Ирина Тарасова – Север (страница 13)

– А как на счёт…? – начала Элизабет, но не закончила и опустила взгляд.

– Души? Вы это имели ввиду? – тихо, глядя на девушку, спросил Эрик.

Он разыграл нужную карту, но почувствовал боль, именно душевную боль. Он метался между прошлым и настоящим, между неизлечимой трагедией и новыми чувствами.

– А я имею права оставить это при себе? – с надеждой спросил Эрик, добавив ещё большей покорности в голос.

– Нет! – резко отреагировал Бланко. – Вы подписали договор о сотрудничестве, мистер Дюранд, вы разрешили использовать своё физическое и психологическое состояние для экспериментов, под полный наш контроль.

– Вы правы, мистер Бланко, – сверкнув острым и яростным взглядом, но с покорным голосом ответил Дюранд.

В этот раз Эрик вовремя взял под контроль сердцебиение, а битву взглядами с Бланко Элизабет не заметила, она продолжала брать анализы и делать замеры.

– Если вы не хотите говорить это мне, то я могу пригласить специалиста, – предложила доктор Беккер.

– Нет, я вам доверяю. Но, если можно, то я хотел бы поговорить с вами наедине, – притворно мягко и с ноткой неловкости, попросил Эрик.

– Я же предупредил, мистер Дюранд, – вспылил Бланко, а военные ещё плотнее прижали к телу Эрика оружие.

Эта реакция была ожидаема, Эрик знал на что шёл, но всё же пришлось включить свой контроль на максимум, чтобы не среагировать в ответ. Пока все пытались отдышаться от вспышки эмоций, Эрик с удивлением почувствовал, что скорее всего эти оковы не такие уж и крепкие, и что скорее всего ему удалось бы их сломать. Но проверять сейчас он не стал.

– Не стоит, – встав между Эриком и всеми, сдержанно, но хмуро сказала Элизабет, – мне необходимо получить на это разрешение, мистер Дюранд, но я постараюсь выполнить вашу просьбу.

На последней фразе девушка невероятно строго посмотрела на Бланко, который был явно удивлён, но быстро скрыл это, зато бросил полный злости взгляд на Дюранда, хищно улыбающегося только одними глазами и уголками губ, чтобы не вызвать подозрений у тех, кто наблюдает за ними по камерам.

Глава 8

– Назовите основные условия успешного завершения проведённого эксперимента с вакциной? – сдержанно спросил профессор Мартин Ковальски.

Совещание длилось уже больше часа, но было оно спокойнее, чем в предыдущий раз.

– Основная наша цель – устранение фактора потребности в человеческой плоти, профессор, – начала Элизабет, – а это значит и снижение уровня агрессии до нормальных показателей, приведение к привычному человеческому облику, изменение уровня мышления и устранение животных инстинктов. С точки зрения психологии, я не совсем компетентна этот момент анализировать, к тому же этот вопрос должен решаться индивидуально.

– Индивидуально? – уточнил Ковальски, устало сняв очки.

– Каждый реагирует на прожитый стресс от изменения индивидуально, поэтому стоит учитывать личные качества и причины, которые заставили принять участие в экспериментах наших подопытных.

– Я с вами согласен, доктор Беккер, но как же мы тогда определим окончательный статус объекта? Найти подходящего психолога у нас сейчас нет времени, как вы понимаете, при этом другие показатели, судя по вашему докладу, имеют позитивную динамику.

Мартин Ковальски за последние дни принял новую тактику, а точнее ему пришлось это сделать. Исследования продолжались несмотря на его неодобрение, а сдаваться он не имел никакого желания. К тому же просьбе Никлоса Римана он не мог отказать, и Ковальски вопреки своим изначальным желаниям вступил в игру. Знания и опыт профессора, а главное репутация всё ещё имели значение, поэтому его контроль над ситуацией ещё действовал и мог помочь обыграть в будущем секретную службу.

– Я не думаю, что нам нужен именно человек с профильным образование в области психологии, – смутившись ответила Элизабет, – здесь собрались самые опытные руководители и учёные, у вас есть знания и огромный багаж практики в управлении людьми. Вот именно это нам и стоит принять во внимание. Оценить способность Эрика Дюранда влиться в общество сможете только вы, при условии, конечно, участия и контроля со стороны военных.

Все присутствующие стихли. Боковым взглядом Элизабет заметила как переглянулись Хейн и Риман, как на неё из-под бровей смотрел Бланко, как лёгкой улыбкой её поддерживала Карин.

– Вы предлагаете нам принимать решение? – медленно и с расстановкой спросил Даниэль Финн.

Все представители Международного Совета, прибывшие на Астрею неделю назад, приняли решение остаться. Никлос Риман подозревал, что кто-то из них является представителем секретной службы, и именно на Финна падал выбор.

– Я предлагаю совместное принятие решения, ведь за этим мы все здесь и собрались, с этой целью пятьдесят четыре года назад была создана Астрея, чтобы найти спасение. Не может же так получиться, что мы снимем с себя ответственность, оказавшись на пороге возможного открытия.

– Тогда я согласовываю вашу кандидатуру на индивидуальные беседы с Эриком Дюрандом, доктор Беккер, – неожиданно вступил в разговор Леон Мюллер, глава Международного аналитического отдела, – вам он доверяет, вы знаете его дольше и лучше других, а главное вы расположены к нему.

– Возможно, это и так, мистер Мюллер, но стоит также учитывать, что социализация подразумевает общение с различными категориями людей, и у меня много другой работы, которая занимает время.

Элизабет знала, что вопрос о её кандидатуре будет однозначно утверждён и всё же она не была настроена на полное поглощение этим вопросом. Её работа заключалась в поиске полноценного лекарства, а не адаптацией каждого изменённого.

– Я бы также хотела пообщаться с Эриком Дюрандом, если позволите, – уверенно вступила коммандер Тара Кришнан, международный специалист по секретным операциям.

Эта женщина с самого начала привлекла внимание Элизабет. Тара Кришнан была женщиной без возраста, но по рассказам мистера Римана ей было чуть меньше пятидесяти, что совершенно не вязалось с её внешностью. Сильная, крепкая, стройная, с короткой стрижкой светлых и густых волос с удлинённой челкой, частый пирсинг в ушах, а главное острый взгляд голубых глаз, который проникал, казалось, в самую глубину.

Ковальски и Риман обменялись короткими фразами и подытожили их короткими кивками головы. Даниэль Финн в этот момент прямо смотрел на Элизабет, он сильно выделялся среди всех своим ростом под два метра, даже когда сидел. В его взгляде читалось подозрение и сомнение, даже в столовой он смотрел на всех так, особенно на Элизабет.

– Вопрос безопасности всех бесед беру на себя и предлагаю усилить охрану, – пронёсся гортанный голос генерал-майора Андерсома Хейн.

– Я согласна, и всё же попрошу рискнуть организовать встречу так, чтобы военные находились вне помещения, – уверенно произнесла Элизабет.

Эту мысль она держала при себе и знала, что рано или поздно произнесёт её, при этом ожидала резкой реакции военного.

– Ни в коем случае! – предсказуемо возмутился Хейн. – Мы уже имеем отрицательный опыт, доктор Беккер, я в первую очередь забочусь о вашей безопасности, вы должны это понимать!

– Отношение Дюранда должно быть доверительным, а в присутствии военных и оружия он не раскроется, мы должны обеспечить максимально благоприятные условия для чистоты эксперимента, – продолжала настаивать Элизабет и снова почувствовала прожигающий взгляд Бланко и Финна, каждый имел свои сомнения и протесты.

– Элизабет права, – вступился Никлос Риман, а Ковальски кивнул головой в знак подтверждения, – наше помещение позволяет это организовать, специальные камеры доказали качество своих защитных свойств. Я считаю, что это можно организовать, мистер Хейн, но с учётом усиления охраны снаружи.

– Это большая ошибка, мистер Риман, – возмущался военный, – но как я понимаю вы сделаете как считаете нужным.

– Благодарю за понимание, – не глядя на Хейна, ответил Риман, но у Элизабет сложилось впечатление, что военный уже предполагал этот фактор и учёл его заранее, поэтому так быстро согласился, что совершенно не свойственно ему.

И снова взгляды Бланко и Финна прожгли Элизабет.

– Предлагаю назначить первую беседу уже сегодня, – протяжно проговорил Даниэль Финн, – нам поскорее стоит понять мотивы и возможности подопытного, а главное узнать реальное действие вакцины.

Большинство удивлённо повернуло в его сторону головы, и быстрее всего это сделали Хейн и Бланко. Элизабет будто ожидала этого, и поэтому быстро ответила, но не скрыв резкости в голосе:

– Не вижу препятствий! Так я быстрее приступлю к следующему этапу своих исследований.

-–

– Исследования – вот для чего ты приехала сюда, Элизабет! – шёпотом, но всё равно кричал Мэтью, когда они смогли вернуться после совещания в лабораторию. – Исследования – это пробирки, анализы, испытания, отчёты. Но никак не общение с мужиком, который несёт явную угрозу.

Карин сидела в углу на диване в подавленном настроении, которое устроил всем Мэтью. Она также пыталась защитить свою подругу, но только понимала, что с помощью давления этого не сделать. Бланко же уже не сдерживал свои эмоции и напирал на Элизабет с самого выхода с совещания.

– И что ты предлагаешь? Забыть и сделать вид, что Эрик не был участником моих испытаний? Отвернуться, закрыть глаза и просто жить дальше? Убежать? Выйти за дверь, потом из Астреи, сигануть через стену и по занесённым полям и горам снегом добраться до поезда, купить билет до дома и продолжить с того места, с которого меня жёстко подняли, отняли от родителей и притащили сюда?