Ирина Тигиева – Возвращайся, сделав круг. Книга 1 (страница 37)

Я подскочила от неожиданности и выдохнула:

— Дэйки… Ну и напугал ты меня…

— Что случилось?

— Не могла заснуть, — я неуверенно улыбнулась. — А ты возвращайся на циновку, я никуда не денусь, обещаю.

Но лис уже присел рядом, вглядываясь в моё лицо.

— Ты плакала?

— Пока нет. А должна?

— Что происходит? Я тебя просто не узнаю.

— Последствия Гион Мацури, психологическая травма… Пройдёт рано или поздно.

— Уверена, что дело в этом?

Отвернувшись, я уставилась на тёмную гладь озера.

— Твой господин не знает прощения, да?

— Мог бы догадаться, причина в этом, — хмыкнул Дэйки. — Но он смягчится. Просто злится и всё.

— Злится? — выпалила я. — Я уже попросила прощения, в буквальном смысле — на коленях! Что ещё он от меня ждёт?

— Тш-ш… — Дэйки приобнял меня за плечи. — Не вопи на всю округу.

— Я устала от ваших порядков! Устала от высокомерия твоего господина и твоей готовности всё ему прощать! Устала от собственной слабости и неспособности что-либо изменить! От зверств местных «людей», от бесконечных ограничений и запретов… Я хочу обратно! В реальность, где знаю, как себя вести и как себя защитить…

Голос сорвался, и, как следовало ожидать, я разревелась. Дэйки, явно растерявшийся в первый момент, прижал меня к груди.

— Момо… Аими… пожалуйста, не… плачь… Твои слёзы ранят меня в самое…

— Скажи лучше «раздражают»… — всхлипнула я.

— Нет, — возразил он. — Совсем нет…

Лис утешающе гладил меня по спине и волосам. И вдруг, ощутив прикосновение на шее, я поняла, что по коже скользнули человеческие пальцы, а не лисьи лапы.

— Дэйки… — пробормотала я, подняв на него глаза.

Он мимолётно улыбнулся и тихо произнёс:

— Аими.

Я угадала его следующее движение, прежде чем он наклонился. Но всё же не успела отодвинуться, и его губы очень робко, с невероятной нежностью прильнули к моим… Наверное, этого следовало ожидать. Почти с момента моего появления в этом мире мы с Дэйки были неразлучны, делили буквально всё, вместе ели, спали, даже купались. Я очень привязалась к нему — больше, чем могла представить в начале нашего знакомства. Но упорно не признавала признаки его привязанности ко мне, относя их к простому флирту. И вот теперь…

— Дэйки… — я мягко отстранилась от его губ.

Он ласково погладил меня по мокрой от слёз щеке.

— Это сильнее меня, Аими. Я знал многих женщин, но для меня ты — лучше всех. Только ты заставляешь меня улыбаться, а сердце трепетать. Твоя доброта… никогда не встречал ничего подобного. То, как ты заступалась за меня, как обращаешься с этим маленьким паразитом… От тебя исходит тепло, словно от горящей свечи. И имя «Аими» тебе подходит. Ты очень красивая… я лукавил, когда утверждал обратное, — он тихонько вздохнул и легко прижался лбом к моему. — Знаю, ты предназначена господину… но всё равно не могу не вздыхать по тебе…

Не помню, когда в последний раз чувствовала себя настолько смущённой. Отчаянно пыталась придумать, что сказать, но в голову ничего не шло, кроме одного:

— «Предназначена господину»… Это не так… Ты и Тецуо, вы оба ошибаетесь. Твой господин действительно заботится обо мне, но тому есть причина. Это я освободила его от заклятья. И, пока силы его не восстановятся полностью, он может снова обратиться в камень — если я погибну.

На лице Дэйки читалось смятение.

— Я подозревал нечто подобное, но… — он запнулся.

— Как только Иошинори-сама восстановится, я вернусь домой, — добавила я. — Мне будет тебя не хватать.

— Не думаю, что до этого дойдёт.

— Почему?

— Как «почему»? Неужели не понимаешь, ведь господин…

Внезапно замолчав, он с такой скоростью принял лисий облик, что я вздрогнула… и не поверила глазам, увидев в нескольких шагах фигуру ёкая.

— Господин… — прошептал Дэйки.

— Не отходи от Аими, — бросил тот, всматриваясь в небо. — Что бы ни случилось.

— Конечно, господин.

Я торопливо поднялась на ноги. Тут же в воздухе раздался пронзительный визг, и мне на плечо шлёпнулся Камикадзе — шёрстка дыбом, мордочка оскалена.

— Что происходит?.. — шёпотом спросила я.

Дэйки опустился на четвереньки и, быстро увеличиваясь в размерах, выпустил с полдюжины хвостов.

— Они нашли нас, Аими.

— Кто? — пролепетала я. — Ракурай?..

Теперь и я ощутила тяжесть, которая с самого начала была очевидной для «моих» ёкаев. Воздух стал плотным, луна исчезла в непроглядной тьме. Но тьма была живой — до меня донеслись шипение и вой невидимых существ. Лис угрожающе зарычал.

— Дэйки, — позвала я его. — Не вздумай погибнуть! Так и знай, не буду смотреть на это со стороны!

— Если снова выйдешь за пределы защитного барьера, сам тебя придушу, — фыркнул он.

Молния кроваво-красного цвета пронзила окружавшую нас черноту, и я содрогнулась. То, что мелькнуло в красноватой вспышке, выходило за рамки моего воображения. Шипение и рычание стали ещё громче, буквально обволакивая пеленой со всех сторон. За первой последовала вторая молния, ещё одна и ещё… Оскаленные пасти, острые когти, рога, уродливые панцири и извивающиеся тела… Я едва удерживалась, чтобы не закрыть лицо руками. Но вот в нескольких шагах от нас полыхнул язык алого огня, и из него гордо выступила стройная фигура. Бесконечно длинные волосы будто плыли, теряясь во тьме за её спиной.

— Вот так неожиданность, — послышался томный женский голос. — Значит, это правда? Ёкай «с волосами белее снега» действительно забрал девицу, «способную околдовать глазами цвета ласкового моря и весенней листвы», с собой.

Точно из воздуха, в руке томной особы появился веер. Она небрежно махнула им, и к ногам Иошинори-сама рухнуло подобие человеческого тела. Сильно пахнуло палёным мясом, и я невольно зажала нос.

— Не узнаёшь его, Иошинори-сама? Как же так! Разве не у него ты оспорил право на это жалкое существо? — ещё один небрежный взмах веера, теперь в мою сторону. — Ты пытался предать всё огню, не так ли? Чтобы мёртвые не рассказали о том, что видели, пока были живыми. Но, к несчастью для тебя, пожар потушили прежде, чем тела успели сгореть дотла! И я смогла спросить, а он, — она махнула веером на труп, и тот шевельнулся, — ответить!

Алый огонь продолжал полыхать, освещая окружавший нас кошмар — тысячи тварей, готовых разорвать на куски всё, что попадётся на пути. Но ничто не внушало мне такого ужаса, как размахивавшая веером демоница и подвластный ей оживший труп.

— Это и есть… Шайори? — шёпот, едва различимый для меня самой, вырвался помимо воли. И всё же она его услышала, двинулась было ко мне, но Иошинори-сама преградил ей путь.

— Не может быть, — прошипела она. — Для чего тебе это ничтожество? Или и тебя «околдовали» её глаза цвета травы и морской грязи?

Сомнения рассеялись окончательно: некогда с Иошинори-сама её действительно связывало нечто большее, чем дружба. Странно, но даже сейчас, на пороге очень вероятной гибели, меня охватила ревность, и я с вызовом бросила:

— Говоришь обо мне, некромантка? Хочешь что-то сказать, скажи это мне в лицо!

Не сразу поняла, откуда взялась слепящая вспышка света — словно граната взорвалась прямо передо мной. Всё произошло настолько быстро, я даже не успела отшатнуться, растерянно моргая на заслонившего меня Иошинори-сама с обнажённым мечом в руке. Кишевшие вокруг твари зарычали громче. Камикадзе сорвался с моего плеча, явно намереваясь броситься в атаку, но я подхватила его на лету. Дэйки шумно выдохнул и прошептал:

— Будь осторожнее с ней, Момо…

Шайори уже парила в воздухе, по-прежнему сжимая в ладони веер, а на пальцах другой руки как будто выросли огненные когти. Видимо, чуть не поразившая меня вспышка света была их «порождением».

— Как ты смеешь обращаться ко мне подобным образом?! — прошипела она, в устремлённых на меня глазах полыхнуло красноватое пламя. — А ты, о великий Иошинори-сама! Ты обнажаешь меч ради человеческого существа?

— Она нужна Ракураю, — спокойно проговорил ёкай. — И всё же ты поднимаешь на неё руку.

Шайори вдруг «подлетела» ближе, и я наконец рассмотрела её лицо. Смесь красоты фарфоровой куколки и развратной порочности опытной куртизанки. Мечта любого представителя мужского пола — неудивительно, что Иошинори-сама пал жертвой её чар. Сейчас её лицо приняло умильное выражение, в ставшем медовым голоске прозвучала нежность:

— Как я не догадалась, мой возлюбленный… Конечно, она нужна тебе для той же цели, что и ему. Прости мою ревность. О том, что это ничтожество сейчас здесь, рядом с тобой, Ракурай не знает. И не узнает, по крайней мере, от меня. И, может, она — вовсе не та, кто вам нужен! Позволь мне избавиться от неё, и вместе мы отправимся к Ракураю. Он хочет говорить с тобой. Война — лишь один из путей, но далеко не единственный. Он готов вернуть тебе твои земли в обмен на…

— Вернуть мне? — как обычно, размеренный голос ёкая, казалось, резал воздух. — Как ты смеешь даже предлагать мне подобное.