Ирина Виноградова – Путеводитель по Волге. Москва – Тверь – Нижний Новгород (страница 5)
И так же будут путешественники проходить мимо городов, деревушек, сел, храмов с золотыми куполами. Посмотрите направо. Нас встречает белоснежная Троицкая церковь. В середине XVII века на пустоши Иванишково построили деревянную церковь во имя Живоначальной Троицы. Выросшее село назвали Троицким, по храму. Владельцами были Одоевские, Черкасские, Шереметевы. В конце XVII века на месте деревянной церкви поставили каменную. Село разрасталось, развивались промыслы, много появилось хороших мастеров. Один из них – Андрей Зайцев, открывший в первой половине XIX века маленькую мастерскую по изготовлению подносов из папье-маше. Это оказалось хорошей идеей, и через некоторое время в другой части села возник уже заводик по изготовлению железных подносов. Долгое время их возили на другую сторону Клязьмы, в Жостово, для росписи, а потом и само предприятие переехало туда.
Были в селе и каменный господский дом, и террасный парк. В 1935-м усадебный дом взорвали, часть села с парком затопили при постройке водохранилища. А вот церковь выстояла, хотя вода почти вплотную подошла к ее ступеням. До 1936 года сосуществовали в храме производство тесьмы и богослужения. Потом настоятеля храма Сергея Третьякова арестовали, с куполов скинули кресты. С этого момента вход для прихожан закрылся. Производство, напротив, расширялось, во время войны рабочие снабжали фронт парашютными шнурами, шинельными ремнями и противогазной тесьмой. В конце XX века храм восстановили и передали верующим. С борта теплохода хорошо видна утопающая в зелени Хлебниковского лесопарка Троицкая церковь, переливаются на солнце ее золотые главки с крестами.
Склоняются к воде ивы, тянутся ввысь березы, разноцветным ковром цветов покрывается земля. Спокойная красота Подмосковья. Тут нет ярких красок юга, нет того зноя, которым дышат приморские пейзажи. Но присмотритесь. Сколько сюжетов может найти пытливый взгляд художника.
С левого борта теплохода, за лесом, живет спокойной жизнью село Федоскино. Вот уж где у мастеров пытливый взгляд! В каждой веточке, в каждом цветке видят они целую историю.
А начиналось все с лаковых козырьков для русской армии. Поняв, что на этом товаре можно хорошо заработать, в 1795 году купец П. И. Коробов основывает мануфактуру по их производству. В это время входит в моду нюхательный табак. Этой привычкой заражены все: и старцы, и юные нежные создания.
Юной моднице из мешочка нюхательное зелье вынимать не пристало. И в моду входят коробочки для табака. Самый шик – это золотые, серебряные да черепаховые, но от цены прочихаешься не хуже, чем от самого табака.
А купец на то и купец, чтобы выгоду чувствовать. Переняв немецкий опыт, Коробов начинает производство табакерок из папье-маше. Выходит дешево и сердито. Многослойный, пропитанный льняным маслом прессованный картон составил серьезную конкуренцию серебру да золоту. После просыхания форму шпаклевали, шлифовали и покрывали черным лаком. Потом внутренняя часть красилась красным лаком и покрывалась бесцветным, для укрепления. Верх же изделия шкурили пемзой и приклеивали модные картинки. Букеты, жанровые сценки, женские портреты. Сверху укрепляли опять же бесцветным лаком.
Сейчас мы привыкли, что федоскинские работы – прежде всего тончайшая роспись. Яркая и сочная. Это направление стал развивать уже зять Петра Коробова Петр Лукутин. В 1818 году фабрика переходит к нему в качестве приданого молодой жены. При Петре создается и развивается художественная школа, придумываются и переносятся на шкатулки новые сюжеты.
Пишут маслом, в несколько слоев, применяя технику многослойной живописи. Для эффектов используют тончайшие прокладки из перламутра, потали, сусального золота. Дело в том, что Лукутин владел в Москве производством оловянной, медной, серебряной и золотой фольги, что и пригодилось для расширения возможностей росписи. Вскоре поскакали на шкатулках тройки и заулыбались русские красавицы, выросли сказочные дворцы и расцвели диковинные цветы.
В начале XX века лукутинская фабрика закрывается, а уже в 1910 году образуется Федоскинская трудовая артель бывших мастеров фабрики Лукутина, которая просуществовала до 1961 года. Потом артель была преобразована в фабрику, которую знают и любят по всему миру. Мастера смогли сберечь традиции.
Скромная подмосковная природная красота с любовью передана в изделиях. А природа действительно замечательная. В чем мы убеждаемся, тихо скользя по глади канала и созерцая ее, среднерусскую, сердцу близкую…
И еще немного о народных промыслах. Богата ими подмосковная земля.
Справа от нас – село Жостово. Тоже роспись. Только уже на жестяных подносах.
Поднос. Суть – поднести угощение гостю, поделиться самым дорогим. Поднос – настоящий символ доброты, открытости, хлебосольства.
Жостовский поднос отсчитывает свою историю с начала XIX века. Первые подносы изготавливали из папье-маше сразу в нескольких селах.
С их производством связана фамилия Вишняковых. Вывеска гласила: «Заведение братьев Вишняковых лакированных подносов, сухарниц, поддонов из папье-маше и проч. Существует с 1825 года». Но из папье-маше подносы вскоре делать перестали. Возможно, конкуренции с Лукутиными не выдержали или поняли, что железо надежней и прочнее. К тому же было у кого перенять опыт – на заводах у Демидовых давно уже делали железные подносы.
Основной мотив – букет цветов. Да такой, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Яркие краски, огромные шапки цветов, вкрапления крохотных, рассыпанных по полю бутончиков, причудливые листья. Простая ромашка соседствует с пышной южной красавицей. Фантазии мастера есть где развернуться. Перекликаются мотивы с росписью прялок, сундуков.
В начале XX века, следуя требованиям моды, пытаются мастера выписывать репродукции картин, городские сценки. Время было трудное, выжить в одиночку сельским мастерам было практически невозможно. И в 1928 году все они были объединены в артель «Металлоподнос» в Жостове.
Жизнь выдвигала свои требования. И уж если элитный фарфор расписывали агитками да сценами коллективизации, то что уж говорить о продукции сельской артели. Но вот ведь какое дело, не приживалось нововведение. Цветочный орнамент, яркий букет победил социалистическую действительность.
Форм у жостовских подносов несколько: круглые, прямоугольные, овальные, гитарные. И к каждой привязано определенное изображение букета. Жостовский мастер не работает по образцам, он работает «по родителям», то есть по традициям, по хорошо усвоенным за много десятилетий правилам. Классический стиль – это несколько цветочных композиций: «Букет собранный», «Букет в раскидку», «Венок», «Ветка с угла». Пишут на подносах и пейзажи. Работают масляными красками, разбавляя их льняным маслом и скипидаром. Заранее рисунок не наносится, пишется «на живую». Поэтому нет одинаковых подносов.
После того как металл загрунтуют, прошпаклюют, отшлифуют и покроют лаком, начинается роспись. Работа насчитывает множество этапов. «Замалевок». Основа рисунка наносится сразу на несколько подносов. После просушки начинается «выправка». В нее входят «тенежка» (усиление яркости) и «прокладка». Здесь прокладывают дополнительные, плотные мазки, придавая цветам объем. Следом идут «бликовка», «чертежка» (четкими становятся отдельные детали). При «привязке» выравнивается переход от фона к букету, пустые места заполняются травинками…
Вот такой он непростой, это символ гостеприимства – жостовский поднос.
Слева на берегу канала промелькнуло село Степаньково с небольшой однокупольной церковью Рождества Богородицы 1998 года постройки.
Пяловское водохранилище. Река Уча. Витенево
Слово за слово, километр за километром, подходим мы к Пяловскому водохранилищу. Оно от нас справа. Круглогодично здесь можно увидеть любителей половить рыбку, ведь ее разнообразие удивляет. Лещ, сазан, окунь, карп, щука, судак… Впечатляет, правда? А ведь это еще не весь список.
Протяженность водоема около 12 километров. Образован он на реке Уче, которую мы и пересекаем. Канал идет дальше, не особо обращая внимание на естественный рельеф местности, пересекая или принимая в себя реки или идя с ними параллельно.
Итак, пересечение с рекой Учей. Она течет на восток, а наш путь лежит прямо. Мы словно проходим большой водный перекресток. Справа от нас, ниже по течению, река вырастает в огромное Учинское водохранилище площадью 20 квадратных километров. И если вы немножко вспомните геометрию, то сможете представить, что мы проходим как бы по основанию гигантского треугольника, боковыми сторонами которого служат Пяловское (осталось позади) и Пестовское (оно впереди) водохранилища. А вершиной является Учинское водохранилище. Со сторон Пяловского и Пестовского стоят огромные плотины с фильтрами. Поэтому в Учинском вода уже чистая. Зачем водохранилищу чистая вода? А затем, что она идет в водопровод Москвы.
Из всех водохранилищ Учинское имеет самую серьезную охрану. У местных в ходу неофициальное название Запретка. Не будем нарушать правила, тем более что и без того интересностей хватает.