И теперь приступим к объяснению самих Писаний. И сначала поясним, где обозначены те три [вида] худой молвы (диба), о которых сказали наши мудрецы (з״л). Однако в сказанном: «пас с братьями своими мелкий скот» (Берешит 37:2) — намекает в слове «мелкий скот» (цон), которое избыточно, на то, что он видел их едящими «член от живого» (эвер мин ха-хай) от мелкого скота, и это благодаря тому, что он был пастухом всегда с ними и видел их поступки. А в сказанном: «и он был юношей…» (там же) и т. д. намекает на второе: ибо вот, он служил сыновьям рабынь, так как они были значимы в его глазах, ибо они — жёны отца его; но они унижали их, так как те были в их глазах сыновьями рабынь отца его. А третье было: «давали они глаза свои» и т. д. Сказал: «и приносил Йосеф худую молву о них» (там же) в единственном числе, и не сказал «их худые молвы» (дивотам), хотя их три молвы, как говорят наши мудрецы (з״л); но была это третья молва, упомянутая [особо], и была она названа «худою молвою» (диба раа), то есть молвою (диба) от выражения «дурное» (раа), и потому не сказал «их молву» просто, как написано: «выносящий молву — глупец» (Мишлей 10:18), но сказал «их худую молву», как упомянуто.
— «И Исраэль…» (Берешит 37:3) и т. д. намекает на то, что написано выше: что он не принял лашон ха-ра (злоязычия) Йосефа. Ибо вот, то, что «Исраэль любил…» и т. д., — это не по причине того, что он был ненавистником братьев своих из-за худой молвы, которую принёс Йосеф, и из-за этого любил Йосефа, потому что тот был праведником в его глазах более, чем они. И доказательство этому: ибо он приносил худую молву о них, как если бы были дурны в его глазах все их дурные поступки; но ведь не был любим один только он, ибо и их он любил, но его любил больше, чем их. И вот что значит: «более всех братьев его», а не сказал «и не братьев его»; вот доказательство, что не из-за принятия его злой речи он полюбил его, но из-за того, что он был ему «сыном старости» (там же) более, чем они, и потому любил его больше, чем их. Однако и их он любил весьма, ибо они праведники в его глазах. Ещё иное: «и сделал ему…» (Берешит 37:3) и т. д. — и если бы это было из ненависти его к братьям его, как упомянуто, то он преступил бы то, о чём сказали мудрецы: «пусть не выделяет человек сына своего среди сыновей» и т. д. (Шаббат 10б), — и в особенности, если это по причине знания их дурных поступков. Но поскольку делание рубашки было по причине того, что он — сын старости, они вовсе не стали бы взыскательны в этом, ибо таков обычай мира. Итак, вот: Исраэль не согрешил, ибо не принял лашон ха-ра. Также этот стих — доказательство праведности Йосефа, как сказано выше, к словам «и он был юношей…» и т. д. И попутно [Писание] сообщило, что, поскольку причина [любви] была в любви, потому и «делал ему» постоянно рубашку полосатую (ктонет пасим) — многие рубашки, одну за другой; ибо если бы сделал ему один лишь раз, это не было бы таким указанием на излишнюю любовь. И этим оправдывается то, что не сказано «и сделал ему», ибо это указывало бы, что лишь единожды сделал так.
— «И увидели…» (Берешит 37:4) и т. д. — любви внутренней они не знали, как сказано выше к словам «и Исраэль любил…» и т. д., и потому не сказано «и узнали братья его», но — «и увидели». И это любовь внешняя, упомянутая в связи с «и сделал ему рубашку», ибо она видна глазу всякого. Потому — «и возненавидели его», ибо почему и им не сделал он полосатой рубашки? Ведь и они братья его, и почему прибавил ему любви излишней над ними, как написано: «любил Йосефа более всех сыновей своих» (Берешит 37:3)? И вот что значит здесь также: «ибо его любил отец их более всех» — при том, что и они — братья его, как он; и потому не сказал «более всех их», ибо они суть те, кто говорит о самих себе, но сказал «более всех братьев его», чтобы намекнуть на упомянутое. А в сказанном «ибо его…» и т. д. и «Исраэль…» и т. д. указал на то, что написано выше к словам «и приносил Йосеф худую молву о них», — что не из-за этого они возненавидели его, как сказано выше. И сообщил, что возненавидели они его в сердце своём. И вот что значит: «и возненавидели его», — то есть в сердце, по речению: «не ненавидь брата твоего в сердце твоём» (Ваикра 19:17). И «не могли говорить с ним мирно» (Берешит 37:4) — ненависть законченная, а не на устах. Или узри: «и возненавидели его» — то есть ненависть столь великая, что достигла той грани, что «не могли говорить с ним» никакой речи. Ибо если бы они говорили с ним, то пришёл бы мир между ними; а если бы ненависть была малой, то было бы возможно, что в какой-то раз, когда было бы хорошо на сердце их, они сказали бы какую-то речь с ним, и от этого пришёл бы мир между ними. И вот что значит: «и не могли говорить с ним мирно», — то есть чтобы из речи пришли к миру. И нет намерения стиха по прямому смыслу, что не говорили с ним речей мира, но — речей войны, ибо тогда надлежало бы сказать «речей мира».
— «И приснился…» (Берешит 37:5) и т. д. Этот сон есть тот самый сон, [начинающийся словами]: «вот, мы вяжем снопы…» (Берешит 37:7). Но дело в том, что: «и приснился Йосефу сон» — и не рассказал он им сам сон, что он такое, но рассказал им лишь его истолкование. И сказал: «Вот, сон один приснился мне, истолкование которого указывает так-то и так-то». И потому не сказано «и поведал его», но лишь — «и поведал», ибо не это самое он поведал, а лишь истолкование его. И также поэтому не сказано «и рассказал», что относилось бы к самому сну, но — «и поведал», как известно, ибо «поведал» (ва-ягед) — не что иное, как выражение мудрости (хохма); и была мудрость истолкования только. Тогда «прибавили ещё ненавидеть его» (Берешит 37:5) — помимо упомянутой ненависти «и возненавидели его» и т. д. Потом он решил в уме своём поведать им также и сам сон, чтобы они сказали, что истолкование это истинно. И вот что значит: «и сказал…» и т. д. — то есть теперь, после того как я поведал вам истолкование, послушайте же сам сон, как он мне приснился в точности, без изменения. И вот что значит: «который мне приснился», — и из него вы поймёте, что истолкование, которое я поведал вам, — истинно. И это — содержание сна: «и вот…» и т. д. Тогда «прибавили ещё ненавидеть его» — ненависть третья. И вот, это две ненависти помимо первой, главной. И первая [из добавочных] была на самые сны его, указывающие так; а вторая — на слова его, то есть на истолкование, которое он поведал им вначале. Ибо вот, все сны идут вслед за устами (Брахот 55б). И можно было истолковать его в отношении богатства или товаров его, которые утвердятся и вздорожают более, нежели их товары, и тому подобное, а не истолковывать его в деле, касающемся царствования в действительности, как он истолковал им. И это — его истолкование: ибо дело «вяжущих снопы» намекает на то, что все они соберут урожай в семь лет сытости, чтобы заготовить для семи лет голода. И вот, их снопы покружатся и сгниют, и будут как сор, а урожай Йосефа устоит и сохранится, и не сгниёт. Как сказали мудрецы (з״л) на [слова]: «идите к Йосефу, что скажет вам, то делайте» (Берешит 41:55), — и тогда придут поклониться ему, чтобы купить его урожай и его сноп. И как написано: «и Йосеф был правителем…» и т. д. — «и поклонились ему» (Берешит 42:6) и т. д. И вот что значит: «и поклонились моему снопу» (Берешит 37:7). И воистину объяснение самого сна таково: все снопы были распростёрты в поле, а сноп Йосефа встал, [поднявшись] кучею. И после того, как встал сам собою, что есть чудо первое, — также и устоял (ниццав), не вернулся склониться в иную сторону, но устоял всегда прямо. А после того снопы их пожелали встать — также и они; и тотчас, по вставании своём, повернулись, чтобы поклониться. И вот, чтобы не сказали ему братья его: «Не видит человек сон иначе как от того, о чём помышляет днём» (Брахот 55б), — и не приснилось тебе это иначе как потому, что весь день ты ни о чём не помышляешь, кроме как царствовать над ними; и ещё иное: чтобы не бросили порок и на сам сон, что он не истинен по упомянутой причине, — к этому сказал: «вот, мы…» и т. д., — то есть занятием нашим было пасти мелкий скот. И если бы сон был от помышления, то пришёл бы сон в образе занятия нашего; ибо вот мы пасём мелкий скот в пустыне: «и встала бы овца моя, и также устояла; и вот, покружились бы ваши овцы и поклонились бы овце моей». Однако сон был противоположен занятию нашему и помышлениям нашим, ибо там, где мы пасём мелкий скот в пустыне, — вот, наоборот: мы вяжем снопы в поле. А если так, то это не по причине помышления.
— «И сказали…» (Берешит 37:8) и т. д. Это не по словам твоим, ибо сон не бывает иначе как через помышление. Но напротив: весь день ты помышляешь, раз за разом, царствовать и властвовать над нами. И вот что значит Писание языком удвоения: «царствовать ли будешь царствовать над нами, властвовать ли будешь властвовать над нами?» (Берешит 37:8). И это по образу того, как перевёл Онкелос: «царством ли воцаришься над нами...». Или узри: ибо вот, нет неизбежности в том, что истолкование, которое ты поведал нам, истинно — в отношении царствования или власти. Ведь есть в нём иные истолкования: в отношении богатства и товаров и тому подобного, как упомянуто. А поскольку ты истолковал его нам в отношении царствования и власти, — это указывает на то, что все помышления твои — царствовать над нами. И вот что значит: «царствовать ли будешь царствовать…» и т. д. Или узри: конечно, сам сон указывает на дело царствования в действительности. Но он не пришёл иначе как через твои помышления. Поэтому желание наше — знать, каким образом суть помышления сердца твоего, ибо два аспекта (бхинот) есть в них. Первый: ибо намерение твоё — царствовать только над нами одними, а не над равным [тебе] целым народом. И вот что значит: «царствовать ли будешь царствовать над нами». И если это так, то находим, что не царства ты ищешь по причине возвышенной пользы его, но из ненависти твоей к нам ты ищешь царствовать над нами, чтобы подчинить нас под себя. А второй: он в том, что желание твоё — быть великим царём над народом или народами, и главное царство твоё — над ними, а не над нами, ибо мы — немногие числом, ничтожные в тысяче тысяч; но попутно, по пути твоему, ты и над нами властвовать будешь также. Ибо соответственно ценности нашей — это лишь власть (мемшала), но не [полное] царство; а соответственно ценности всего великого народа — это царство (малхут), а не просто власть. И если это так, то находим, что помышление твоё — не из ненависти к нам, но для пользы себя самого, в бытность твою царём. А если так, то ты не достоин столь великого наказания, как в первом [случае]. Однако при всём том — это большой порок и нечестие, и злонамеренность сердца твоего — помышлять весь день гоняться за честью, и властью, и гордынею.
