Ирвин Уэлш – Резолюция (страница 1)

Туннель из ночного кошмара

Ты не можешь и пальцем пошевелить.

Они тебя крепко держат, эти чуваки. Эти чудовища. Один из них – здоровый парень или мужик – этот демон во плоти, схватил тебя за волосы и прижал лицом к щебенке. Боль такая, что кажется, будто сейчас этот гоблин сдерет с тебя скальп и торжествующе его поднимет над головой. Ты задыхаешься от густой вони сигарет и протухшего бухла, заполняющей ноздри и горло. Сердце колотится, как сумасшедшее. Кровь у тебя стянет в жилах...

…бессильные хриплые угрозы твоего кореша, которого тоже схватили чудовища, сменяются отчаянными мольбами о пощаде, а затем пронзительными криками страдания. Единственный свет в темном туннеле исходит от фары твоего синего велосипеда "Raleigh", лежащего на боку.

– Клевый велик!

Батарейка скоро сядет. Но ты уже не боишься того, что его украдут, не переживаешь из-за гнева родителей. Этот одиннадцатилетний ты уже осознает, что с вами обоими происходит нечто разрушительное, что кардинально изменит вашу жизнь, после чего она уже никогда не будет прежней.

– А ну открой рот, мать твою…

Сон вдвоем

– А ну открой рот, мать твою, а то всю рожу вскрою…

...Этот обжигающий голос затихает, когда боль, поселившаяся глубоко в душе Леннокса, покидает его тело и исчезает где-то в пространстве. Она уходит так быстро и загадочно, что Рэй не может понять, откуда она взялась. Моргая спросонья, он видит лишь столбы сверкающей пыли в лучах света, пробивающихся сквозь жалюзи. И откуда зимой такое солнце? Его спальня приобретает привычные очертания. За небольшой аркой – смежная ванная комната, которой он очень гордится. Удобные шкафы-купе – возможно, слишком современные для этого здания с высокими потолками в стиле "ридженси".

Он чувствует тепло, потом нащупывает его источник – спящую рядом фигуру. Зарывается лицом в копну коротких светло-каштановых волос, вдыхая ее запах. Уткнувшись носом в спину Кармел Деверо, он наслаждается ее сонным бормотанием и прижимается к ней плотнее. Она хихикает, протягивая руку за спину.

– Ммм… доброе утро... – доносится ее гортанное мурлыканье. От сигарет у нее голос чуть хрипловатый, и его звук возбуждает Рэя даже сильнее, чем поцелуи.

– И тебе доброе. Могу я чем-нибудь тебя порадовать?

Кармел поворачивается к нему и поднимает одну бровь.

– Очень заманчиво, – Она отбрасывает одеяло и окидывает Леннокса взглядом. – Боже, ты в отличной форме…

Услышать такое от любовницы, которая почти на пятнадцать лет моложе его, – настоящий бальзам для самолюбия Рэя Леннокса. Особенно когда за окном пятничное утро, а впереди выходные, полные восхитительных возможностей. Он действительно выглядит прекрасно. Пребывание на южном побережье явно пошло ему на пользу. Навязчиво-маниакальные особенности его личности помогли сделать решительный шаг от частого увлечения вредными привычками типа алкоголя и кокаина к не менее регулярным занятиям спортом. Почти каждое утро он проводит в местном тренажерном зале, куда приходит после пробежки вдоль пляжа, расположенного в двух шагах от его элегантной квартиры на Сассекс-сквер в Кемптауне. Вместо групповых занятий кикбоксингом он теперь берет дорогие, но чрезвычайно полезные индивидуальные тренировки у Тома Трейси, бывшего морпеха и чемпиона Великобритании. Употребление алкоголя под уверенным контролем: они с Кармел распивают бутылку вина за ужином примерно раз в неделю, а по выходным – буквально по бокалу за просмотром "Netflix" у него или у нее. Кроме того, он иногда выпивает пару кружек "Стеллы" со своим деловым партнером Джорджем Марсденом за обедом в пабе. Главное – не увлекаться, и проблем не будет.

Леннокс с надеждой тянется к ней, но Кармел решительно отталкивает его.

– Можешь сделать мне чашечку чая. А на остальное нет времени. Нам еще на пробежку надо успеть. У меня сегодня семинар по производству фенилэтиламина в организме человека.

– Это что еще, какой-то секс-наркотик?

– Ага, очень остроумно, Рэй, не пошел бы ты? Налей лучше мне чаю, – весело отвечает Кармел, сбрасывая с себя одеяло и накрывая Леннокса. Она спрыгивает с кровати и направляется в ванную.

Леннокс добродушно признает поражение. Кроме того, он любит бегать, и сегодня утром им с Джорджем предстоит выезд в Истборн по делам фирмы. В пятницу Кармел рано заканчивает свои занятия в университете.

Может, попозже... Главное не переборщить.

Вчера ночью они только в пятый раз спали вместе. Они только начали наслаждаться тем первоначальным блаженством, когда выброс дофамина позволяет им не думать о множестве проблем, с которыми, как он знал, они вскоре столкнутся в этих новых отношениях: разница в возрасте, противоречивые карьерные ожидания, потенциальные конфликты, связанные с различным образом жизни, склонные все драматизировать члены семьи и друзья, которым всегда есть, что сказать. Они также узнают, что оба – немного более сложные личности, чем им могло показаться сначала, каждый со своими "тараканами".

Не стоит сейчас об этом думать. Не буди лихо.

Он встает с кровати и идет в большую кухню-гостиную открытой планировки, где включает электрический чайник. Потом выглядывает в большое окно, выходящее на северную сторону площади, откуда за садами виден Ла-Манш: утро выдалось ветреное, и море неспокойное. В отражении мешки у него под глазами кажутся заметнее, а морщинки на лице глубже. Волосы спереди уже редеют, но все равно зачесаны назад и подстрижены в стиле "а нам все равно". Он смотрит сквозь свое отражение на кружащих в небе чаек. Их крики приглушены затемненными стеклами окон, которые хорошо держат тепло. Из спальни доносится пение Кармел, переодевающейся в спортивную форму, которую она принесла вчера.

В квартире также есть еще одна спальня поменьше и длинный коридор. Значительная часть доходов Леннокса уходит на ипотеку, и при покупке он вложил в квартиру все сбережения, но она и правда роскошная, а он всегда считал, что жить надо на полную катушку. Он окидывает взглядом свой черный кожаный диван и кресла, которые Кармел называет "чувак застрял в девяностых", и проводит пальцем по винтажному бару в стиле 1960-х годов. Его не мешало бы протереть и отполировать.

Они с Кармел второй раз отправляются на совместную пробежку. Во время первой обоим пришлось прилично выложиться, хотя виду никто не подал. Он разрывался между желанием по-рыцарски уступить даме и показать, кто здесь мужик. Оба варианта были рискованными: в первом случае не хотелось показаться снисходительным, а в другом – не стоило слишком явно использовать преимущества сильного пола. Пока он колебался, Кармел врубила полный газ. Леннокс не курит, но на стороне Кармел молодость, и это будет непростое состязание.

Выпив газированной воды и чая, они отправляются на улицу, выйдя на украшенную колоннами площадь все в том же стиле "ридженси", где их встречает холодный, бодрящий зимний ветер. Кармел задает темп, который Леннокс уверенно поддерживает. Затем, когда они пробегают мимо туннеля в другой части площади, силы внезапно покидают его, и он, спотыкаясь, останавливается.

Почувствовав, что с ним что-то неладное, Кармел останавливается и, обернувшись, видит, что он в каком-то ступоре смотрит в черную пасть подземного перехода.

– Ты чего, Рэй?

Кажется, что с него сползает кожа, и он вздрагивает, пытаясь сбросить это жуткое оцепенение.

– Куда он ведет?

– Раньше он проходил под дорогой к пляжу, – и она обхватывает себя руками, пританцовывая на месте. – Это просто туннель, давно заброшенный. Он, кстати, вдохновил Льюиса Кэролла написать "Алису в стране чудес". Ну, погнали! Стоять ужас как холодно!

Она срывается с места, и Леннокс следует за ней, спасаясь от гораздо более сильного холода, чем тот, что покалывает кожу этим промозглым утром.

Того леденящего ужаса, который пронизывает его до самых костей.

Истборн

Если нет пробок, от квартиры Рэя Леннокса до Истборна ехать всего минут пятьдесят. Он дрожит, слишком легко одетый для зимней погоды в кожаную куртку, джинсы и футболку. Как шотландец, Леннокс все еще не в состоянии понять, что на юге Англии тоже может быть холодно. Но печка в "Альфа Ромео" быстро нагревает машину, и его тело расслабляется, а глаза лениво щурятся в лучах слабого, но такого приятного декабрьского солнца.

И тут его выводит из этого блаженства сердитый гудок проносящегося мимо "БМВ". Он опускает солнцезащитный козырек и, забыв купить жевательную резинку, покусывает нижнюю губу.

На этом курорте по-прежнему царит атмосфера упадка. В отличие от Борнмута или Гастингса, ему еще предстоит получить вторую жизнь после переезда сюда богемных персонажей, которых дороговизна заставит покинуть Брайтон. Но традиционно проживающие в этом городке пенсионеры – его хлеб насущный. Леннокс, который ввел адрес в навигатор, поворачивает в город мимо пирса с золотым куполом, который вызывающе сверкает, собирая скудные лучи света с пасмурного неба. Направляясь на север, он останавливается у светофора.

Перед старым театром толпится толпа детей с родителями. Леннокс замечает плакат с рекламой пещеры Санта-Клауса. Размахивающий руками Санта пробирается сквозь ликующую толпу. Явно какой-то жирдяй, случайно прославившийся на реалити-шоу. Может, он даже чертов педофил, мрачно думает Леннокс.