— «И вспомнил…» (Берешит 42:9) и т. д. Уже было разъяснено, что через то, что он говорил с ними жёстко и вышла душа их, — зачлось им это как смерть, чтобы искупить грех продажи; а также в том, что они поклонились ему, — сбылся его сон. И теперь Йосеф снова стал вспоминать в частностях два сна. И вот, сон второй разъясняет первый. Ибо вот, в первом [сне] ему не снилось, сколько было его братьев; лишь: «вот, мы вяжем снопы» (Берешит 37:7) — в общем, и его толкование указывает на то, что в деле покупки зерна у него они поклонятся ему. И это уже сбылось. Но при совмещении со вторым сном, ибо в нём также число всех — «и одиннадцать звёзд кланяются мне» (Берешит 37:9), — это указывает на то, что и первый сон, который указывал на причину поклонения — ибо оно было по поводу занятия зерном, — также тогда будет с одиннадцатью. А если так, то сон ещё не сбылся, ибо Биньямина не было теперь с ними. И нужно было, чтобы все одиннадцать, с Биньямином, поклонились ему, и чтобы это было в деле покупки зерна. Поэтому он не открылся им теперь, пока не придёт Биньямин и не поклонятся все по поводу занятия зерном. И потому он умудрился, каким образом они приведут его. Ибо если бы он прямо сказал им, чтобы они привели Биньямина, — тотчас они узнали бы, что это Йосеф. И потому он обратил на них утверждение «соглядатаи вы» (Берешит 42:9), чтобы они вынуждены были ответить: «двенадцать братьев мы…» и т. д. (Берешит 42:13), и тогда будут вынуждены привести Биньямина. И как написано: «вот чем испытаны будете…» и т. д. (Берешит 42:15). И как мы разъясним порядок их слов и его слов, как они проистекли. Ибо вложил Святой, благословен Он, в сердце Яакова не посылать Биньямина, пока они не кончили есть купленное зерно; ибо тогда придёт Биньямин также по делу покупки зерна, и тогда все одиннадцать вместе — [и] десять — поклонятся ему до земли. И вот что значит: «и вспомнил Йосеф о них сны» (Берешит 42:9); и потому «и сказал им: соглядатаи вы» и т. д.
— «И сказали ему: нет, господин мой» (Берешит 42:10). И доказательство этому: ибо вот, рабы твои пришли купить пищу. В смысле: истинно то, что соглядатай земли приходит с ухищрением, как будто хочет купить какой-то товар, и потому приходит. Однако он не раскрывается глазу всякого в месте, где находятся многие весьма. И вот, во время голода вся земля пришла купить пищу от края земли, и не избежит он, чтобы не случился там кто-нибудь, кто узнает их, что они люди дурные, соглядатаи, и придёт и расскажет царю. И в особенности потому, что через это даст ему царь пищу по его желанию. И вот что значит: «и рабы твои пришли» до того места, в котором покупают пищу, и весь мир — жители и чужеземцы — находятся здесь. Итак, если бы мы были соглядатаи, как мы ввели бы самих себя в столь великую опасность? Второе доказательство, сильное, также: ибо вот, «все мы сыновья одного человека мы» (Берешит 42:11). Итак, не взойдёт в мысль, чтобы один-единственный человек захотел ввести всех своих сыновей вместе в опасность в деле соглядатаев. Итак, не были рабы твои соглядатаями. И потому, чтобы доказать, что два сильных доказательства, — они начали с первого и сказали: «нет, господин мой», ибо вот, первое доказательство достаточно для этого, и это — «и рабы твои пришли…» и т. д., как упомянуто; и снова сказали второе доказательство, и это — «все мы…» и т. д. И также одно это доказательство указывает на то, что не были рабы твои соглядатаями.
— «И сказал…» и т. д. (Берешит 42:12). Вот, есть различие в отношении соглядатаев и в отношении «наготы земли». И это потому, что «соглядатай» (мераггель) — это выражение «сплетник» (рахиль) и «ног» (раглаим); ибо он ходит на ногах своих с места на место, чтобы знать и разуметь, каким путём, и в каком духе (руах), и в каком месте [страна] удобна для завоевания. И это — в совершенстве исследования во всех частностях. Но когда [это] лишь общим образом — увидеть состояние страны в общем: сильна ли она или слаба, — это называется «увидеть наготу земли и слабость её в общности». И это легко возможно сделать без большого исследования и многих причин. И с этим войдём в объяснение Писания. Ибо, услышав два их сильных утверждения, он сказал им: «Итак, я согласен со словами вашими, что вы не законченные соглядатаи. Но всё ещё я думаю, что по меньшей мере — наготу земли вы пришли увидеть». Ибо в этом нет столь [большой] опасности; и упразднились их утверждения. И потому было поставлено ударение большого подъёма (закеф гадоль) на слове «нет», чтобы показать, что это слово «нет» не возвращается к их словам, что это не так; но лишь к его собственным словам: «Не соглядатаи вы, — как я утверждал о вас сначала, — однако наготу земли вы пришли увидеть».
— «И сказали…» и т. д. (Берешит 42:13). Сначала они не нуждались сообщать своё число; ибо для той великой опасности соглядатайства достаточно отменить её сказанным, что все они — сыновья одного человека; много ли их или мало — не вводит человек всех своих сыновей в опасность. А теперь, для утверждения «увидеть наготу земли», в котором нет столь [большой] опасности, — не будет достаточно упомянутого довода, и тем более довода «и рабы твои пришли…» и т. д. Поэтому они нуждались усилить второе утверждение и прибавить ещё иной довод. И усиление утверждения «все мы сыновья одного человека» есть: «и сказали: двенадцать рабов твоих…» и т. д. Узри: если бы мы были двое или трое братьев только, — не столь далеко, чтобы послал нас отец наш увидеть наготу земли, в которой нет столь [большой] опасности. Однако вот, нас двенадцать, и все мы братья, сыновья одного человека. «А одного нет» (там же); ибо он умер в пути, и случилась с ним беда, и не умер он своею смертью. И надлежало бы отцу нашему пожалеть нас, чтобы мы не шли все, дабы не случилась беда со всеми нами и он не остался бы бездетным. И, более того, он оставил не одного сына, большого, для служения ему, но младшего из всех двенадцати. И без сомнения, сын одиннадцати [т.е. Биньямин] очень мал и не силён, чтобы служить отцу своему. И в особенности: чтобы увидеть наготу земли, достаточно одного из нас, чтобы увидеть, сильна ли страна или нет. И из всего этого явствует, что не увидеть наготу земли мы пришли, но лишь купить пищу; ибо голод велик, и дай-то Б-г, чтобы нас всех достало принести пропитание в дома наши. Иной довод: и это потому, что наше место — в земле Ханаан, обитающих в мире с вами, ибо мы — братья, как написано: «и сыны Хама: Куш, и Мицраим, и Фут, и Ханаан» (Берешит 10:6). И мы не приходим забирать вашу землю.
— «И сказал…» и т. д. (Берешит 42:14). Узри: вот, я всмотрелся в ваши слова, ибо люди вы проницательные. И я увидел, что вы не сказали «сыновья одного человека из земли Ханаан», но — «в земле», как видно. Ибо этот человек — не ханааней, но чужеземец из иной страны, а теперь он пришелец там, в земле Ханаан. Итак, упразднилось ваше второе утверждение. И согласно этому, вот, ваши слова, которые вы сказали: «в земле Ханаан» (Берешит 42:11), — они сами указывают на то, что я говорил вам в первый раз, ибо вы — соглядатаи в действительности, и не довольно того, что вы пришли увидеть наготу земли. И вот что значит: «он то самое, что я говорил…» и т. д. Также и к первому утверждению, которое вы сказали, что вы — двенадцать братьев: оно само указывает на то, что я сказал сначала, ибо вы — соглядатаи в действительности. Ибо поскольку нужно большое исследование, чтобы исследовать дороги наиболее близкие и лёгкие, и места и духи страны наиболее слабые в частностях, — поэтому вы пришли вдесятером вместе. А если бы только увидеть наготу земли — сильна ли она, как написано: «в станах ли, в укреплениях ли?» (Бемидбар 13:18), — одного из вас было бы достаточно.
Или узри: ибо вот, то, что вы сказали «а одного нет», — нет у меня возможности опровергнуть вас. Также и то, что вы утверждали, что все вы сыновья одного человека, — а если так, как бы он ввёл всех своих сыновей в эту опасность? — это довод хороший, если бы я верил вашим словам. Но я думаю, что всё — ложь. Ибо вы не братья, но лишь десять человек, далёких друг от друга, и вы пришли как соглядатаи. Но я не могу опровергнуть вас, что вы не братья. И вот, это утверждение — его самого я намеревался изначально, когда говорил вам: «соглядатаи вы», — в смысле: вы не братья вместе, но лишь люди, собранные для этого посольства. И вот что значит: «он то самое, что я говорил». Ибо когда я говорил вам изначально «соглядатаи» — моё намерение было, что вы не были братьями. А теперь вы говорите, что вы братья, — и кто решит? Поэтому «вот чем испытаны будете…» и т. д. Ибо когда придёт ваш младший брат, вот, я увижу его лицо, и тотчас вспомню, брат ли он ваш и подобен ли вам. Ибо вот, все вы — красивы видом и высоки ростом. И это то, на что намекнул в сказанном «и будут испытаны слова ваши» — во второй раз. И это рассмотрение возвращается к тому, что мы сказали: я распознаю по лицу вашего брата, истина ли у вас, что он брат ваш. И не думайте, что вы сможете обмануть меня и привести иного юношу с рынка и ввести меня в заблуждение, что он — ваш брат.
Или узри, как было упомянуто отчасти: и это [для того], чтобы они могли ответить ему, как в этом будут испытаны наши слова. И, возможно, после того ты скажешь: «Это не брат ваш, но вы взяли его с рынка». И потому он начал возвеличиваться в их глазах как мудрец, знающий гадание (нахаш) и шёпот (лахаш), — и как он сделал после относительно чаши. И вот что значит: «он то самое, что я говорил…» и т. д. (Берешит 42:14). Узри: знайте себе, что я — мудрец великий в гадании (менахаш) и волхвовании (меонен), и я знаю, что есть у вас младший брат. И когда я утверждал о вас сначала «соглядатаи вы», — моё намерение было потому, что я видел моим знанием, что вы — одиннадцать братьев. И теперь, увидев всех десятерых, я изумился, что не пришёл с вами также и младший, чтобы принести свой хлеб (шевер) — также и он. Либо надлежало вам прийти пятерым или шестерым только. И потому я утверждал о вас «соглядатаи вы», чтобы посмотреть, ответите ли вы так; и вы не ответили до этого второго раза. И вот, теперь, когда они ответили ему: «двенадцать братьев…» и т. д. (Берешит 42:13), «и вот, младший…» и т. д. (там же), — теперь я раскрыл моё знание. Ибо вот, это и было то, что я говорил и т. д., чтобы вы ответили мне, сколько вас братьев, и как остался младший и т. д.
