Ирина Васильева – Дьявол носит Prada. (страница 5)
—
— Приветствую, Марко. Надеюсь, ты оправдаешь мои ожидания. Где модель?
— Ждет в гримерке. Девочка свежая, но дикая. Русский северный типаж. Нам нужен контраст.
Алиса отошла в тень, стараясь быть невидимой. Она включила планшет, готовясь фиксировать правки, тайминги и замечания. Съемка началась.
Первые полчаса Алиса наблюдала за работой мастера. Виктория превратилась в скульптора. Она не просто командовала, она лепила кадр. Один жест рукой — и ассистент переставляет рефлектор. Одно слово — и визажист добавляет модели теней под скулы.
— Стоп! — резкий окрик Виктории разрезал гул студии. — Что это? У неё мизинец отставлен. Это не аристократично, это похоже на куриную лапку. Исправить!
Визажист тут же подбежал и аккуратно поправил кисть модели.
Но настоящий кошмар начался через час, когда выяснилось, что ключевой элемент образа — массивное ожерелье из необработанных кристаллов аметиста — забыли в Москве.
— Как это понимать? — тихо спросила Виктория. Этот тихий тон был страшнее любого крика. Она смотрела на продюсера съемки, невысокого лысеющего мужчину по имени Лука. Тот побледнел до синевы.
— Мисс Леман, произошла накладка при погрузке багажа... Мы отправили запрос курьерской службой. Они обещали доставить его из аэропорта через два часа...
— Два часа?! — Виктория сделала шаг вперед, и Лука невольно отступил. — Через два часа у меня встреча с синьором Моретти. Я не могу ждать. Съемка стоит.
Она обвела тяжелым взглядом студию. Все замерли. Ассистенты боялись дышать. Модель испуганно хлопала глазами. Взгляд Виктории остановился на Алисе, которая инстинктивно сжалась в комок в своем углу.
— Вы, — произнесла Виктория. — Да, вы. Алиса. Идите сюда.
Алиса на негнущихся ногах подошла к ней.
— Сколько времени займет дорога от отеля до аэропорта Мальпенса и обратно? — спросила Виктория, глядя ей прямо в глаза.
— Часа полтора в одну сторону... если без пробок... — прошептала Алиса, холодея от ужаса. Она поняла, к чему идет дело.
— Отлично. Берите мою машину. Водитель знает дорогу. Поезжайте в аэропорт. Найдите представителя курьерской службы. Заберите коробку. И вернитесь сюда. Если через сорок минут ожерелья не будет на шее модели, можете считать свою карьеру в индустрии моды законченной. Вам ясно?
Это был приговор. Сорок минут туда-обратно по вечернему Милану? Невозможно. Но выбора не было. Страх перед увольнением оказался слабее животного ужаса перед гневом Виктории.
— Ясно, — выдохнула Алиса.
Водитель посмотрел на неё с сочувствием, но промолчал. Черный седан сорвался с места, едва она захлопнула дверь. Дорога до Мальпенса превратилась в адский марафон. Алиса звонила в курьерскую службу каждые пять минут, умоляя, угрожая, предлагая любые деньги. Наконец, ей удалось найти парня с коробкой, который только-только прошел таможню.
Обратный путь был сущим кошмаром. Пробки. Дождь усилился, превратившись в ливень. Фары встречных машин слепили глаза. Алиса сидела на заднем сиденье, прижимая к груди драгоценную коробку, и молилась всем богам, чтобы камни внутри не разбились. Время таяло. До истечения срока оставалось семь минут, когда машина наконец затормозила у ворот студии.
Алиса выскочила из машины, забыв про зонт и чемодан. Промокшая до нитки, с волосами, прилипшими к лицу, она ворвалась в студию, сжимая мокрую картонную коробку.
— Вот! — выкрикнула она, тяжело дыша. Вода стекала с рукавов на бетонный пол, образуя лужу. — Я успела!
Тишина. Все смотрели на нее. Виктория медленно повернулась от монитора, где просматривала отснятые кадры. На её лице не дрогнул ни один мускул. Она подошла к Алисе, взяла из её дрожащих рук коробку, открыла крышку и заглянула внутрь. Затем посмотрела на Алису сверху вниз. Та стояла перед ней жалкая, мокрая, с потекшей тушью, но с выражением отчаянной победы в глазах.
— Вы промокли, — констатировала Виктория. Не вопрос, а факт. — И выглядите ужасно. Но ожерелье здесь.
Она закрыла коробку и передала её стилисту.
— Продолжаем съемку. Визажист, приведите её в порядок. Быстро. Нам нужна эта энергия на лице модели. Пусть смотрит так же дерзко.
Визажист усадил совершенно ошарашенную Алису в кресло и принялся колдовать над её лицом. Кто-то принес ей плед и чашку обжигающе горячего эспрессо. Алиса пила кофе, пытаясь осознать произошедшее. Она только что совершила невозможное. Она выиграла этот раунд.
Съемка продолжалась до глубокой ночи. Когда последний кадр был сделан и команда начала сворачивать оборудование, Виктория подозвала Алису.
— Пойдемте, — сказала она. — Ужин.
Они вышли из студии и снова оказались под дождем. Виктория остановилась у своей машины, достала из багажника огромный черный зонт-трость и одним движением раскрыла его.
— Наклонитесь, — приказала она.
Алиса непонимающе уставилась на неё.
— Ваша прическа испорчена водой. А я не хочу, чтобы вы чихали мне в тарелку за ужином. Наклонитесь.
Алиса послушно склонилась, и тяжелое полотно зонта укрыло их обеих от дождя. Это был самый странный и интимный момент за всю её жизнь. Стоять вот так, прижавшись плечом к плечу с женщиной, которая могла уничтожить её одной фразой, но вместо этого укрывала от стихии своим зонтом.
Ужинали они в маленьком ресторане "
За едой она молчала, давая Алисе возможность прийти в себя. Лишь когда принесли десерт —
— Сегодня вы доказали, что умеете работать под давлением. Это ценное качество. Но то, как вы рисковали машиной и жизнью, добираясь по трассе в шторм... Это было глупо.
Алиса отложила ложку. Она ожидала чего угодно, но не этого.
— Я... я просто очень испугалась вас подвести, — честно призналась она.
— Именно поэтому я и называю это глупостью. Страх провала заставляет совершать ошибки. Истинный профессионализм заключается в том, чтобы выполнить задачу, сохранив при этом холодный рассудок. Вы могли бы позвонить мне. Сказать, что опаздываете. Я бы изменила план съемки. Перешли бы к другому образу. Потеря времени — это плохо. Но авария на трассе — это катастрофа.
Она отпила вино.
— Запомните это правило, Алиса. Результат важен. Но ваша жизнь и безопасность — приоритет. Мертвый помощник бесполезен. А живой, пусть и немного опоздавший, всегда лучше.
Это был урок номер два. Более важный, чем все предыдущие. Виктория учила её не только скорости и исполнительности, но и стратегическому мышлению.
Когда они вернулись в отель, было уже далеко за полночь. Алиса рухнула на кровать в своей комнате, даже не сняв покрывало. Она чувствовала себя выжатым лимоном, но при этом абсолютно счастливой. Она прошла проверку. Она стала частью механизма.
Сквозь сон она услышала вибрацию телефона. Пришло сообщение в рабочий чат. Писала Кристина:
«Ну что, жива после первого боевого крещения? :)»
Алиса улыбнулась в темноту и напечатала ответ:
«Жива. Еле стою на ногах».
«Завтра будет легче. Отсыпайся. Завтра у нас примерка у портных и визит на склад тканей. Настоящая магия начинается именно там».
Алиса выключила телефон и закрыла глаза. За окном шумел ночной Милан. Она больше не была чужой в этом мире. Воронка
Глава 4. Алхимия и сталь.
Утро четвертого дня в Милане началось не с кофе, а с тишины. Алиса проснулась от того, что привычного гула города за окном и шума вентиляции отеля просто... не было. Она резко села на кровати, бросив взгляд на часы: 05:47. Слишком рано для деловой активности Виктории, но слишком поздно для здорового сна после вчерашнего марафона.
На прикроватной тумбочке лежал сложенный вдвое листок дорогой плотной бумаги кремового цвета. Записка была написана каллиграфическим почерком с сильным нажимом:
«
Подписи не было, но она и не требовалась. Алиса почувствовала укол раздражения, смешанный с привычным уже трепетом. Её тело ломило от усталости, ноги гудели после беготни по студии, а Виктория планировала провести день в очередном храме роскоши. Но выбора не не было. «Будьте готовы» в лексиконе главного редактора означало «у вас нет права быть неготовым».
Ровно в 6:28 Алиса постучала в дверь номера Виктории. Дверь открылась мгновенно, словно её ждали, стоя прямо за ней. Босс была уже полностью одета: идеально скроенные брюки-палаццо стального цвета и шелковая блуза, ворот которой был небрежно повязан узлом. На запястье поблескивали массивные часы из коллекции высокого ювелирного искусства. — Вы опоздали на две минуты, — констатировала Виктория, окидывая взглядом наряд Алисы (строгая юбка-карандаш и кашемировый свитер).
— Приемлемо. Идемте.
Завтракали они в пустом ресторане отеля. Для Виктории это было обычное утреннее топливо: черный кофе без сахара и стакан теплой воды с лимоном. Алиса же, пытаясь взбодриться, заказала двойной эспрессо и круассан, который застрял у неё в горле под тяжелым взглядом босса. Разговор не клеился. Виктория просматривала ленту новостей на планшете, делая пометки стилусом, а Алиса изучала узор на белоснежной льняной скатерти, борясь с желанием положить голову на стол и уснуть.