Ирмата Арьяр – Лорды гор. Трон над бездной (страница 24)
Но это же проблема! Мой контроль над фантомами ослабляется, когда я прячусь в «карман времени».
Лучше уничтожить Лэйра, пока не поздно.
Пока я не потеряла власть над своей вещью.
Я покосилась на фигуру Инитаэры. Проверила и ее.
Ни следа «коня солнца» в ее теле не нашлось, ни эха. И мои капли крови, перелиые в фантомные жилы, остались каплями, а не текли ручейком, как у Лэйра.
Нет, еще нельзя уничтожать мое отражение. Лэйр мне нужен. Я просто не успею к завтрашнему дню создать еще одну копию короля такого качества, чтобы провести многоопытных магов! Даже в «кармане времени» не смогу – на создание и поддержку «кармана» требуется слишком много магии, а мой резерв после столь долгого сна вне мира опять почти пуст.
Вот если удастся уломать кардинала Трамаса на молебен…
– Раздевайся, ваше величество, – усмехнулась я, ногой отпихивая поскуливающую псину.
Казалось кощунством стягивать с куклы камзол и штаны, но на создание гардероба в двойном экземпляре у меня не хватало ни сил, ни времени.
«Как обычно, девушке нечего надеть», – усмехнулась я, вспомнив жалобы Лилианы, когда она гостила в горном замке Грахар.
Нижнее белье я ему все-таки оставила, не изверг же я. Да и ни к чему лицезреть существенное отличие между нашими фигурами между ног. Хотя смешно. Зачем смущаться того, что сама же и создала?
Переодевшись и заменив только нижнюю рубашку и нательные штаны Лэйра на свежие, я отправилась во дворец на съедение вейриэнам и кардиналу.
***
Я вышла из огромного камина зала заседаний. Отголоски музыки доносились даже сюда, эхом гуляя в пустом помещении. Едва стряхнув пепел с сапог, я отправила огненное послание Сиарею рунами айров: приказ явиться немедленно.
Найти ласха не составило труда: факелы и свечи горели по всему дворцу, а уж ощутить, где пламя соприкасается с источником холода и радужным отсветом мага, вручившего мне свой «ключ сердца», – минутное дело, если хорошенько сосредоточиться.
А фокус с огненными рунами мне показал Дигеро.
Интересно, почему король Роберт не пользовался столь быстрым способом связи? Впрочем, он же натянул на себя маску грубого тирана и предпочитал не демонстрировать глубину своих познаний в магии.
Сиарей примчался едва ли не через пару мгновений. Наверное, не успела погаснуть последняя огненная руна, как его в буквальном смысле сдуло ветром. Или снежным бураном.
Снежинки заплясали передо мной, за одно биение сердца сложились в фигуру ласха.
– Ваше непредсказуемое величество… – поклонился начальник моей охраны.
– Обеспечь отсутствие белых и прочих ушей, Сиарей.
Он оглянулся на закрытую дверь, медленно обвел глазами помещение, и под его взглядом воздух заискрился мириадами голубоватых ледяных искр.
– Все чисто, мой таинственный король, – уголками губ улыбнулся ласх.
– Мне нужно придумать диверсию против кардинала. И придумать быстро, иначе не имеет смысла с ним встречаться. Нужно создать что-то такое, что может произойти одновременно по всему Гардарунту, в каждом храме. И, желательно не только напугать жрецов, но и парализовать их силы. Это на тот случай, если Трамас не встанет на мою сторону. А он не встанет. Я думал уговорить его хотя бы на нейтралитет. Но вероятнее всего, он продолжит выполнять приказ инсеев и подло гасить огненную магию на моей земле.
Сиарей помрачнел.
– Ваше воинственное величество, что мы можем? Только заморозить воду в священных чашах. Но тогда церковь сразу поймет, кто за этим стоит. И мстить начнут широко. Им несложно настроить народ против ласхов. Но главное – они обрушат гнев на вас, нашего друга и покровителя. Обрушат инсейскую магию.
– Что от них ожидать, кроме гнилых ворот и ржавого оружия?
– Это мелочи. Они властвуют над водой, а вода – основа жизни. Я могу предположить, что бы сделал сам, будучи не синим, а зеленым магом. Или жрецом их бога, а на самом деле – проводником зеленой магии на чужих землях.
– Говори.
– Я бы организовал ливни, чтобы ваши посевы сгнили на корню. Следом за ливнями отвел бы грунтовые воды, осушил ручьи, устроил бы такую засуху, чтобы поля горели. Осушил бы колодцы в поселениях. Без воды земля превратится в пустыню очень быстро. Это огромные силы, жрецы без поддержки чистокровных инсейских магов не дерзнут. Но… поддержка будет. Достаточно недели без воды, чтобы уничтожить государство. Миллионы ваших подданных погибнет, мой прекрасный король, проклиная вас и ваших верных слуг.
Я слушала, и сердце замирало от ужаса. Неужели церковь пойдет на такое?
– Я так и думал, – призналась я и сжала кулаки в бессильном гневе. – Их слишком много. И они очень сильны. И действуют единым фронтом, одновременно. Я… мне нечего противопоставить им.
– Именно потому огненные короли предпочитали сохранять нейтралитет со слугами Безымянного.
И расплодили их как муравьев!
– Сиарей, неужели ничего нельзя сделать? Мне нужен кто-то, кто мог бы пресечь их диверсии. Нужно сохранить воду, если эти инсейские прихвостни вознамерятся осушить источники и реки.
– Мы можем их заморозить. Как и должно быть зимой. Люди будут колоть лед и не умрут от жажды. И на посевы хватит.
Смутная мысль забрезжила, как свечечка в глухой тьме.
– Зимой! – выдохнула я. – Надо вернуть зиму. Сразу после сбора урожая, когда мы решим проблему голода. Тогда никто не заподозрит ласхов! О, это будет очень суровая зима. Но не везде, избранными местами, как, например сейчас в Королевском лесу. Вам нужно сменить дислокацию, Сиарей. В любимом лесу Роберта отныне будут тропики. Где-то же должны отогреваться птицы и звери. И верные нам люди. Но только молитва Роберту Святому сможет согреть храмы Безымянного и землю вокруг них! Жрецы не смогут использовать воду для связи между храмами!
Сиарей восхищенно замерцал.
– Мой великолепный король, мы проработаем план до мелочей. Инсеи не смогут обвинить ни нас, ни ваше находчивое величество. Свалим все неприятности на обидчивость огненного духа вашего почившего отца.
– Уверена, он простит нас. Роберт любил такие шутки! – усмехнулась я. На сердце стало легче – на краю моей беспросветной ночи забрезжил рассвет. – Что ж, теперь я готов встретиться с кардиналом. Идем.
Глава 14. Лэйрин. Белый щит
Таррэ едва не сбил мой боевой настрой со своей наследницей! Сунулся вперед кардинала, заставив того еще сильней возненавидеть меня еще и за это унижение.
Пришлось уступить.
Но, едва войдя в кабинет, я развернулась и сразу атаковала:
– Мастер Таррэ, мне донесли (пусть гадает, кто!) о вашей оскорбительной ругани в мой адрес и при моих гостях в этом кабинете четверть часа назад.
– Полчаса назад, – уточнил вредный высший.
– Неважно. Вы посмели назвать меня, не при даме будь сказано второй раз, мальчишкой и…
– А разве не мальчишка?! – накинулся высший мастер, не дав договорить. Знаем-знаем, нападение – лучшая защита. – Зачем ты приказал приволочь Трамаса? Да еще на глазах у всего двора! Поздравляю, ты заслужил его ненависть и месть. Да еще и северян подрядил в качестве конвоя! Хочешь испортить отношения с Северной Империей? Сейчас, когда новый император Игинир действительно может стать полноценным союзником!
Я не уйду в оборону, как он меня заставляет, – стиснула я зубы.
Не буду спрашивать, причем тут Рамасха, если мои ласхи присягнули мне, а не императору Севера!
И я продолжила атаку, но уже с другого фланга. Ударила главным козырем:
– Ты в курсе, мастер Таррэ, что твоя наследница, леди Сиаль, которую ты тащишь в королевы, беременна двойней? Какая из нее невеста?
Дочь вейриэна вздрогнула и поднесла ладонь ко рту, приглушив судорожный вдох. Ее взгляд метнулся к лицу названного папаши. Покраснев, она опустила глаза.
– Прекрасная невеста! – отвлекся вейриэн на мой маневр. На смущенную Сиаль он даже не посмотрел. – Ты поймешь, что лучшей кандидатуры для тебя не существует,
Меня кинуло в жар.
И тут же – в ледяной ужас.
В ушах застучали кроваво-огненные молоточки, и я уже почти не слышала голоса высшего.
Бесплодна?
Я же не знаю, КАК повлияло на мою репродуктивность зелье матери. Если до сих пор даже лунные дни у меня толком не наступили. Так, пару раз за эти месяцы слегка ныло внизу живота и слегка мазало белье. Не кровью. Чем-то коричнево-черным, словно спекшимся. Я отсиделась эти дни в «карманах времени».
Я бесплодна, мама?
Ты лишила меня самой сути женщины – материнства?
Какая же из меня тогда Белая королева?!
Разве что Черная…
И тут же, жуткой паучьей тенью в мыслях пронеслось: «Смерть знает…»