— «И явился ему Господь…» и т.д. Сообщена похвала, которая была прибавлена ему в награду за то, что он был обрезан. Ибо вначале, во время видения, он падал ниц, потому что был необрезан и падал ниц: поэтому лишь душа его видела, а не тело необрезанное. И потому выражение «было слово Г-сподне к Аврааму» в иные разы относилось только к душе, как упомянуто. И этим оправдывается: поскольку это начало раздела и раздел открытый, почему не сказано «И явился Господь Авраму», как во всех прочих видениях? И зачем нужно сообщать «а он сидит»? Ибо из выражения «к нему» мы узнали, что он имел силу сидеть, а не падать ниц, — и это заслуга обрезания. И это означает сказанное: «к нему», — то есть к Аврааму, упомянутому после того, как он был обрезан. А если бы сказал «к Аврааму», как в иные разы, мы не узнали бы, что заслуга обрезания причинила ему это. Ещё дал нам услышать похвалу обрезания: ибо, помимо пользы душевной силы, — что он сидел во время пророчества и не падал ниц, — была ему и телесная польза. Ибо обыкновение всех обрезанных — лежать и болеть, даже если время благоприятно и хорошо; но у Авраама была сила сидеть. И это не просто сидеть в постели, но «сидит при входе в шатёр», по обыкновению своему, как здоровый. И ещё, в-третьих: хотя время было тяжкое — «в зной дневной», и человек здоровый страдает от великого зноя, — а он сидел там в своей крепости по обычаю. И этим также оправдывается: зачем нужно сообщать нам, был ли он при входе в шатёр, а также — был ли то зной дневной? Или же: как сказано, «а он сидит» намекает на то, что сказано мудрецами нашими о стихе «и восшёл Б-г от Авраама» (Бытие 17:22), — что отцы — они суть Меркава (колесница). И это означает сказанное: «И явился ему Господь», — и не просто видение, как в иные разы до обрезания; но теперь, в награду за обрезание, Он явился ему в самой Своей сущности, то есть восседающим на нём. И это означает сказанное: «явился к нему» — к самой его сущности, восседающим на нём в действительности, а Авраам сидит под ним, и «Благословенное Имя» — звезда над ним. Тогда «и возвёл очи свои» вверх, «и увидел» «Благословенное Имя» звездой над собою, как упомянуто. И вот это — первое видение: «и возвёл очи свои». Однако это не было подобно видению Йехезкеля, когда видят снизу вверх: сначала офаним, потом животные (хайот), потом престол, потом Человек восседающий. Но Авраам вначале увидел главное — Вышнего, как сказано: «и возвёл очи свои, и увидел». После того Писание рассказывает, как после того открылись ему три человека — святые животные, и они также «стоящие над ним», как колесница под Г-сподом, и они «стоят над ним». И это означает сказанное: «И вот…» и т.д. — «И вот, заново три человека стояли над ним». Тогда «и увидел» — второе видение, то удивительное, как упомянуто. Тогда «он побежал навстречу» всем им — «Благословенному Имени» и трём человекам — от входа в шатёр наружу, путём указания на разделение почитания. И поэтому «поклонился до земли» «Благословенному Имени», восседающему над всеми, а не ангелам. Тогда он начал говорить с «Благословенным Именем» и воззвал к Нему: «Владыка (Адони)!.. О, не проходи же…» и т.д. А после того говорил с ангелами: «да будет же взято немного воды…» и т.д., — хотя он и знал, что это ангелы (как сказали Мудрецы наши: «азель никета, азель ба-нимуса»), в особенности потому, что увидел их в облачении людей, обладающих телом. И тем, что мы объяснили, оправдаются: «и увидел» — два раза; и почему побежал им навстречу, раз они уже стояли над ним; и почему, увидев их, сказал, что они поклонились до земли, — хотя не так о «Благословенном Имени»; и ещё, что следовало бы сначала: «и сказал Г-сподь: не проходи же…», а после упомянуть «и побежал им навстречу»; и как РаШИ, благословенна его память, затруднялся в разрешении.
Глава Толдот:
Начинаю писать главу «Толдот»
— «И вот родословие Ицхака…» (Бытие 25:19) и т.д. Нужно объяснить:
Буква Вав в слове «и вот» (ве-эле) — добавочная, как известно, ибо «вот» (эле) исключает предыдущих, то есть родословие Ишмаэля, упомянутое выше; однако «и вот» (ве-эле) добавляет. Как же, не дай Б-г, можно было бы добавить Яакову к родословию Ишмаэля?
Достаточно было бы сказать: «и вот родословие Ицхака»; зачем написано «сын Авраама»? Ведь ни о каком другом Ицхаке не упомянуто выше, кроме этого одного.
Удвоение на удвоение: снова повторено: «Авраам породил Ицхака».
Зачем нужно сообщать, что Ицхак был сыном сорока лет? Ведь не сделано так с Авраамом, Яаковом и другими.
Почему он преступил изречение Мудрецов наших: «преступил человек двадцать лет и не женился» и т.д.? И не довольно того, что Писание объявило о нём, что он не исполнил слов Мудрецов наших, как упомянуто.
Зачем нужны все признаки, упомянутые: «дочь Бетуэля-арамеянина из Падан-Арама…», — если они уже стали известны в главе «Хаей Сара»?
Следовало бы сказать «его жена», а не «к нему женою» (ло ле-иша).
Что значит «и умолил его» (ва-ета́р ло), — не от иного ли корня?
Зачем нужен рассказ: «и вышел первый — красноватый…» без необходимости?
Великое затруднение: как мог Ицхак любить Эсава за то, что «дичь в устах его», — особенно согласно Таргуму Онкелоса? А если истолковывать, как слова Мудрецов наших, что он обманывал Ицхака и ловил его устами своими, то (возникает вопрос): «как же отделяют десятину от соломы?» — стих не согласуется с этим. Ведь после того как сказано «и был Эсав человеком, знающим дичь, человеком поля» — что он охотился действительно в полях, — написано: «и возлюбил Ицхак, потому что дичь в устах его».
Как пришло на мысль Яакову приобрести первородство Эсава не по закону, за одну тарелку похлёбки? Не пришло бы это на ум.
Трудность, охватывающая всё объяснение всех этих избыточных выражений: почему назвал он имя ему Эдом? И что значит «продай, как бы ныне»? И что значит «вот, я иду умирать…»?
И объяснение в том, что названо выше: почему сказано «и вот родословие Ишмаэля, сына Авраамова»? Ведь известно, что он был сыном Авраама. Однако намерение Писания — согласно тому, что написано прежде: «и погребли его Ицхак и Ишмаэль», — учит, что исполнилось сказанное «Благословенным Именем» Аврааму: «ты будешь погребён в старости доброй», ибо Он обещал ему, что Ишмаэль совершит покаяние и искупит (вину), и (тем самым) оправдается упование, возложенное на Ицхака, который был взят от него. И хотело «Благословенное Имя» возвестить, какова его награда, и сказало: вот, поскольку он называется «Ишмаэль, сын Авраама», и именуется так, — благословенна память его, он затруднялся в разрешении.
(Сказал переписчик Элияу Хийон, да хранит его Г-сподь и дарует ему жизнь: здесь я нашёл пропуск вплоть до раздела «Толдот Ицхак». Жаль утраченного.)
…к отцу своему: поскольку совершил покаяние, удостоился породить двенадцать вождей (несиим). И теперь нужно тебе сказать, что «и вот» — чтобы добавить Ицхака к Ишмаэлю; ибо тот уже возвратился в покаянии и приписан к нему. И сказал, что он уравнял их в некотором отношении из чести к Аврааму, отцу их: «Я возвратился, чтобы разделить между ними из-за чести Ицхака». И сказал: хотя Я уравнял их, — ибо как написал Я «и вот родословие Ицхака, сына Авраамова», так написал Я и «и вот родословие Ишмаэля, сына Авраамова», — всё же великое различие есть между ними. И оно таково: когда Авраам породил Ишмаэля, это было из капли крайней плоти, прежде чем он был обрезан, и он ещё назывался Аврам, недостающий буквы Хе. Но когда породил Ицхака, он уже назывался Авраам полным, ибо породил его от капли святого обрезания. И как сказали Мудрецы наши: «не назван Авраам полным, пока не совершил обрезание». И это то, что повторено: «Авраам породил Ицхака», — и присоединено имя Авраам к делу порождения и осеменения, как упомянуто.
Или будет близко к этому, и вот оно: Писание почувствовало трудность, — ведь написано: «ибо в Ицхаке назовётся тебе семя» (Бытие 21:12), — а как же написано: «и вот родословие Ишмаэля, сына Авраамова»? Для этого оно известило нас, что есть великое различие, когда мы соотносим сына вслед за отцом или наоборот. И дело в том, что неизбежно соотносить сына вслед за отцом, ибо так оно и есть; и поэтому подобает уравнять родословие Ицхака, назвав его «сын Авраама», как и родословие Ишмаэля, назвав его «сын Авраама». И потому Писание прибавило букву Вав и написало «и вот» — чтобы добавить к первым и уравнять их. Но второй аспект: когда говорится «семя такого-то» — это тогда и сказано, ибо Ицхак есть семя Авраамово, приписан к нему в особенности, как написано: «ибо в Ицхаке назовётся тебе семя». И это означает сказанное: «назовётся тебе», — то есть когда станет тебе известно относительно самого тебя, кто есть семя твоё, мы не станем распространять упоминание и об Ишмаэле тоже, но только об Ицхаке одном. Однако когда идёт приписывание наименования самого Ишмаэля, неизбежно сказать, чей он сын, — он сын Авраама. И это означает сказанное: «Авраам породил», — ибо в отношении приписывания самого порождения семени Авраамова не упомянем мы никого, кроме Ицхака.
Или же увидь: это близко к тому, что связано с тем, что сказали Мудрецы наши в главе «Вайешев»: «Яаков — притча о жемчужине, которая упала в песок. Человек просеивает в решете и отбрасывает песок, пока не найдёт жемчужины…» и т.д. И поэтому вначале, когда речь шла о родословной народов — кто они, — Писание уравняло их и занялось ими кратко. Ибо после того как оно проследило родословие Ишмаэля, великого, оно проследило родословие Ицхака, малого, и поместило их вместе с родословием Ишмаэля через добавочную букву Вав в слове «и вот» (ве-эле), потому что теперь мы не занимаемся их превосходством. Потом же, когда оно нашло жемчужину — это Яаков, который включён в выражение «и вот родословие Ицхака», — ибо, как известно, «в Ицхаке», но не «весь Ицхак», — тогда оно отложило разбитые камешки и начало заниматься аспектами жемчужины пространно. И начало оно возводить его родословие к Аврааму, главе семьи по превосходству, а не к Тераху, отцу его, и начало родословие с Авраама. И сказало: Авраам есть глава родословия, и он породил Ицхака, семя его особое, приписанное к нему, — не так, как Ишмаэль. А после рождения Ицхака оно поведало о его женитьбе, чтобы проследить родословие Ривки, как будет объяснено. И после того оно пространно сообщило порядок беременности и порядок рождения Яакова — а это и есть жемчужина. Поэтому не удивляйся, что оно удлиняет здесь все свои рассказы, как выяснится.
