Ирина Соляная – Плохая игра (страница 3)

–Да, понимаю, потому что и сам связан охраняемой законом тайной клиента, – покачал головой Барбер.

Херр Виллемс барабанил пальцами по столу и молчал. Молчание затягивалось. Барбер встал, отодвинул кресло и пошел к выходу. У двери он обернулся Виллемсу, который злобно смотрел ему вслед.

–Если я не забуду, то сообщу вам о результатах поиска этой странной дамы. Если же вы согласитесь поговорить на более доверительном уровне, то… – Барбер помахал визиткой, – я оставлю свой телефон у вашего секретаря.

Барбер вышел из здания банка и перевел дух. Этого он никак не ожидал. Какую же двойную игру вела мифру Дей и кто ей помогал? Если сумма кредита была крупной, то за это могли и убить. Мотив налицо, серьги, браслет и манто могли вполне подойти для произведения должного эффекта на кредитного инспектора. Но кто мог выступить поручителем этой аферистки? Только тот, кому она отдала полученные деньги или часть из них. Вычислить сообщников было сложно, но возможно. В ближайшем телефоне-автомате Барбер сделал звонок шефу Свенсону и попросил как можно скорее сотрудника для наружного наблюдения с автомобилем.

Вскоре Малыш Свенсон, сын шефа, которому поручали только мелкие дела, уже ехал на задание. Барбер попросил его проследить за херром Ханнеке начальником отдела безопасности банка. А когда Малыш Свенсон спросил, как выглядит этот субъект, то Хью рассмеялся и сказал, что банки бывают так непредусмотрительны, вывешивая фотографии на стенде «Лучшие сотрудники месяца».

Учитывая панику начальника кредитного отдела, следовало ожидать, что он захочет встретиться с кем-то из поручителей. Сам Барбер решил следить за следящим.

Вечером он появились факты, которые следовало обдумать.

Для начала хитроумный херр Ханнеке поехал в крупную адвокатскую фирму «Деловые люди», где встретился со старшим партнером херром Михельсоном. Их разговор шел более получаса и на повышенных тонах. Затем херр Ханнеке поехал к доктору Клаусу Шпигелю, который практиковался в пластической хирургии. Там он задержался ненадолго, потому что встревоженный Клаус Шпигель вместе с начальником безопасности банка немедленно проследовал в отделение «Рабобанка».

– Может, это и были поручители? – осведомился Барбер, у которого от нетерпения зачесались ладони.

Малыш Свенсон пожал плечами.

Барберу следовало поговорить с этими напуганными и раздосадованными господами а заодно выяснить у Алекса, откуда его мать могла знать таких высокопоставленных господ.

Барбер пришел в клинику к пластическому хирургу Клаусу Шпигелю. Ему снова пришлось воспользоваться корочкой журналиста «Юнге Вельт», который якобы писал о передовых методах современной медицины. На профессиональные темы Клаус Шпигель разговаривал довольно охотно. Он развернуто рассказал о новинках в методах пластической хирургии, намекнул на некоторых политиков и телезвезд, которые прибегали к услугам его клиники. Барбер все никак не мог нащупать способ разговорить Шпигеля на интересующую его тему. Нельзя же было просто взять и спросить Клауса о том, знает ли он аферистку мифру Дей и почему он взялся быть ее поручителем. Беседа подходила к концу, а Барбер мучительно осознавал, что время уходит, и второго шанса что—то выведать у Шпигеля уже может не предвидеться. И тут его осенила дурацкая мысль.

– Скажите, херр Шпигель, а если я захочу кардинально изменить внешность, ну… просто до неузнаваемости, то должен ли я буду сообщать кому-либо? Ну… властям, полиции, кредиторам?

–Закон этого не предусматривает, – херр Шпигель заметно занервничал, он поерзал на стуле.

–И как вообще потом доказать, что я – это я? – не унимался Барбер.

–Ну, у вас будут документы на ваше имя, метрики…

–Да, но на фотографиях везде будет не мое лицо, вы согласны? – спросил мнимый журналист.

–Мы выдаем договор на руки, который подтверждает, что вы сделали операцию, – неуверенно произнес Шпигель, – вообще, это тонкий юридический вопрос, и вам нужно обсудить его с нашим адвокатом – господином Михельсоном.

–Да, непременно, – заверил его Барбер и решил нанести серьезный удар по спокойствию доктора, – дело в том, что на днях к нам в редакцию обратилась женщина, которая делала операцию в вашей клинике. После удачного исправления недостатков внешности, дама столкнулась с проблемами в личной жизни. Все пошло под откос, и она винит вас, угрожает судом.

Барбер врал напропалую, но руководствовался принципом «кривая вывезет», то есть действовал интуитивно и вдохновенно.

–Кто же это, позвольте полюбопытствовать? – самоуверенно усмехнулся доктор.

–Мифру София Виссер,– четко произнес Барбер.

Доктор вздрогнул, но взял себя в руки и криво улыбнулся.

–Эта дама никогда не делала пластических операций в нашей клинике, – произнес он.

–Весьма странно, зачем она тогда об этом мне рассказала? – удивился своему же вранью Хью Барбер, – она даже статью просила написать меня о том, как опасно менять свою внешность. Плела что-то про гнев богов…

–Да, с нее станется, – покачал головой доктор, сопроводив слова странной ухмылкой.

– Ах, так вы ее знаете? – подхватил Барбер и пристально посмотрел на доктора, которому ничего не оставалось как кивнуть, —А если вы с ней знакомы, то вам лучше знать, для чего эта госпожа льет грязь на ваше уважаемое заведение. Тут попахивает журналистскими расследованием.

Доктор стушевался, нервно поправил галстук и кашлянул.

– Да, я знаю мифру Виссер. Но не достаточно, чтобы понять мотивы ее поведения. К тому же мы давно не общались. Я помогал ей, оказал кое—какую услугу, о чем очень теперь сожалею. Странно, что за последние два дня я дважды слышу об этой даме, – промямлил доктор Шпигель.

–Советую вам позвонить ей, – сказал Барбер, – поговорите и выясните у нее, чего она добивается. В любом случае, судебный процесс не добавит положительных очков в копилку хорошей репутации.

Сделав вид, что тема перестала его интересовать, Барбер задал несколько вопросов по поводу липосакции и распрощался. Он получил требуемую ему информацию. Барбер был убежден, что доктор Шпигель не врал. И его точно использовали втемную.

Глава 4.

Расследование шло медленно, и Барбер нервничал, поэтому для него был неожиданностью визит Алекса Дея в контору «Свенсон, Барбер и сыновья».

– Ты не поверишь, Барбер, – сказал, захлебываясь от волнения Алекс, – я получил письмо от матери. Короткое письмо, но там был чек на десять тысяч гульденов. Мать написала, что вышла замуж и уехала в Испанию. Да ты сам почитай.

Барбер с сомнением взял лист бумаги, на которым неровным почерком было написано буквально следующее: «Сынок, обо мне не беспокойся. Я свою жизнь наладила, и ты свою наладишь. Я вышла замуж за порядочного человека, у него свой небольшой бизнес, мы уехали в Испанию. Всё случилось так быстро, что в это трудно поверить. Посылаю тебе немного денег, не скучай». Барбер повертел в руках письмо, ничего примечательного он не заметил.

–Это ее почерк? – спросил он Алекса.

–Да, вроде бы, – Алекс задыхался от волнения.

– Как это письмо к тебе попало? – продолжал допрос Барбер.

–Нашел его в почтовом ящике, в груде счетов. Сегодня утром.

–Конверт где? – спросил Барбер.

–Ой, вот он… – Алекс порылся в карманах , нашел мятый конверт и протянул детективу.

Барбер осмотрел его. Почтовые штемпели на нем отсутствовали. Этот конверт кто-то подкинул в ящик Алексу.

–И что теперь? – осведомился детектив, чувствуя раздражение и досаду.

–Ну, мать вроде сама нашлась, – сказал Алекс, почесав переносицу, – не надо ее теперь искать.

С этими словами Алекс положил на стол Барберу пятьсот гульденов и ретировался из конторы.

Барбер позвонил матери и, словно вымещая на ней досаду, сказал, чтобы она больше не привлекала его к поиску непутевых соседок. Он потратил время на эту мифру Дей, а та с любовником в Испанию укатила, обокрав солидный банк. Мать пропустила тираду сына мимо ушей и стало радостно благодарить всевышнего, что соседка жива. Хью устыдился своего некрасивого поступка и смущенно распрощался, сославшись на занятость.

В контору прибежал Малыш Свенсон и с порога радостно сообщил Барберу, что обежал все отделения банков в столице за три дня и выяснил, что София Виссер взяла шесть кредитов. Опрошенные Свенсоном клерки, не назвали сумм, но при упоминании Виссер округляли многозначительно глаза. А еще он узнал, что в ломбарды никто не сдавал драгоценностей, описанных Алисой Гольдбах.

–Как тебе удалось допросил кредитных инспекторов? – удивился Барбер.

–Три метода: напугать, подкупить, уговорить, – самодовольно сказал Малыш Свенсон. Он усвоил уроки старшего Свена лучше, чем Барбер, – проблема была только в том, чтобы определить, к кому какой метод применим.

–Наверное, пластический хирург немного подкорректировал внешность мифру Дей, так что ее теперь мать родная не узнает, – восхищенно сказал Свен Свенсон, потрепав сына по затылку, – можно с денежками теперь спокойно жить.

–Это теперь не важно, потому что аферы с кредитами меня не интересуют, это проблемы банков, – сказал устало Барбер, – Алекс показывал мне письмо от матери, она жива-здорова, уехала в Испанию с очередным хахалем и чек прислала на десять тысяч. Нам перепало аж пятьсот гульденов.

Малыш Свенсон присвистнул и скорчил рожицу.

–Я думал, что будет хуже, – сказал шеф Свенсон, – мы могли потратить свои усилия вообще не получив за это гонорара. Хотя и гонораром это не назовешь…