Исуна Хасэкура – Волчица и пряности. Том II (страница 34)

— Неудивительно, что девушка, которая путешествует вдвоём с мужчиной, знает что-то о волках.

На вид Нора казалась старше Холо, но Волчица, стоило только ей открыть рот, сразу перехватила инициативу беседы. Положив одну руку на пояс, она подняла вверх указательный палец другой руки и заговорила как богослов, читающий лекцию. А Нора внимала ей, словно ученик, и с любопытством глядела на Холо.

— Понимаешь? Значит, ответ на вопрос о волках очевиден, потому что…

Нора подалась вперёд всем телом, как бы спрашивая почему.

— Потому что волки обычно появляются в темноте. И вот прямо перед ними этот прелестный зайчик. И разве зайчик, который каждую ночь рискует быть съеденным, может ничего не знать о волках?

Сначала Нора смотрела с недоумением, но вскоре поняла смысл сказанного. Она на секунду замерла и зарделась, переводя взгляд с Холо на Лоуренса, а потом потупилась.

— Ха-ха-ха! Очаровательно! Однако не стоит забывать, что я сказала до этого.

Холо явно наслаждалась ситуацией, а Нора, покрасневшая до кончиков ушей, опустила голову и отвела взгляд, словно что-то вспоминая. А потом послышалось тихое «ах!».

— Что ни говори, но зайчик — это мой спутник. Если я не буду о нём заботиться, он умрёт от одиночества.

Холо шептала на ухо Норе, но так, чтобы и Лоуренс всё прекрасно слышал. Он усмехнулся, но тут заметил, что пастушка согласно кивнула, и это его слегка задело.

«Так вот что она обо мне думает!»

— То, что я вчера так быстро заметила волков, — чистая случайность.

Со стороны казалось, что вывод абсолютно нелогичен, однако Нора так смутилась и запуталась, что довольствовалась этим ответом. С её щёк наконец сошла краска. Она прижала к ним ладони и кивнула. Потом девушка глубоко вздохнула и сказала с расслабленной улыбкой:

— Я подумала, что ты тоже была пастушкой.

— Потому что я сразу обратила внимание на волков?

— Да, из-за этого тоже… — И тут, замолчав, она посмотрела на своего чёрного пушистого рыцаря: он продолжал усердно работать, пока хозяйка беседовала. — Кажется, Энек в твоём присутствии ведёт себя иначе.

— Да, так и есть.

Холо — храбрая Волчица, которая может вытащить свой хвост даже в присутствии людей, потому что уверена, что этого не заметят, — улыбаясь, без всякого волнения скрестила руки на груди и посмотрела на Энека:

— Не очень удобно говорить это в присутствии хозяйки, но Энек определённо обожает меня!

Пёс тут же обернулся, словно понимал, о чём речь, а потом снова обежал вокруг овец.

Нора была ошеломлена:

— Эм… а… Энек?

— Ну что ты! Не стоит ревновать. Если баловать мальчиков, они тут же начинают наглеть и зазнаваться. Ты очень заботишься о нём, и он уверен, что ты всегда будешь его любить. Наверняка со временем он станет заигрывать с кем-то ещё. Если вдоволь ешь вкусный хлеб, тебе ведь хочется иногда и супа?

Это был замысловатый разговор, но слова находили отклик в Норе, и она согласно кивала.

— А значит, временами нужно быть холодной. Это поможет держать его в узде.

Нора ещё раз вдумчиво кивнула, словно услышала вековую мудрость, а потом неожиданно позвала Энека и наклонилась к земле. Собака примчалась, как ветер, пастушка поймала и обняла её, а потом улыбнулась, взглянув на Холо:

— Если он впредь будет ветреным, сделаю, как ты сказала.

— Вот и хорошо.

Ложно обвинённый Энек обиженно гавкнул, Нора покрепче обняла его, и он успокоился.

— Но сейчас, пока ещё можно, мне хочется его баловать.

Она легонько поцеловала Энека в одно из торчащих ушек. Холо смотрела на эту сцену с лёгкой, едва заметной улыбкой. И когда Лоуренс обратил внимание на чуть удивлённую, совершенно не соответствующую ситуации улыбку, их глаза встретились.

— Ведь в любом случае, удастся нам или нет, я больше не буду пастушкой, — тихо проговорила она, обнимая собаку.

Из этих слов было ясно: она всё тщательно взвесила и приняла решение. Нора прекрасно понимала, что с ней может произойти. А значит, переживания Лоуренса оказались излишни. Девушка выглядела слабой, но после того, как её выгнали из приюта для бедных, она преодолела множество разных трудностей и выжила. Она не была избалованной дочерью богатого аристократа.

А ещё Лоуренс в очередной раз оценил хитрость и великолепие Холо. Волчица прекрасно знала обо всём, что творилось у него на душе, и, болтая с Норой, как можно более естественно подтолкнула девушку к тому, чтобы та призналась в своей решимости пойти на дело. И теперь Холо смотрела на Лоуренса с понимающей, чуть удивлённой улыбкой. А её слова о том, что на мужчину нельзя положиться, пожалуй, были даже к месту.

Сражённый, Лоуренс прикрыл глаза рукой и лёг на землю, широко раскинув ноги. Близилась зима, и почва была холодной, но небо, покрытое клочками белых облаков, создавало иллюзию тепла.

— У нас обязательно получится привезти золото, — пробормотал он, вселяя уверенность сам в себя, и поглядел на овцу, вразвалку бредущую к нему.

Спустя некоторое время они увидели Либерта, неспешно едущего назад. Когда у человека с собой большие деньги, ему кажется, что все кругом — воры, однако молодой служащий из большого города держался уверенно. Он показал всем мешочек золота, который аккуратно помещался в ладони, а потом поспешно убрал драгоценный груз во внутренний карман и легонько похлопал по нему.

— Теперь нужно невредимыми вернуться и в подходящий момент скормить золото овцам, — уточнил он, подчёркивая, что настоящие трудности только начинаются.

— Проведём овец через ворота, а что касается встречи и передачи животных — всё как договаривались. Понятно?

— Да.

Нора и Либерт кивнули друг другу, потом юноша посмотрел перед собой и сказал:

— Что ж, пойдёмте, нас ждёт будущее, сверкающее так же ярко, как это золото!

И они снова вступили на дорогу меж лесом и холмами.

Утром Лоуренс проснулся, ощутив на лице что-то холодное. Он открыл глаза, думая, что его снова облизала овца, но увидел лишь небо, покрытое свинцовыми тучами. Казалось, прямо сейчас хлынет очень редкий для этого времени года дождь. Было зябко. Он поднял голову с холодного как лёд корня, который использовал вместо подушки, и увидел, что костёр почти прогорел. Один из них должен был встать пораньше, разбуженный Норой, и следить за огнём в тот промежуток, когда пастушка уже легла спать, а остальные ещё не встали. Сегодня это поручили Либерту, но он храпел, обняв дрова, которые, видимо, собирался подбросить в костёр. Лоуренсу даже трудно было злиться на подобную глупость.

— М…

Они с Холо спали под одним одеялом, и, когда Лоуренс встал, она проснулась. Не сказав ему ни слова, Волчица косо посмотрела очень недовольным взглядом и, желая отнять одеяло, дёрнула его изо всей силы. Видимо, она считала, что, раз уж Лоуренс проснулся, одеяло ему больше ни к чему. Он не стал спорить, опасаясь, что тогда Волчица разозлится по-настоящему, и нехотя встал, несмотря на то что было ещё слишком рано. Требовалось подбросить дров в костёр. От холода овцы сбились в кучку и замерли, прижавшись друг к дружке. Энеку совсем нечего было делать, и он растянулся у огня рядом со своей любимой хозяйкой. Пёс лениво наблюдал, как Лоуренс потягивается, разминая хрустящие суставы, и подбрасывает дрова в костёр.

Когда хворост с треском начал гореть, Энек довольно зевнул. Это напомнило Лоуренсу гримаски Холо, и он улыбнулся. И всё же было действительно очень холодно! Когда он смотрел на небо, казалось, будто неожиданно пришла зима. Лоуренс хотел, чтобы дождь подождал до завтрашнего дня. До того момента, когда они прибудут в Рюбинхайген. Но, похоже, у природы были свои планы, и он грустно вздохнул. Наверняка к вечеру или, самое позднее, к ночи начнёт капать. Лес достаточно густой, и если бы они вошли под кроны, то смогли бы укрыться. Но с ними овцы, а значит, такой номер не пройдёт. К тому же в лесу жутковато. Не то чтобы он пребывал в ужасе, но не стремился провести там ночь. Разве что можно было пристроиться под ветвями у самой опушки. Он размышлял об этом, наблюдая, как всё сильнее разгорается костёр. Вдруг что-то промелькнуло у него за спиной. Он быстро обернулся и увидел знакомое лицо. Это была Холо с отчётливым отпечатком от корня дерева на щеке.

— Тут теплее.

Но Лоуренс не сдвинулся с места: он был не настолько наивен, чтоб принимать подобное приглашение за чистую монету. Тогда Холо набросила одеяло ему на плечи таким образом, что они оба смогли завернуться. Она не считала себя виноватой в том, что отобрала одеяло, но, наверное, подумала, что это было уже слишком. Тем более голод и холод — вечные спутники скитальцев. Холо не извинялась, поэтому Лоуренсу и не требовалось её прощать. Вместо этого он бросил в огонь палку для размешивания углей и как бы между прочим спросил:

— Кстати, ты поняла, что с погодой?

— Поняла. Сегодня после полудня будет дождь, — ответила она всё ещё сонным голосом.

— Да, но это любой бы заметил, поглядев на небо! — поддразнил он.

Вместо того чтобы хмуриться и злиться, Волчица только слегка боднула его головой в плечо.

— Хотел бы я поскорее доскакать до города, пока дождь не начался. Здорово было бы поесть тёплого картофельного супа перед камином, да?

— Я не против… И ещё…

— Тебе нужно причесать хвост, — сказал он тихо-тихо, и Холо со вздохом кивнула.

— Я бы тоже хотела скорее вернуться в гостиницу… но… — Холо тоскливо посмотрела на небо. Холодный ветер трепал её чёлку, волосы задевали за длинные ресницы, и она прищурилась. — Будет дождь, хочу я этого или нет.