Ирвин Уэлш – Длинные ножи (страница 62)
Он думает о Холлисе и о том, что хорошо бы сейчас закинуться кокаином. Только прибытие Маккоркела, который входит вместе с Инглисом, заставляет его отказаться от идеи занюхать хоть одну дорожку. Он не собирается знакомить молодого копа с кокаином так же, как это когда-то сделал с ним бывший старший напарник.
Теперь надо ехать в коттедж и везти Фрейзера обратно к Джеки. Нужно побороть искушение и тихо ускользнуть через боковую дверь, не попрощавшись с коллегами. Он многовато выпил, чтобы садиться за руль, но пока еще полицейский, в чем есть свои преимущества. К тому же пьяный он водит лучше. Радуясь, что удалось ускользнуть незамеченным, он по темным улицам возвращается на автостоянку в Феттсе за "Альфа-Ромео".
Пронизывающий до костей осенний холод проникает сквозь одежду и терзает его тело. К счастью, на улице сухо и безветренно, так что он понемногу согревается, пока быстро идет по Стокбриджу. Леннокс все идет, когда с моря начинает подступать сырость. В воздухе витает липкий, удушающий туман. Холод, похоже, крепко поселился в его спине, заставляя его сутулить плечи. Добравшись до машины, он звонит Драммонд. Она не отвечает.
– Поздравляю...
Он выезжает из города, направляясь к коттеджу. Приближающееся белесое здание кажется зловеще неподвижным, над ним нависают темные тучи. Зловещее, всепоглощающее чувство отчаяния охватывает его, когда он толкает незапертую дверь.
Внутри беспорядок. Фрейзера нигде нет – лишь следы, говорящие о том, что он сопротивлялся. Крови не видно. Фрейзер боролся, но его увезли.
Леннокс возвращается на улицу, и его сердце замирает, когда он видит следы шин, тянущиеся до самого края дороги.
Леннокс бегом возвращается в дом. Ноутбук Салли исчез вместе с Фрейзером.
Пока он собирается с мыслями, на телефон приходит сообщение: это номер Фрейзера. У Леннокса кровь стынет в жилах. Он знает, что его отправил не племянник. Это видео. На нем Фрейзер в каком-то темном помещении, освещаемом фонариком. Его рука привязана к деревянному верстаку. Доносится жужжание, и на экране появляется электропила. Голос за кадром говорит:
– Твой племянник скоро лишится руки. Приезжай, посмотришь. Но поторопись, инспектор Леннокс.
Он садится в машину и на предельной скорости возвращается в город. Звонит Драммонд, и он включает громкую связь.
– Я должна тебя поблагодарить, – говорит она без всякого выражения, а затем, после недолгого колебания, добавляет: – Ну вы с Дуги и учудили там. Мне приятно, что меня выбрали, и я рада возможности поработать с Робби Сайвзом, но мне не нравится, когда все преподносится на блюдечке.
– Ты лучше всех подходишь на эту должность, Аманда, – машинально отвечает он. – Если отдел хочет развиваться, ему нужны такие люди, как ты.
– Но и такие, как ты, тоже нужны, Рэй. О чем ты вообще думал, когда такого там наговорил? Что ты собираешься делать?
– Честно, не знаю.
После долгого молчания она продолжает:
– Послушай, Рэй, насчет той ночи – будет лучше, если ты не будешь звонить мне по вопросам, которые не имеют отношения к работе... – Она замолкает, затем уверенно добавляет: – Ты и я... это было ошибкой.
– Как скажешь. Я прекращаю работу немедленно, так как у меня еще отпуск не отгулян.
– Рэй...
– Так что мы больше не только никогда не переспим, но и вообще больше не будем работать вместе, – говорит он, сделав драматическую паузу, отчего чувствует себя до смущения похожим на Стюарта. – Это избавит нас от массы неудобств.
– Ну же, прекрати! Не притворяйся, что увольняешься из-за того, что произошло между нами. Ты и сам-то в это не веришь... – И она продолжает что-то говорить, но Леннокс не слышит ее, потому что его терзает навязчивая мысль:
Он вспоминает пробежку несколько дней назад, как раз перед тем, как Тоул позвонил и сообщил, что тело Галливера было найдено на складе. Как он говорил Салли, что не может заставить себя пройти через длинный туннель под Артурс-Сит.
Он отключает звонок и ищет туннель на карте в смартфоне. Он заблокирован с обоих концов уже два дня. Какие-то ремонтные работы. Что же там внутри?
47
Я смотрю на этого молодого парня с некоторой жалостью. Его выпученные, полные ужаса глаза над тугим кляпом, которым я заткнул ему рот. Я включаю стоящую на треноге камеру. Делать такое можно, только имея каменное сердце. Меня беспокоит тот факт, что, за исключением религиозного фанатизма, я сейчас мало чем отличаюсь от "кузины Бетты". Но в этом и состоит чудовищная сила системы – она тебя заражает. Я вспоминаю эту нелепую фигуру, размышляя о детстве, полном побоев, унижений и издевательств, которое, вероятно, было у "Бетты", раз он стал таким.
Но этот молодой человек выживет, как и я. Кто знает, каким его сделает то, что произойдет? Это, безусловно, даст ему что-то, на что можно повесить любую проблему, которая будет возникать в его жизни. Это же настоящий дар! Может, это и странно, но я уже не жалею о своей жизни. Она была наполнена бедами и страданиями, когда моих родителей убили, а сестру изнасиловали, и потом она покончила с собой. Возможно, случится так, что и этот парень после ампутации проживет очень интересную жизнь.
А вот настоящая боль будет терзать Леннокса. Он слишком чувствительный, чтобы внедрять глупые законы этого гниющего государства. А теперь его племянник заплатит за то, то он этого никак не может понять.
А так как тут больше никого нет, то мою историю выслушает этот молодой человек.
– Извини за кляп, – объясняю я. – Но что бы ты ни сказал, это не имеет никакого значения. Вся власть и сила у меня, а тебе нужно молчать.
Зрачки парня расширяются. Похоже, он начинает что-то понимать.
– Я стал биографом и работал только с людьми, которые мне не нравились. В первую очередь, с теми, кто что-то знал о других людях, которые мне нравились еще меньше. Один гангстер по имени Лейк сказал мне, что он вел многие из своих дел, используя людей, через которых обычно нельзя было выйти на него самого. Но тем самым этот идиот выдал мне сеть своих помощников, которыми я затем мог манипулировать. Я узнал, что одна сволочь по имени Тоби Уоллингем поставлял жертв богатым насильниками, таким как Кристофер Пиггот-Уилкинс. Поэтому я решил использовать Уоллингема, чтобы посеять рознь между Пиггот-Уилкинсом и Лейком, а потом наблюдать со стороны, как Лейк уничтожит его, а затем сядет за это в тюрьму... Но извини, – Я смотрю в ошеломленные глаза этого молодого человека. – Эти имена тебе ни о чем не говорят. Так и должно быть... – Я поворачиваюсь к мигающей красной лампочке над холодным глазком камеры. – Ведь это, как я сказал, история не для тебя. Но Салли Харт... – И в груди у меня все дрожит. – Она убедила меня, что мы должны сами уничтожить Пиггот-Уилкинса. Что я действовал слишком хладнокровно, а мы должны были упиваться их страхом. И хотя первоначальный план уже был отвергнут, все его основные части остались на месте. В один из своих многочисленных неосторожных монологов Лейк похвастался своим источником в полиции Лондона, который помогал ему "избавляться от зверей". Я расследовал это и выяснил, что это был инспектор Марк Холлис. Я решил, что было бы забавно посмотреть, как он, сам того не желая, через этого несносного Уиллингема столкнется со своим же партнером. Так легко посеять хаос среди потерянных, деморализованных и тех, кто ослеплен чувством собственного превосходства. Но на самом деле все это только цветочки. Это так странно, но когда ты поближе узнаешь тех людей, которые обладают властью и случайным образом разрушают наши жизни, ты понимаешь, что они просто глупые, скучные и неудовлетворенные мужчины. Такова уж человеческая природа...
Глаза парня, кажется, выпучились еще сильнее, а лицо покраснело. Видимо, кляп его душит. Но я его сниму, когда Леннокс войдет в туннель, чтобы он мог услышать крик своего племянника.
– Ты все это сам потом поймешь. К сожалению, уже без руки.
48
Сейчас, в теплой машине, он почти не чувствует дрожи. Его охватывает чувство того, что в этом деле он сам по себе. Так всегда лучше, например, тогда в Майами. Без ненужных условностей. Скоро его начнет мучить похмелье. Его будет сопровождать страх, что он действует уже не от имени государства, которое всегда враждебно относится к тем, кто не признает его монополию на насилие. Но прямо сейчас Рэй Леннокс ощущает во рту металлический привкус мести. Легкие и сердце работают на пределе. Всего лишь один из миллиардов обитателей этой планеты. Как все они, в какой-то момент он встретит свой конец. Тело его будет гнить и разлагаться. Но пока он ничего лучше не может придумать, как сделать то, что должен.