на нём запечатлено имя 72, буквами и знаками… То есть сначала запечатлел на нём буквы: буквы [имени] дают 216, числом «Хаввакук», а слова [стиха] – 72 сами по себе, и то и другое запечатлел Элиша. Итак, это 72 и 216. И в этом тайна 288 искр, которые суть 72 и 216: ибо 72 – это 72 с наполнением «йудин», а 216 – это также 72 от Са״Г, М״А и Бо״Н. И эти три – гвурот, числом «ли-ва» (לי״ו) – 46, что есть гематрия «гвура» (גבורה), ибо они от Бины и ниже. Но 72 – это гематрия «хесед» (חסד), что в Отце. И запечатлел на нём четыре Имени: 72, 63, 45, 52, – и это тайна цели 288 искр.
Толкование из группы товарищей, относящееся к этой главе (Вайера)
Относительно сказанного: «И явился». Нужно знать, что всё, что мы должны исправить в этом мире, – это сотворение Зеир Анпина и Нуквы (ЗО״Н). Ибо нет у нас пропитания и влияния, кроме как от них, и они – наш отец и наша мать, как писал рабби Шимон бар Йохай, да будет мир ему: «Веселись об отце твоём и о матери твоей» (Притчи 23:25) – это Святой, благословен Он, и Собрание Израиля. Поэтому нам нужно вместе с ними исправить соитие Отца и Матери (Аба ве-Има), чтобы к ним снизошли мозги (мохин) для соития, и тогда от них низойдёт влияние, души и всё потребное.
И трудно согласовать это со сказанным мудрецами: «Святой, благословен Он, не войдёт в вышний Иерусалим, пока не войдут в нижний Иерусалим» (Вавилонский Талмуд, Таанит 5а). А в другом месте сказано, что Отец и Мать – это два друга, которые не разлучаются вовек, а нижние называются «возлюбленными», которые совокупляются не постоянно, а лишь в определённые времена. И почему же тогда их называют также «друзьями»? Это невозможно, ведь прямо сказано на стих «отпуская, отпусти» (Дварим 22:7) – два ухода: высшая Шхина и низшая Шхина. И это намекается в главе: «отпуская, отпусти мать» – если прочтёшь «эт» как намёк на низшую Мать, включающую буквы от Алеф до Хет, – это Мать, высшая Мать. И объяснение этому: есть два вида соития – одно внутреннее, другое внешнее. Внешнее – никогда не прекращается и не нуждается ни в каком пробуждении, и оно для поддержания всех миров, как сказано мудрецами: «полезно женщине, полезно ребёнку, полезно молоку». А второе – для произведения новых творений в мире посредством соития. И о нём сказано: «поклялся» и т.д., пока не войдут в нижний Иерусалим. То есть, пока Зеир Анпин и Нуква не будут готовы принять в себя мозги. И нельзя сказать «пока не войдут» в буквальном смысле, ибо то, ради чего они совокупляются, – это привлечение души от Отца и Матери. А если Отец и Мать ещё не привлекли к себе, как же снизойдёт к Зеир Анпину и Нукве? Ибо таков порядок их привлечения: Зеир Анпин и Нуква привлекают от Отца и Матери, Отец и Мать – от Арих Анпина, а Арих Анпин – свыше. Потому и приходится толковать «пока не войдут» – как «пока не будут готовы войти». Итак, главное, что нам нужно исправить и свести вместе, – это Зеир Анпин и Нуква. И суть соития – в услаждении гвурот, чтобы совокупить их с хасадим, дабы было соитие гвурот с хеседом. А гвурот женского начала – это МАНЦЕПА״Х, что даёт 280 от Мамре (ממרא), ибо это гвурот, ищущие услаждения и соития. И пока Аврам был необрезан, невозможно было соитие, ибо высший Хесед, раскрывающийся в «устье ама», достигнув крайней плоти, удаляется. Потому Мамре и дал ему совет совершить обрезание.
И вот, три друга было у Авраама: Анер, Эшколь и Мамре. «Анер» (ענר) – гематрия 320 судов (шах диним), что в Тиферет. «Эшколь» (אשכול) – Йесод. Ибо Йесод называется «Ша-дай» и низводит хасадим, что внутри Имени Э-hейе (אהיה) Матери (числом 54), а в квадрате – 44. «Ша-дай» (314) и 44 – дают в точности «Эшколь» (358). И это то, что питает и кормит всех, потому и называется «Ша-дай». Это – внешний аспект Йесода, то есть внешнее соитие, оживляющее и питающее всё. Имеется в виду: подобно тому, как у Матери есть два соития, – так и здесь. Ибо мудрецы толковали: «Ша-дай – Который сказал миру Своему: довольно (дай)», – после того как дал меру и предел, это сила гвуры, ибо хасадим распространяются безгранично. И ещё толковали: «Он сокрушает врагов», – а это возможно лишь через гвуру. И эти двое – Анер и Эшколь, которые не услаждаются через соитие, – не давали ему совета об обрезании, ибо им нет от этого пользы. Но Мамре, чьё главное услаждение – через соитие, и пока он не обрезан – Хесед удаляется, – потому он и дал ему совет об обрезании. И это означает: «и явился ему» (Берешит 18:1). То есть теперь, через обрезание, раскрылся Хесед в «устье ама». (То есть: «и явился ему» – раскрылось Имя «Эль» к нему, чтобы принять пять хасадим. А где раскрылось? «В дубраве Мамре». Ибо «дубрава» (элон) – означает «крепость». То есть раскрылся ему в крепости Гвуры, что есть Мамре, числом 280, как сказано, чтобы усладить суды через соитие.) «А он сидел при входе в шатёр» – то есть Авраам, высший Хесед Имы, называемый «hу» (הו״א), как известно, сидел при входе в шатёр, то есть в устье «ама», во входе тела, «во время зноя дневного» – когда разогревается мужское начало, называемое «день» (йом), для соития.
«И вот, три мужа стоят над ним» (Берешит 18:2). Это – стан Шхины, восходящие с ней для соития. И это три цвета радуги, то есть три оттенка услаждённых гвурот. И они поднимаются вверх, чтобы принять мужское начало, так что его капля спускается вниз к ней, а капля женского начала поднимается вверх. И это означает: «стоят над ним» – буквально, поднимаются вверх. И когда он увидел их – «и увидел, и побежал навстречу им» – это капля, стремительно спускающаяся… «и поклонился до земли» – вошёл в Малхут, называемую «земля» (арец), как известно. Тогда обратился к Шхине: «Владыка мой! если я обрёл милость… не пройди мимо раба Твоего» – не удали попечения Твоего и влияния Твоего от раба Твоего, который… питает все миры. «И возьмите немного воды» – ибо воды нисходят с гвурой, потому и называются «гвурот дождей» (гвурот гшамим). Авраам же – Хесед, и воды – не из его удела Зеир Анпина. «И возьмите немного воды» – через посланника. И сказал «немного воды», то есть через 120 имён «Элоким», а то, что мы постигаем, – это 119, ибо одно – непостижимо. «Немного умалил Ты его пред Божественным» (Псалмы 8:6) – тем, что наверху, то есть 119, спустилось вниз, ибо корень «Элоким» – основа всего, ни в чём не умалился, чего бы вовсе не постиг, – это «Элоким» Имы. Но о хлебе, который в его уделе, сказал: «а я принесу хлеба» – сам.
«И омойте ноги ваши» – то есть, поскольку они спустились в нижние миры, и внешние силы находятся там, потому и сказано: «и омойте ноги ваши» – от праха под ногами вашими, то есть от внешних сил. Затем: «и обопритесь под деревом» – это Древо Жизни. «И я принесу хлеба» – как истолковано. «И подкрепите сердце ваше» – это Шхина, называемая «сердце». Или же «сердце» – это Метатрон (מט״ט), который есть сердце всех миров. И не сказал «сердца ваши» (левавхем), потому что это – Древо Познания добра и зла, прилепленное к нему сзади, поэтому сказал «сердце ваше» – лишь сторона святости.
