Ирина Соловьева – В потоке творчества: личность и творчество. Книга шестая (страница 11)
Жить как-то было надо и иногда меня всё-таки охватывала смелость. До туалета я кое-как с перебежками и уловками, но доползал, а вот назад, когда темнота буквально дышала мне в спину, мчался, что называется, сломя голову. Вы даже представить не можете, какое это блаженство – вбежать в залитую светом комнату, захлопнуть за собой дверь, выдохнуть и провалиться в мир безмятежности и тепла, в то время, как по спине всё ещё бегут и бегут, словно бы это струйки дождя по стеклу, мурашки. Дело сделано, а значит можно и расслабиться! И вот тогда я нырял в постель, забывая о том, что каких-то несколько минут назад меня пытались схватить и затащить в какой-нибудь из чуланов, а там, сами понимаете, – страшилища только и ждут этого.
Вечер продолжался: папа читал газету, а мама «навешивала» бигуди, что ещё больше отдаляло мою встречу с ночью. Мягкий свет абажура успокаивал, было тихо, спокойно и хорошо… Видимо, тогда во мне поселились первые знания и понимание разницы между светом и тьмой, между злом и добром, между любовью и её отсутствием. Моя душа интуитивно делала свой выбор, и он осторожными семенами ложился на благодатную почву детской наивности и неиспорченности. Ни в этом ли чудо!»
А ещё Игорю нередко снились кладбища. По его рассказам, где-то лет с трёх, когда он и слова-то такого не знал, не говоря уже о том, чтобы там побывать. «Впервые, – поделился он со мной, – я увидел кладбище в кино и только тогда понял, что оказывается я так часто видел во сне. А случилось это лет в семь, при просмотре фильма «Неуловимые мстители», где «мёртвые с косами стоят, и тишина». Несмотря на то, что Игорь был домашним мальчиком, гулять он обожал и много времени проводил на улице в маленьком, закрытом со всех сторон дворике, принадлежащем дому 13, по 3-ему Ростовскому переулку. Ещё до школы его неформальным воспитанием активно занялись соседские девчонки: Маша Гусева и Лена Пирогова, которые были немногим постарше. Помимо игр в «продавца, врача и учителя», они открывали ему всё, что знали сами или где-то слышали, ну и конечно же, страшные истории, а Игорь, будучи крайне впечатлительным ребёнком, представлял и запоминал всё до мелочей. Зная его впечатлительность о кладбищах и покойниках, девочки старались не рассказывать и больше говорили о привидениях, кометах-пришельцах, старых купцах с Ростова Великого, некогда проживавших в их доме, а теперь иногда приходящих пошарить в чулане, в надежде отыскать некий заветный перстень, приносивший удачу и спасающий от хворей.
Машенька жила на чердаке с окнами на Москву-реку, поэтому нередко лунными ночами «видела русалок» и «бородинского сома», который обитал под мостом и непременно в омуте, а размером был почти с дом (он-то и утаскивал баржи на дно). Ещё говорили о леших в лопухах косогора, подъездных чертях, особенно активно промышлявших с чёрного входа в дом, о конце света и о многом, многом другом, что не меньше будоражило и заставляло трепетать его детское воображение. Немного повзрослев, началось время смен в пионерских лагерях, а уж там-то страхов было точно немеряно. В основном это были особые истории, которые ребята рассказывали по вечерам под одеялами… а потом от страха уснуть не могли. Сами понимаете, что хуже всего было тем, кому в туалет приспичит… туалет-то был на улице и надо было идти в темноте среди кустов и деревьев. Иногда закрывали корпус на замок и ходить приходилось в ведро, которое стояло тут же в палате, а уж по большому – терпи до утра. Терентий отдыхал на летних дачах от Академии им. Фрунзе, а в начальной школе в пионерских лагерях «Радуга», неподалёку от Ивантеевки и двусменном имени А. П. Гайдара, где недалеко (а как без этого!) были и старое кладбище, и заброшенная церковь, а потому на прогулке мальчишки сбегали и направлялись прямиком туда искать приключений на свою, простите, задницу, ну и конечно же клады. Интересно, что в третьем классе, будущий Терентий с ребятами, играя в археологов, умудрился разрыть место на Мухиной горе, где в 17-м веке находилось чумное кладбище и найти там немало останков и всяких мелочей… Тем не менее тогда никаких страхов это у него не вызывало, а скорее отроческий интерес и любопытство. Его страх был совсем в другом и в этом надо ещё разобраться, потому что позже он надолго и глубоко ляжет в основу всей его жизни и раннего, но уже вполне осознанного искусства, дав начало таким полотнам, как «Кладбищенский сторож», «Упырь», «Театр мистики» и многих других подобного рода произведений.
Маленький мальчик вырос и стал Терентием Травником. В поисках своего призвания он серьёзно занимался живописью и музыкой и немало достигнул в каждом из этих видов творчества. Но призвание своё он нашёл в литературе – поэзии, а позже и публицистике, полностью посвятив себя служению слову.
Заканчивая главу, хочется отметить, что многие свои рассказы и эссе писатель подарил именно детству. Читая их, появляется возможность, пусть на мгновение, но очутиться в том волшебном времени, которое навсегда осталось в памяти каждого из нас. Ну, а теперь – отрочество!
Отрочество: время ангелов
С 10 до 13 – (1974—1977) – 4 года
Время меж тем ни на минуту не убавляет свой ход и неумолимо бежит вперёд, изменяя всё вокруг: и жизнь страны, и её граждан – маленьких и больших. Отроческие годы Терентия пришлись на середину «брежневской эры», оказывающую влияние на жизнь людей. Леонид Ильич Брежнев – генеральный секретарь ЦК КПСС с 1977 года становится ещё и Председателем Президиума Верховного Совета СССР, что стало первым в истории СССР беспрецедентным случаем объединения высшего партийного и официального президентского поста.
В стране советской происходят изменения и значительным шагом таких преобразований в партии и государстве стало принятие новой Конституции СССР 7 октября 1977 г. Данная Конституция, как документ была усовершенствованной редакцией «сталинской» Конституции 1936 года. Важнейшим достижением и отличием от всех прежних советских Конституций стал отказ от диктатуры пролетариата, которая была конституционно закреплена в 1918—1977 годах. СССР конституционно объявлялся общенародным государством. В 6-й статье конституционно закреплялась руководящая роль Коммунистической партии.
В этот же период происходит некоторое потепление и в международной обстановке. Для брежневской эпохи было характерно достижение кратковременного улучшения международной обстановки: улучшились советско-американские отношения, регулярными стали встречи руководителей СССР и США; состоялись первый в истории визит президента США (Р. Никсона) в Советский Союз; подписан ряд важных договоров по ограничению вооружений; в 1975 г. состоялся советско-американский космический полет – стыковка в космосе кораблей «Союз» и «Аполлон». В августе 1975 г. в Хельсинки руководителями 33 стран Европы, включая СССР, а также США и Канады, был подписан заключительный акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, согласно которому были подтверждены принципы мирного существования и нерушимость послевоенных границ в Европе.
Девятая пятилетка (1971—1975) стала самой успешной в экономике СССР. После провала «косыгинской» реформы руководство СССР нашло новый выход из положения – улучшать ситуацию не путём реформ экономики, а путём использования природных ресурсов СССР. В результате административно-командная система, работающая на пределе возможностей, была оставлена без изменения; дополнительный рост стал обеспечиваться путём значительно увеличившейся в семидесятые годы продажи за границу советской нефти и газа. Данная политика первоначально приносила успех – «нефтедоллары» помогали оживлять экономику, строить новые объекты, улучшать жизнь людей. В семидесятые годы данная политика считалась долговременной и правительство было уверено, что экономика развивается хорошо.
В феврале 1973 г. в телеэфир впервые выходит передача «Очевидное – невероятное», а менее, чем через полгода 11 августа 1973 года Центральное ТВ начинает показ сериала «Семнадцать мгновений весны», поставленного Татьяной Лиозновой по повести Юлиана Семенова, ставшем на долгие годы любимым культовым сериалом для зрителей.
По телевизору транслируют и телеспектакли. В 1973 году отличился Театр Сатиры, который записал и показал несколько замечательных спектаклей, в числе которых были «Проснись и пой» Марка Захарова с неподражаемой Татьяной Пельтцер, и «Безумный день, или Женитьба Фигаро» Валентина Плучека с Андреем Мироновым, Александром Ширвиндтом, Верой Васильевой и опять – Татьяной Пельтцер. В этом же году вышел шестисерийный телефильм «Как закалялась сталь» с Владимиром Конкиным в главной роли. Картина имела огромный успех, режиссёру Николаю Мащенко пришлось сделать ещё и киноверсию телефильма и выпустить его на экраны страны в 1975 году. Десять лет фильм время от времени показывали по телевизору, а потом как отрезало: Павка Корчагин для СССР с его новыми героями стал неактуален…
В сентябре на киноэкраны страны вышел новый фильм Леонида Гайдая «Иван Васильевич меняет профессию». Отличная комедия со смыслом, все этот фильм видели и знают, поэтому комментарии излишни.
В среде художников и скульпторов произошло разделение на официальное и андерграундное искусство, воплотившееся в школе московского концептуализма (В. А. Сидур, Э. И. Неизвестный, О. Я. Рабин). Резонансным событием стала выставка художников-нонконформистов, проведённая в Москве в сентябре 1974 г., но разогнанная при помощи поливочной техники и бульдозеров, за что получила название «Бульдозерная выставка». Позже власти пошли на уступки, и через две недели разрешили провести выставку в Измайловском парке, которая привлекла тысячи посетителей.