Исуна Хасэкура – Волчица и пряности. Том II (страница 40)

— Энек, стоять!

Её голос как по волшебству возобновил ход времени. Огромное тело Холо взлетело в воздух, словно глыба, пущенная из катапульты, и перепрыгнуло через перепуганных овец, храброго чёрного рыцаря и Нору, которая обняла пса и не дала ему прыгнуть. Приземлившись, Волчица погналась за убегающим Либертом. Ради денег он опустился ниже свиньи.

На секунду Либерт обернулся, чтобы взглянуть на Холо, и Лоуренс увидел лицо этого жалкого человека. Тут же раздался короткий крик, на миг прорезавший тишину. Холо пробежала чуть вперёд и остановилась. Нора по-прежнему обнимала Энека. И Лоуренс понимал, что это не от страха. Она знала. Знала, что Волчица — это Холо или же что Волчица не причинит Норе вреда. В любом случае она была уверена, что Энека отпускать нельзя. Девушка даже отбросила свой посох, чтобы обнять пса, чего никогда бы не сделал ни один пастух. Это точно не было продиктовано страхом.

— Нора! — Лоуренс устремился к ней, чтобы проверить, всё ли в порядке.

Девушка застыла, обнимая собаку; она с изумлением подняла голову, когда заметила, что кто-то к ней подбежал, и, осознав, что это Лоуренс, ещё больше удивилась. Потом она медленно обернулась в сторону Холо. На лице пастушки читалось смятение, будто она и понимает, и не понимает одновременно.

Лоуренс тут же выпалил:

— Как же я рад, что всё хорошо закончилось!

Конечно, Нора не знала, что тут ответить, ведь Волчица, зачинщица всего этого кошмара, была в добром здравии. Пастушка явно не понимала, как ей реагировать, и просто смотрела на Лоуренса в полной растерянности.

— Волчица — это Холо, моя подруга.

Нора натянуто улыбнулась, видимо решив, что это просто неудачная шутка. Холо подошла к ним тяжёлой поступью, и Нора на миг перестала дышать от испуга. Из пасти Волчицы безвольно свешивались ноги.

— Ты его не убила?

Лоуренс и сам испытывал жажду крови, когда думал, что негодяй собирался использовать Нору как живой щит. Лоуренс, наверное, убил бы его на месте Холо. Верхняя часть туловища скрывалась в волчьей пасти, и Лоуренс уж было подумал, что Либерт мёртв, но Холо покачала головой и выплюнула его.

Либерт выскользнул из её рта с неприятным чмокающим звуком, весь покрытый слюной, и в изнеможении распростёрся по земле.

— Признаться, сначала я хотела его проглотить… — Лоуренсу показалось, что Холо улыбнулась, говоря это. — Но золото не лучшая закуска для моего живота.

Холо сморщила нос, принюхиваясь, и указала на Либерта движением морды. Она намекала Лоуренсу, чтобы тот скорее забрал золото.

— Кажется, оно спрятано в куртке… Фу, да он весь липкий, — пожаловался Лоуренс.

Холо легонько подтолкнула его огромным носом. Делать было нечего, торговец обшарил липкую одежду Либерта, от которого теперь даже исходил пар, и без труда нашёл искомое.

— Ага! Вот он!

Лоуренс открыл мешочек и, заглянув внутрь, увидел холодно поблёскивающее золото.

— Нора, — позвал Лоуренс и протянул девушке мешочек.

Холо с упрёком посмотрела на него, но он проигнорировал её взгляд.

— Эм, а… это…

— Наше дело ещё не завершено. Это ведь твоя работа — доставить золото в город.

Из пасти огромной Волчицы раздался звучный вздох.

Нора с удивлением посмотрела на неё и снова перевела взгляд на Лоуренса:

— Но… Но как вы спаслись, Лоуренс?

Он горько ухмыльнулся. Встретившись со своими сообщниками, Либерт сделал вид, что отправил людей на помощь Лоуренсу. А те, вернувшись, сказали, что и Лоуренс, и Холо погибли. Торговец подбирал слова, рассуждая, с чего лучше начать объяснение, но вдруг почувствовал сзади движение и обернулся. Холо подняла огромную переднюю лапу и резко опустила её.

— А-а-а-а-а!

Послышался хруст, словно сломалась огромная палка, и в темноте раздался раздирающий уши вопль. Лоуренс подумал, что это, пожалуй, слишком, но всё же к этой мысли примешалось чувство удовлетворения. Крик стих, Либерт лежал, широко раскрыв глаза, и хватал воздух ртом: Холо сломала ему левую ногу.

— Добрый вечер, господин Либерт. Как ваше самочувствие?

— А-а-а-ах… а-а-а… а-а?! Почему ты?..

— Холо, персики в меду.

Эти слова подействовали на Волчицу словно магическое заклинание. Хотя злость снова разгорелась в ней, Холо нехотя ослабила давление на сломанную ногу.

— Бедный Либерт, кажется, ты неправильно застегнул свой кафтан… Не объяснишь Норе, что случилось?

Со лба Либерта стекали большие капли пота, искажённая болью и страхом физиономия на мгновение снова стала лицом торговца — хитроумного торговца, оценившего ситуацию и готового сделать всё ради собственной безопасности.

— Либерт?

— Это не я! Это был приказ Ремелио! Я объяснял ему, что не нужно так делать, говорил, что предательство прогневит Бога. Честно! Я был против!

— Это не обычная волчица, как ты понимаешь. Можешь считать, что она посланница нашего всемогущего Бога. А значит, ложь не пройдёт!

Либерт захлопнул рот и с отчаянием посмотрел на Холо. Она медленно выдыхала, и пар струился меж её клыков.

— Я с-с-сразу п-подумал, что нам придётся заплатить слишком большую награду. И Ремелио был со мной согласен. После возврата долгов у торгового дома ничего бы не осталось, чтобы рассчитаться с вами. И Ремелио сказал мне, чтобы я разобрался с этим. У меня не оставалось выбора! Мне пришлось это сделать! П-п-понимаешь? Ведь ты… ты такой же торговец, как…

Он не смог договорить, потому что Лоуренс со всей силы ударил его в нос.

— Даже не сравнивай нас!

— Ха-ха-ха-ха! — Холо громко рассмеялась и сняла лапу с Либерта, вновь потерявшего сознание.

— Вот так. Я слышал, как они планировали убить тебя, Нора. Клянусь. Компания Ремелио предала нас.

Растерянная девушка наконец начала понимать ситуацию. Она медленно перевела взгляд на Лоуренса:

— А что с теми волками из леса?

— Это уже другой разговор.

Нора тихо вскрикнула, когда Холо заговорила с ней. Видимо, от неожиданности, ведь у Волчицы был очень звучный голос.

— Я Мудрая Волчица Холо из Йойса. А в этом лесу живёт юнец, которого только и волнует неприкосновенность его территории. Мне хватает благоразумия и осмотрительности, чтобы избегать бессмысленных сражений.

Нора с сомнением выслушала Холо, потом, медленно отпустив Энека, растерянно засмеялась:

— Я понимаю, что это ты, Холо, но всё же не верится…

— Кстати, твой пёс меня не любит. Просто он сразу понял, кто я на самом деле. Хочу снять с него ложные обвинения.

— О-о…

Нора была очень удивлена. Энек недовольно гавкнул.

— Что ж, Нора, поговорим о деле. — Лоуренсу не хотелось менять тему разговора, но работа была ещё не завершена. Золото прошло лишь часть пути, и долг торговца оставался невыплаченным. К тому же всё ещё было неясно, как поступить с Ремелио. — Нас увлёк водоворот несчастливых событий, но, слава Богу, золото мы не потеряли. Если верить словам Либерта, оно стоит шестьсот люмионов. А если привезти его в Рюбинхайген и продать, можно выручить в десять раз больше. То есть шесть тысяч люмионов!

Лоуренсу было сложно представить такую сумму, а Норе даже страшно.

— Шесть тысяч люмионов — огромная сумма, гораздо больше, чем нам нужно, и, даже не рискуя, можно получить шестьсот люмионов. Но…

— Н-но?

— Нам не удалось доставить золото без происшествий именно из-за Ремелио, но также правда и то, что мы не смогли бы купить золото сами. И если заберём золото и сбежим, у них ничего не останется. Совсем ничего. Они сразу же разорятся, это факт. Так что…

Холо легонько толкнула его кончиком носа. И совсем не игриво. Он понял, что она хотела сделать.

— Так что я предлагаю…

— Послушай…

Но Лоуренс не уступил ей:

— Холо, мы живём не в сказке о рыцарях. Если после предательства отомстим, на этом история не закончится. Нам нужно будет жить дальше. После мести за предательство последует ответная месть. Ты же не хочешь сказать, что готова перегрызть всех в этой и без того разорившейся компании?

— Ну-у…