Ирина Шахова – Тайны далеких гор (страница 3)

Но надеждам сбыться было не суждено.

Спустя три дня Петькин труп был найден за амбарами в Засамарской слободе.

Ни одного мешочка при нем не оказалось…

– И что, много украли? – околотный Иван Степанович Лапшин внимательно взглянул на городового, сидевшего перед ним на кухне и пытающегося отогреться от стужи за окном.

Сегодня утром, едва Иван Степанович умылся и уселся за стол завтракать, как в дверь постучали. В его обязанности входило надзирать за всеми дворниками и городовыми, имеющими обыкновение ни свет, ни заря докладывать о происшествиях за ночь, так что такие визиты были не редкостью. Но вид пришедшего настораживал.

В город Иван Степанович приехал из небольшой деревушки под Самарой несколько лет назад. Мечтая обучиться полицейскому ремеслу, в тот же день отправился к полицмейстеру, а тот, видя упорство юноши, оставил его подле себя на месяц. Поглядеть, будет ли толк. Давал мелкие поручения, потом покрупнее, а потом определил городничим. Сейчас Иван Степанович дослужился до околотного, был на хорошем счету и не зря ел свой хлеб.

Вот сейчас, например, по одному только виду городового, понял, что произошло нечто необычное. Не два пьяницы у кабака поссорились, или одна коляска на другую наехала. Хотя последнее, учитывая, что он служил в самом центре города, как и другие происшествия между не поделившими дорогу купцами, были не редкостью. Околотный умело обходил острые углы, находя подход и миря самых ярых противников. Но сейчас другой случай.

Городничий Федор был неглупый малый, испугать его было сложно, и потому он выглядел лишь взволнованным, но выражение лица подтверждало, что случилось серьезное. Иван Степанович закрыл дверь в кухоньку, чтобы ни жена, ни дети не услышали разговора и лишь тогда выслушал историю. Убили одного из мещан, да не абы кого, а промышлявшего, в числе прочего, скупкой краденого.

– Да кто ж знает, – отвечал меж тем на вопрос Федор. – Соседи к нему не ходили, гостей окромя клиентов не привечал. Да и то, встречался с ними не у себя. Вот и сказать, как в комнате раньше было, некому. Осмотрел я все, но ничего ценного в комнате не нашел.

– Почистили?

– Да кто там разберет. Может и не держал дома ничего, все прятал. Одно могу сказать, незадолго до этого правда, слух ходил, что монета у него необычная появилась. Золотая. Но сейчас ее не нашли.

– Монета?

– Да старинная какая-то.

– И откуда взялась? Как выглядит?

– Пока не ясно.

– Надо поспрошать. Узнаем поподробнее, что за монета, будем знать, что искать. Быть может она нас на убийцу и выведет. Больше-то все равно не знаем, что за вещи Петька хранил.

– Будет сделано. Есть у меня на примете пара человек, кто может знать, где он ее получить мог.

– Ну и я в стороне не останусь. Помогу, чем смогу.

Федор кивнул, распрощался и был таков.

Иван Степанович закрыл за ним дверь, вернулся в кухоньку, уселся за стол и задумался.

Слухи о том, что у кого-то на руках в его околотке появилась вещь старинная, чуть ли не самому Стеньке Разину принадлежавшая, ходили уже с неделю. Но что за вещь, и кто владелец никто не знал. А вот поди ж ты, выяснилось, что Петька.

Так и не начав трапезу, Иван Степанович пораскинул мозгами, после чего накинул сюртук, крикнул жену, чтобы затворила за ним, и отправился лишь по ему одному известному адресу. Были у него мысли о том, кому Петька вещи свои сбывал, и эти думки надобно было проверить. Только идти к такому человеку с улицы и спрашивать, была ли среди покупок монета, не пристало. Нужны доказательства, что он вещи покупал, и такие доказательства мог предоставить только еще один продавец подобных безделушек.

Все они были у Ивана Лапшина наперечет, ко всем он заглянул, только никто ничего путного сказать не мог, да и видел городовой, что не таятся, выдают, что знают. Только проку от этих знаний – шиш. Спустя пять часов он понял, что ни на сантиметр не приблизился к разгадке причины убийства, но устал так, будто уже несколько дел раскрыл.

Кому мог помешать Баринов? Вещи он никогда у себя долго не держал, всегда сбывал желающим. Разве что о цене не договорились. Так тут просто украсть можно, из дома. Или по голове ударить и убежать, захватив требуемое. Да и место настораживало, если уж хотели обворовать, по месту жительства бы явились. Нет, вряд ли в вещах дело. Похоже, Петька знал или видел то, что ему знать и видеть не следовало. Только что это было? И спросить не у кого. Близкой дружбы ни с кем не водил, секретами, где вещи находил, не делился.

Отдохнув немного, Иван Степанович направился по следующим адресам. И в одном месте ему улыбнулась удача. То, что собеседник что-то знает, стало понятно по тому, как забегали его глаза, когда он увидел перед собой городничего, да услышал вопрос его.

– Не знаю никаких монет, – недовольно воскликнул собеседник, поведя плечами, словно попытался скинуть с себя строгий взгляд Ивана Степановича.

– Да ты не отпирайся, все равно выясню. Если замешан, лучше сразу скажи. Ты меня знаешь, хуже будет. Слышал, ты краденым торгуешь.

– Кто такое сказал?! – краденым собеседник никогда не промышлял. А вот добытым не совсем честным путем – обмененным не по настоящей стоимости или вынесенным из дома в обход жены или других домочадцев – такой грешок за ним водился и при желании полицейский мог его прижать. Так и клиентов можно растерять.

– Есть люди.

– Невесть что болтают, имя честное позорят, а я страдать должен?

– А ты не страдай. Просто скажи, что про монету знаешь, да поведай, успел ли Баринов кому ее продать?

– Так думаете, это его из-за монеты, да? – уточнил собеседник. Он точно знал, что монету Петька сбыл.

– Все может быть. Захотели получить, а Петр не соглашался.

– Не, это вряд. Он покупателей уважал, никогда продать не отказывался, если кто приобрести хотел.

– Так может, по цене не сговорились?

– Это может.

– Так, значит, подтверждаешь, что не сошлись они с покупателем?

– Не подтверждаю. Не было такого, всегда он продать готов был.

– Так что ты мне голову морочишь! Быстро говори, что знаешь про убийство. Иначе тебя как лицо, скрывающее преступника закрою!

– Что сразу «закрою»! Не знаю я ничего про убийство!

– А про что знаешь?!

– Про монету! Не было у него ее. Уже пару дней как не было, – поняв, что сгоряча сболтнул лишнего, мужчина захлопнул рот и испуганно начал озираться.

– Раз уж начал говорить, продолжай. Или боишься чего? – вкрадчивым голосом уточнил околотный.

– Да чего бояться? Не из-за нее его убили, точно говорю. Он ее не прятал, покупателя искал. Нужна кому – пожалуйста, зачем убивать, грех на душу брать.

– И кто приобрел?

– Есть у него постоянный покупатель.

– И кто он?

– Тут я точно не помощник, не в моих интересах имя раскрывать. Скажу только, что он достаточно богат, не резон ему было Петьку убивать. У кого теперь покупать станет?

– Так может вещь плохая попалась?

– Приди и верни. Петька назад всегда забирал и деньги отдавал, если что не устраивало. По-честному.

– А что за монета такая? – решил уточнить ходившие слухи Иван Степанович.

– Сам не видел, но говорят золотая, да старинная. Времен Стенька Разина. Якобы из его клада монета. Покупатель любит такие штуки, чтобы с историей.

– А где Баринов ее нашел? – уточнил околотный.

Он до конца так и не был уверен, что монета ни при чем. Ведь убийцам могла понадобиться не только она. Возможно, им хотелось, чтобы никто не узнал, где именно она нашлась. И, если слухи верны, самим попытаться найти клад. А разговоры о том, что клады Разина в самарской земле схоронены, только глухой не слышал.

– Этого не знаю. Говорят, правда, несколько дней назад он из поездки вернулся.

– И где был?

– Далеко, на краю губернии. Город там имеется. Как называется, не знаю. Да и кто болтать станет, где товар добывает. Такие вещи в тайне хранят. Только сказал, что место интересное. Город стоит. Город, который раньше в другом месте был. А сейчас, получается, клад на краю селения лежит. Но когда схрон этот закапывали, города там никакого и не было. Только возвышенность.

– Как же клад тогда там очутился, если селения никакого не было на том месте? В чистом поле его прятали, что ли?

– Может и в поле. Чем плохо? Я бы точно спрятал подальше от людей. В городе больше шансов что найдут. Кто ж знал, что поселение на то место перенесут, поближе к большой реке? А горы и реки Стенька и его атаманы дюже уважали.

– И большой клад?

– Клад, – собеседник усмехнулся – Сдается мне, нет никакого клада. Слухи это. Никто кроме одной монеты и не видел ничего. Помню, разговор был, что в Жигулевских горах стена обвалилась и клад открылся. Несколько бочек золотом да каменьями драгоценными набиты стояли. Вот это клад. И видели многие. А тут одна монета. И окромя Петьки и не видел никто и ничего.

– Тогда почему решили, что монета часть клада?

– Так времен тех, явно золотая. Петька для этого покупателя всегда истории красивые придумывал, если вещь продать хотел.

– То есть все рассказы про его вещи – сказки?

– Не все. Но если у предмета в прошлом ничего необычного, Петька завсегда небылицу сочинял. Иначе покупатель не брал.