Ирина Перовская – Я или она? (страница 13)

Под помощью и участием имелось в виду, что ужин в кафе, куда девушки собирались отправиться только втроем, они оплатят сами, без всяких обязательств перед мужчинами. Несомненно, мужчины нужны, их из жизни не вычеркнуть, и порой без них ну просто не обойтись, но не сегодня, нет! Девичник у них!

«Брысь все мужики!» – таков был их девиз на тот вечер.

Больше всех радовалась девичнику Ленка, она по-прежнему не жаловала мужчин.

А вот Катюха вначале слегка огорчилась и украдкой вздыхала: она накануне купила себе новое платье, и ей страсть как хотелось мужского внимания и комплиментов.

Одной Яне было все равно, потому что она неожиданно поссорилась с Гошей. «Нет, ничего серьезного, так, из-за ерунды», – успокаивала она подруг, но тем не менее на Гошку разозлилась, особенно на его необязательность (договорились встретиться после работы, а он элементарно… забыл. Ну разве мужчины так себя ведут?). Так что нынешний поход в кафе с девчонками был для нее спасением от маячившей на горизонте обиды на всех мужчин на свете.

Три подруги вошли в кафе и, весело переговариваясь, направились к своему столику. Три очаровательные девушки, такие разные и в то же время такие похожие в своей уверенности, были умело накрашены и стильно, со вкусом одеты. Своей походкой, осанкой и выражением глаз все трое излучали независимость и непринужденность. Возможно, как раз внешняя непохожесть и индивидуальность делала их ещё более привлекательными. И именно эта их уникальность вызывала интерес и притягивала взгляды всех, кто уже находился в зале! И такое внимание ничуть не смущало подруг, они уже давно к этому привыкли.

В начале вечера в кафе всё шло прекрасно: и столик в уютном зале ресторана «Траттория» находился в комфортной зоне, и приветливый официант не докучал своим излишним и навязчивым вниманием, и белое полусухое вино было в меру холодным и терпким, и те блюда, которые они заказали, одним только видом вызывали аппетит, не говоря уже об их потрясающем вкусе. И даже то, что на их столе отсутствовало мясо, градус настроения им не понизило. Кстати, сегодня они, помимо пиццы, все трое заказали рыбу. И дело вовсе не в диете, а потому, что Катюха, не терпящим возражения голосом, сразу же заявила:

– Только никакого мяса! Я его на работе насмотрелась. Знаете, девчонки, я порой чувствую себя настоящим хищником. Нет и нет! Сегодня я хочу побыть девочкой-девочкой! – и она, захлопав своими кукольными ресницами, сложила руки перед собой, умоляюще глядя на подруг. В ее глазах тут же появились притворные слезы, которые грозились пролиться в любой момент, если подруги-обжоры ей вдруг вздумают отказать.

Услышав такое категоричное заявление от своей обычно спокойной и покладистой Катюхи, девушки дружно закивали, всем своим видом показывая, что «да, конечно же, нет и нет! Никакого мяса, только рыба!» Хотя в глубине души они были огорчены таким началом вечера, потому что и Лена, и Яна настолько любили мясо в самых разных его вариантах приготовления, что обе мысленно даже застонали от своего добровольного отказа от него.

Яна сейчас с удовольствием съела бы огромный антрекот на косточке, сочный и прожарки медиум. А Лена была согласна даже на маленькую и тоненькую отбивную, спрятанную под слоем помидоров и сыра, лишь бы это было мясо, но… Нет так нет.

«Актриса!» – одновременно весело и беззлобно фыркнули они. Но чего не сделаешь ради любимой подруги? И разве это повод для ссор и обид? Вот еще! Поэтому, без лишних слов, все трое дружно уставились в меню, выбирая «не мясные» блюда на сегодняшний вечер.

Понемногу страсти вокруг мяса утихли, и девушки, перепробовав все блюда, которые они заказали на ужин в порыве вдохновения, подняли бокалы за уходящую весну. Затем последовали тосты за наступающее лето, за дружбу, за себя любимых, за любовь (при этом бокалы непременно нужно было держать в левой руке, что они с хохотом и проделали). И как неизбежность (как сказала Лена со вздохом, что, «к сожалению, без этого тоста не обойтись») – за мужчин. Конечно же, только за верных, щедрых и заботливых, веселых, умных, некурящих и непьющих, богатых и красивых. В общем, за настоящих мужчин!

За их столом не смолкали шутки и смех, им было весело и вкусно. Неподалеку на импровизированной сцене юный диджей, словно волшебник, колдовал над аппаратурой, подбирая идеальную музыку. И вот уже зазвучали ретро-мелодии и песни на итальянском – такие чарующие, такие волнующие!

Девушки тут же оживились, а Катюха даже захлопала в ладоши. Все трое просто обожали итальянскую эстраду, особенно нестареющего Адриано Челентано, Тото Кутуньо, Пупо и, конечно, зажигательных «Ricchi e Poveri» с их хитом «Mamma Maria». Подруги были настроены на настоящий праздник и были готовы танцевать хоть до утра, что они и сделали – для начала без передышки оттанцевали три танца подряд в кругу таких же любителей позажигать, что присоединились к ним на танцполе.

Разгоряченные, счастливые и немного запыхавшиеся, девушки вернулись к своему столику, чтобы перевести дух и освежиться бокалом холодного сока или вина. И тут, словно из ниоткуда, к ним подошел высокий парень и обратился к Катюхе:

– Котенок, ты, что ли?

Подруга с удивлением взглянула на молодого человека, всматриваясь и пытаясь понять, кто это. Вдруг ее глаза засияли, она радостно взвизгнула, подскочила и через мгновение оказалась в крепких объятиях подошедшего мужчины. Они смеялись, обнимались и одновременно восклицали, перебивая друг друга:

– Ух, какой ты стала красавицей, прямо принцесса из сказки!

– О! Мак, привет! Откуда ты здесь? Ого, какой ты вымахал, прям гигант!

Когда их радостные возгласы немного утихли, Катя, сияя от счастья, повернулась к подругам и с улыбкой представила им своего давнего знакомого:

– Девочки, познакомьтесь, это Максим, то есть Мак, мой одноклассник. Он уехал после девятого класса, и с тех пор я его не видела. – Она взмахнула рукой и кокетливо добавила: – Моя первая любовь, между прочим!

Максим кивал, а сам с восторгом и нескрываемым обожанием смотрел на Катю, не сводя с нее глаз.

Лена и Яна, пораженные этой новостью, тут же заулыбались и стали приглашать парня присоединиться к ним за столом. Он сел, по-хозяйски оглядел стол, махнул рукой, подзывая официанта, и заказал бутылку шампанского и клубнику. Затем повернулся к Кате и, улыбаясь, сказал:

– Помнишь, как мы впервые попробовали шампанское с клубникой? Леха тогда нас к себе позвал, когда его родители на дачу уехали, и мы у него устроили вечеринку всем классом! И тоже итальянцев тогда слушали! Мм… – он мечтательно закатил глаза и радостно засмеялся: – Скажи, классное время было!

– Ещё бы не помню! Конечно, классное! – закивала Катюха.

В это время принесли заказ. Официант ловко открыл шампанское и разлил вино по высоким бокалам. Максим поднял свой бокал и произнес тост:

– За прекрасных девушек!

После того, как все дружно выпили, он снова повернулся к Кате, засыпая ее вопросами:

– Ну, рассказывай, одноклассница, как там твоя жизнь-малина, как сама-то?

Катя, словно сбросив десяток лет и превратившись в юную школьницу, коротко ответила, что у нее все «тип-топ», и тут же, заливаясь смехом, с гордостью призналась: работает на рынке, торгует мясом! Максим от неожиданности подавился воздухом, но тут же радостно расхохотался, и так громко, что, казалось, зазвенели стекла.

– Ну ты даешь, котенок! – пробасил он. – Всегда была самой оригинальной девчонкой в классе! – и одобрительно похлопал Катю по руке.

Мак тут же приступил к своей саге о жизни и работе в Норильске. Хвастливо, с блеском в глазах поведал, что «пахал как раб» и «сколотил уже не один миллион». Поэтому, мол, и не баловал свой родной город своим присутствием уже десять лет. Вздыхая, парень, словно герой трагедии, рассказал, что «страшно скучал по дому» и вот, наконец, вырвался на целую неделю, чтобы осчастливить своих родителей и познакомить их со своей «невестой», которую привез на смотрины.

– Ну, типа, невестой, – с ехидной усмешкой уточнил он. А заметив, как Катя слегка поникла, шутливо добавил: – Может, мои родаки ее еще и не одобрят! – и тут же, словно вспомнив о чем-то важном, ласково, почти мурлыча, спросил: – А ты, котенок, замужем или как?

– Или как, – ответила Катя, стараясь говорить весело, но Яна, словно рентген, уловила промелькнувшую в ее глазах тень печали.

– А почему? – весело и беззаботно уточнил Мак, не замечая ее грусти.

– Тебя ждала, – ответила Катя с вызовом.

– Вот как?! Прикольно! Обсудим, котенок! – улыбнулся он, прищурился и внимательно на нее посмотрел. Положив руку ей на плечо, он слегка, но настойчиво, по-хозяйски, притянул ее к себе.

– Что ты там собираешься обсуждать с этой лахудрой? – внезапно раздался голос за спиной у девушек, и Лена с Яной одновременно обернулись.

У столика стояла невысокая девушка с белыми волосами, густо накрашенными ресницами и ярко-красной помадой на губах. Девица была фигуристой, слегка полноватой, с пышной грудью и крутыми бедрами, и одета в облегающее короткое платье, которое подчеркивало все изгибы ее тела. Возможно, она бы выглядела привлекательно, если бы не злое и почти яростное выражение ее лица. Она стояла, уперев руки в бока, и, сощурив глаза, с ненавистью смотрела на Максима и Катю, ожидая ответа.