Ирина Ордынская – Святая Царская семья (страница 84)
В конце 1913 года Царская семья долгое время находилась в Крыму, в основном из-за болезни цесаревича, которого усиленно лечили, в том числе и грязями, и смогла вернуться в Царское Село только к концу декабря.
И в начале 1914 года Алексей Николаевич почувствовал себя настолько хорошо, что смог вновь приступить к занятиям в полном объеме. Полтора года постоянных процедур и курсы лечений наконец-то помогли избавиться от последствий тяжелого приступа гемофилии в Спале. Пьер Жильяр так описывал цесаревича в начале 1914 года: «Алексею Николаевичу было тогда девять с половиной лет. Он был довольно крупен для своего возраста, имел тонкий, продолговатый овал лица с нежными чертами, чудные светло-каштановые волосы с бронзовыми переливами, большие сине-серые глаза, напоминавшие глаза его матери». О личности наследника престола учитель писал: «У него была большая живость ума и суждения и много вдумчивости. Он поражал иногда вопросами выше своего возраста, которые свидетельствовали о деликатной и чуткой душе. Я легко понимал, что те, которые не должны были, как я, внушать ему дисциплину, могли без задней мысли легко поддаваться его обаянию. В маленьком капризном существе, каким он казался вначале, я открыл ребенка с сердцем, от природы любящим и чувствительным к страданиям, потому что сам он уже много страдал».
Занятия Алексея Николаевича с учителями к этому времени были восстановлены не только полностью, как до болезни, но количество предметов и уроков увеличили. Однако между наставником цесаревича Жильяром и его главным лечащим врачом В.Н. Деревенко назревал конфликт. Наставник считал, что постоянная чрезмерная опека нянек и дядек – боцмана Деревенько и матроса Нагорного, мешала нормальному развитию мальчика. Заботливые дядьки, старавшиеся защитить ребенка от малейшей опасности, лишали его самостоятельности. Жильяр предполагал, что желание врачей полностью с помощью нянек контролировать поведение цесаревича чрезвычайно вредно для его развития и есть опасность того, что он может вырасти человеком безвольным и зависимым. Однако доктора, боявшиеся новых травм и приступов, категорически настаивали на постоянном строгом контроле поведения Алексея Николаевича.
В итоге решение, как лучше воспитывать наследника трона – под полным контролем или предоставляя ему свободу выбора, – могли принять только Августейшие родители. Они понимали, что постоянная опека может лишить цесаревича мужества и стойкости, которые необходимы будущему монарху. С другой стороны, больной ребенок мог погибнуть в результате любой травмы. И все же было принято решение ослабить контроль. Сам Алексей Николаевич был в восторге от этого. А вот окружавшие наследника трона взрослые очень волновались, понимая, что больной ребенок подвергается риску, но цена всеобщего спокойствия могла стать слишком высокой. Цесаревич с радостью обещал родителям и учителям, что не подведет их, будет осторожен, он очень страдал от строгих ограничений. Какое-то время все шло хорошо. Но однажды цесаревич в классной комнате влез на скамью, поскользнулся, упал, стукнулся коленкой. Случилось внутреннее кровоизлияние, образовалась опухоль, которая быстро распространилась к ступне. Цесаревич не мог ходить, усилившееся кровотечение вызвало приступы боли. Он лежал в своей комнате, в очередной раз страдая от тяжелого приступа. Рядом с сыном круглосуточно находилась Государыня, окружая больного ребенка своей заботой и лаской. Каждую свободную минуту проводил в комнате сына Государь, пытавшийся развлечь больного разговорами. Часто навещали брата цесаревны. Выздоровление шло медленно, занятия с учителями вновь пришлось приостановить, так как последствиями приступа стали малокровие и общая слабость.
Только в начале весны цесаревич вновь почувствовал себя лучше. И Царская семья смогла уехать в Крым. 13 апреля 1914 года в теплый, солнечный день Царская семья прибыла в Ливадию. Прекрасная природа: зелень, цветущие деревья, море – все действовало на выздоравливающего цесаревича лучше любых лекарств. Пьер Жильяр писал: «Здоровье Алексея Николаевича за последние месяцы значительно улучшилось, он вырос и приобрел здоровый вид, что вызывало общую радость».
Следующие три месяца в Крыму прошли чудесно, затем 1 июня Царская семья отправилась в порт Констанцы на встречу с Румынской королевской семьей. Алексею Николаевичу поездка понравилась: она была наполнена яркими праздничными мероприятиями. Принцесса Мария Румынская вспоминала: «Сначала мы отправились в храм, где отслужили Te Deum, служба проводилась частично на русском и частично на румынском языках. Затем мы проехали по улицам города, после чего начался военный парад. После семейного ланча в павильоне тетушки было отведено время для отдыха, так как императрица и дядя чувствовали себя неважно. Мы снова встретились за чаем на императорской яхте, где дети очень весело проводили время. День завершился великолепным банкетом в белоснежном зале в румынском стиле, построенном специально для этого события». Слова принцессы о том, что дети прекрасно проводили время, имеют отношение и к Алексею Николаевичу. Он очень подружился с маленькой очаровательной румынской принцессой Илеаной, младшей дочерью принца Фердинанда и принцессы Марии. Она росла красивой и доброй девочкой, была любимицей матери, которая писала о ней: «У меня есть маленькая дочь, которая все еще очень домашняя, и хотя я даю ей много свободы, я научила ее уважать то, чему нас учили… Я стараюсь согреть в ее сердце пламя надежды, красоты, доверия и веры». Красивая и милая девочка так понравилась цесаревичу, что когда Алексей Николаевич уезжал, то прощаясь с принцессой Илеаной, сказал ей: «Однажды я приеду, чтобы сделать вам предложение». И кто знает, возможно, со временем так бы и случилось. Современники считали, что принцесса Илеана могла бы стать прекрасной кандидатурой на роль русской императрицы, рожденная и воспитанная в православии, с прекрасным характером и острым умом. Увы, этому не суждено было случиться.
Нужно сказать, что принцесса Илеана выросла очень красивой девушкой, милосердной и отзывчивой, ее обожала вся Румыния. Благодаря добрым делам принцесса много занималась благотворительностью, она стала так популярна в стране, что любви к ней народа завидовал даже брат король. В 1931 году Илеану выдали замуж за представителя Тосканской ветви Дома Габсбургов эрцгерцога Антона Австрийского. В Австрии Илеана снова активно занялась делами милосердия, стала попечителем многих благотворительных организаций и какое-то время даже работала сестрой милосердия. В браке она родила шестерых детей. После окончания Второй мировой войны Илеана жила в США. Их брак с эрцгерцогом Антоном Тосканским не был счастливым, после войны они развелись. Позже принцесса Илеана приняла монашество с именем Александра и основала Преображенский монастырь в Элвуд-Сити, в штате Пенсильвания. Мать Александра скончалась в 1991 году, в 82 года, прожив долгую, насыщенную событиями жизнь.
Отрочество. Война
В Петергоф Царская семья вернулась 5 июня 1914 года, поскольку Государь должен был принимать прибывшего в Россию с четырехдневным визитом президента Франции Раймона Пуанкаре. В честь президента было проведено множество различных торжественных приемов и встреч. На завтраке, который давала для Пуанкаре императорская чета, президент Франции наградил наследника престола орденом Почетного легиона. Алексей Николаевич был счастлив и всем показывал этот орден и ленту к нему.
Лето в Петергофе с прогулками в парках, купанием, играми на свежем воздухе для царских детей казалось беспечным. Однако безмятежное время кончилось неожиданно и быстро. Пьер Жильяр писал: «Мы узнали, что в Австрии объявлена общая мобилизация. На следующий день пришло известие о бомбардировке Белграда, и еще через день Россия ответила на это мобилизацией всей своей армии. Вечером того же дня германский посол в Петербурге, граф Пурталес, объявил Сазонову, что его правительство дает России двенадцатичасовой срок, чтобы остановить мобилизацию, – в противном же случае Германия сама будет мобилизовываться». 19 июля Германия официально объявила войну России.
Первое время для Алексея Николаевича начало войны ничего не изменило, кроме того, что отец император стал редко общаться с детьми, Государя захлестнула волна неотложных дел. 30 июля 1914 года цесаревичу исполнилось 10 лет, особых празднеств по этому поводу не устраивали: была отслужена обедня, на которую из-за срочных дел Государь опоздал. Однако днем император нашел время, чтобы погулять с детьми в парке. Потом Царская семья обедала вместе с приехавшей поздравить внука бабушкой – вдовствующей императрицей Марией Федоровной, но праздничный обед быстро закончился, потому что Государю нужно было идти отвечать на срочные телеграммы и письма, чем он занимался весь вечер.
После начала войны цесаревич больше времени начал проводить с наставником Пьером Жильяром, в какой-то степени ставшим для него не только учителем, но и достаточно близким старшим товарищем. Часто в свободные часы наставник с цесаревичем отправлялись покататься по окрестностям на автомобиле. Алексей Николаевич любил эти прогулки, ему нравилось рассматривать пейзажи, крестьян на полях, деревни у дороги.