Ирина Перовская – Я или она? (страница 12)

«Акушеркой? Так просто!» – фыркните вы удивленно и снисходительно. А вот и не просто! Для всех будущих мам города она, наравне с врачами-гинекологами, была настоящим профессионалом, а еще божеством, доброй феей и, возможно, даже немного супергероем в белом халате. Каждая роженица мечтала, чтобы ее ребенка приняли именно руки Лены, крепкие, заботливые и, судя по всему, обладающие какой-то магией. И никто ни капельки не боялся ее громкого голоса и строгого взгляда, способного прожечь насквозь. Они-то знали, какая она на самом деле – безотказная и надежная, как швейцарские часы! И всегда готовая прийти на помощь.

Когда Лена шла по больничному коридору в своем белоснежном халате, то напоминала не ледокол, а скорее крейсер, рассекающий океан – мощный и непоколебимый. И хотя вид она имела грозный и воинственный, словно только что вернулась с поля боя за чье-то счастье, на самом деле была мягкой, нежной и впечатлительной, как котенок, которого только что погладили. Глядя на нее, трудно было поверить, что такая глыба может чего-то или кого-то бояться. Но была у нее одна странность, вы ни за что не угадаете, какая! Только Яна и Катя знали правду: их Ленка стеснялась и боялась… мужчин! Просто до ужаса, до дрожи в коленках. Это была ее страшная тайна, которую она хранила от всего мира, кроме своих верных подруг.

Подруги тайком хихикали над такими ее глупыми страхами, но вслух не высказывались и всячески старались поддержать ее и подбодрить, особенно Яна. Ведь у каждого свои фобии и свои «тараканы». А чужих тараканов Яна уважала, потому что и к своим внутренним комплексам тоже требовала уважения. Хотя и не признавалась, что они у нее есть. Ей в глазах подруг хотелось выглядеть бесстрашной и уверенной, этакой «мисс-совершенство», без каких-то там психологических изъянов.

Девушки не раз пытались познакомить Лену с кем-нибудь из своих знакомых парней, но подруга в присутствии мужчин смущалась, становилась растерянной и неразговорчивой, и кавалеры сбегали от нее чуть ли не на следующий день.

– Ленчик, ну посмотри внимательней на парней и выбери себе самого лучшего из всех! – настаивали подруги.

– Идеального мужчины не существует! – категорически заявляла она. – Я за всю жизнь видела только одного, да и то в кино. Причем в конце фильма его убили.

– Ну можно ведь и не идеального, – шла на компромисс Яна. – Пусть он и не будет красавцем, главное, чтобы надежным.

– Мужа нужно выбирать так, чтоб потом не было стыдно детям показывать, – не сдавалась Ленчик, сворачивая тему.

И что тут было возразить?

Несмотря на ее категоричность, Лену все очень любили и хотели с ней дружить. А Яна и Катя чуть-чуть жалели (Яна догадывалась, что, возможно, те неудачные занятия боксом в их юности сказались на психике подруги), но надеялись, что всё когда-нибудь обязательно изменится. Разумеется, в лучшую сторону. Однако пока всё оставалось по-прежнему – Лена мужчин обходила стороной. Яна подозревала, что их впечатлительная Ленка до сих пор краснеет от смущения, когда ставит укол симпатичному мужчине. Вот какой она была чувствительной и нежной барышней в их троице, в то время как Яна с Катей с лихвой компенсировали такую трепетность своими неугомонными и энергичными характерами.

Да, после слов Фила Яна с теплотой и нежностью подумала о своих подругах и сейчас невольно улыбнулась, представив своих девчонок, но, взглянув на Фила, она вдруг отчетливо вспомнила и всё остальное, и теперь события того девичника выстроились у нее перед глазами!

И сам вечер в ресторане, и тот скандал, и то, как она, разозлившись, рисовала губной помадой на зеркале в туалетной комнате. Она-то уже давно забыла о том случае и даже не предполагала, что он может вызвать чей-то интерес. Если бы Фил не спросил, она бы и вовсе о том рисунке не вспомнила, но, как оказалось, пришлось. Вот только рассказывать Филу об этом почему-то не хотелось.

И в очередной раз Яна осознала, что в их троице девчонок-подруг она способна играть двойную роль – и защитника, и нападающего. Она может играть и на своем, и на чужом поле, может стоять в обороне, но может и атаковать. Главное – правильно определить для себя позицию.

Именно в таком качестве атакующей стороны Яна и хотела сейчас предстать перед Филом. Ведь лучшая защита – это нападение, и Яна была в этом убеждена, потому что, работая в магазине, где продают товары для мужчин, она часто становилась невольным свидетелем подобных мужских рассуждений. Так что сейчас она решила показать Филу, что она недовольна его любопытством, и слегка осадить его напор, потому что не до конца понимала, что именно его заинтересовало в том ее спонтанном рисунке. А когда Яна чего-то не понимала, ее это страшно злило.

И эта злость придала ей уверенности: да, она поделится с Филом информацией. А сама тем временем попытается разобраться в ситуации и понять, в чем была ее ошибка и что она сделала тогда не так. Ведь в тот вечер она хотела лишь помочь Катюхе. Но помогла ли? Тогда она об этом не задумалась, но сейчас она просто обязана стать аналитиком.

Эх, если бы она только знала, если бы только вспомнила, что многие знания – многие печали, то не стала бы копаться в прошлом, ничего бы не рассказала Филу, а просто отправила бы его идти лесом, и сама покинула бы его дом. Да и оставила всё так, как есть, без лишних раздумий и самоанализа. Ведь прошлое остается в прошлом, и его уже не изменить. Оно было и прошло.

Но воспоминания уже были запущены, и колесо ее судьбы медленно, со скрипом начало поворачиваться…

Тот девичник и рисунок на зеркале

Май близился к концу и собирался вот-вот распахнуть свои невидимые двери лету, которое уже стояло на пороге и торопило весну исполнить свой прощальный аккорд. Последние весенние деньки, еще наполненные прохладой, уже переплетались с лучами жаркого солнца, создавая неповторимую атмосферу тепла, ожидания и восторга.

Яна любила весну, а особенно месяц май. То волшебное время, когда вокруг царит буйство зелени и цветов, от которого кружится голова. Поэты слагают весне стихи, музыканты сочиняют музыку, а для Яны май был словно разноцветной палитрой из незабудок, нарциссов и тюльпанов. А если к ним добавить сирень и рябину, чьи островки украшают город от центра до самых окраин? А если наполнить воздух ароматом цветов и свежескошенной травы, разбавить его пением и щебетом птиц, согреть теплыми и ласковыми лучами солнца? Да, можно с уверенностью сказать, что этот май – рай на земле, где сама природа исполняет волнующий и нежный весенний вальс перед страстным летним танго, наполняя мир красотой, яркостью и гармонией красок.

Неужели есть такие, кто не любит весну? Яна всегда удивлялась этому.

И Ленчик, и Катюха, и Яна обожали месяц май! Для них это был не просто месяц, а священный портал! Еще со школьной поры, когда гормоны бушевали, а мозг требовал свободы, май ассоциировался у них с окончанием занятий, последним звонком и предвкушением чего-то настолько нового и светлого, что аж дух захватывало. Долой унылую школьную форму, эту смирительную рубашку юности! Прочь обязанности и обязательства, да здравствует беспечное, безбашенное лето!

Стоило только на календаре появиться 1 мая, у них словно включался режим веселья. Им хотелось шутить и дурачиться так, будто им снова по двенадцать. И они, не сговариваясь, начинали болтать фразами из мультиков, как будто это был их тайный пароль к счастью. Ленка с видом революционерки провозглашала: «Даешь свободу попугаям!» Катюха, поправляя несуществующую корону, вторила: «Лучший мой подарочек – это я!» А Янка, заливаясь смехом, вопила: «Кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро!» – намекая, что их утренние посиделки – это верх гениальности.

Вот и в этом году, когда за плечами уже не один десяток лет, на них, взрослых девушек, неожиданно нахлынула волна воспоминаний о юности, беззаботности и той самой первой, нелепой и прекрасной влюбленности. Накатило так, что хотелось плакать – то ли от безудержной радости, что они всё еще молоды, а впереди по-прежнему целая жизнь, то ли от щемящей грусти по тем временам, когда всё было намного проще и понятнее. Хотелось петь во весь голос, танцевать до упаду, смеяться и плакать одновременно, потому что это и есть жизнь – такая же непредсказуемая и классная, как майская гроза.

– Весенний психоз! – притворно ворчала Ленка, шутливо ставя диагноз, когда выслушивала очередной «крик души» подруги, звонившей ей по телефону.

Каждая из них спешила признаться друг другу, что «ужас как хочется перемен в жизни!»

– И влюбиться! – добавляла Катюха, хлопая своими кукольными ресницами. Девушки согласно кивали ей в ответ.

– И определиться! – серьезно заявляла Яна, и с ней никто даже не спорил.

Иначе говоря, каждой хотелось чего-нибудь этакого, что словами не передать! И поэтому подруги решили организовать символические проводы весны, а себе устроить настоящий праздник жизни. Почему бы и нет? Им по двадцать девять, они красивы, уверены в себе и независимы. У них масса достоинств, огромный запас оптимизма и юмора, и им не нужна большая компания – втроем им никогда не бывает скучно.

– Мы самодостаточные, – не уставала повторять Яна, предлагая подругам на этот раз заказать столик в итальянском кафе. – Самый подходящий возраст, чтобы потусить на свои, не зависеть ни от кого и хоть на один вечер отказаться от мужской помощи и участия.