Ирина Омельченко – Королева (страница 4)
– Всё южное крыло Великого Дворца специально отведено для невест. Весь этаж в вашем распоряжении… э-э-э… в вашем, достопочтенная леди София, и остальных участниц королевского отбора.
Веер в моих руках издал хруст. Господин Леддокс обернулся на звук, помялся, глядя на меня, но все-таки продолжил.
– Первая комната на этаже – общая гостиная, для собраний, чтения и отдыха. Далее личные покои участниц, а в конце коридора – столовая. Тоже общая, да. И технические помещения, но это для слуг и обеспечения… прочего.
– Прочего?
Мужчина в нерешительности почесал нос, что было ему не свойственно, и не ответил. Кажется, испытывал нечто сродни мукам совести? Не каждый день девушке объявляют, что на ее место рядом с Королем еще есть претендентки, целая очередь, да еще и явно недоговаривают что-то.
Хмурюсь. В этот раз мое поведение даже Камерарий Его Величества неправильно истолковал. Это не ревность. Это – злость.
Никогда еще я не чувствовала себя настолько униженной. В прошлой жизни, в другом мире я не была поклонницей различных шоу типа «Холостяк» и подобного. Когда все-таки сталкивалась с «гаремами» на экране, лично мне казалось нонсенсом, что девушки вынуждены бороться за мужчину, а не наоборот. Ведь по логике мужчина должен завоевывать свою избранницу, разве нет? Какой-то разрыв шаблона.
И вот теперь мало того, что я буду вынуждена принимать участие, – заметьте, против воли! – в подобном мероприятии, так мне еще и надо победить! Без вариантов.
Впрочем, изливать внутренний гнев на Камерария Его Величества глупо. Мне бы с самим Величеством потолковать по душам. Вот уж кто-кто получил бы от меня, пусть не тумаков (помню-помню, что Тень не может причинить вред Хозяину, а жаль, как же жаль!), то хотя бы пару язвительных фразочек в свой адрес. Он что? Настолько любит, когда за него женщины сражаются, что опустился до таких, прямо скажем, пошлых состязаний? Фи.
– Это ваше новое место обитания, леди… участница номер семь, – поправил сам себя господин Леддокс, и веер в моих руках опять жалобно скрипнул, разбудив Пушистика на запястье.
Еще и номера всем присвоили! Ну что за унижение?
– Приложите ладонь к магическому кристаллу на двери, и он запомнит вас, как хозяйку этих покоев на время проведения отбора. Дальше – на ваше усмотрение. Можете давать или не давать доступ в свои покои слугам или другим участницам.
Я кивнула. Пока прижимала ладонь к магическому кристаллу, успела обратить внимание на его необычную расцветку. Мой кристалл на двери горел алым, как тот огонек из сна. И загорелся сильнее, когда я его «активировала». На остальных дверях в коридоре расцветка кристаллов была иной, да и сам по себе блеск слабенький. Больше никого нет? А еще, вот что странно… что-то крутится в памяти… количество дверей? И господин Леддокс сказал, я – участница номер семь? Ладно, подумаю об этом позже.
Ну хотя бы расцветка магических кристаллов отличается, значит, свою дверь с чужой я не перепутаю, а что до того, что мне опять присвоили красный, иногда цвет – это просто цвет, без намеков.
– Мя-я-я.
Драх тихо заворчал, возмущаясь внезапному и вынужденному соседству.
– Отлично. Значит никто посторонний в мои покои не зайдет. Кроме Ингрид, разумеется.
Случайно произнесла фразу вслух и по смущенному взгляду Камерария Его Величества догадалась о нюансах. Светская жизнь в паучатнике дворцовых интриг уже приучила меня везде искать подводные камни. В водоемах любой, самой мелкой глубины, даже в лужах.
– Всё верно. За небольшим исключением, конечно же, достопочтенная леди.
– Исключением?
Ага, значит для Его Величества не существует преград и ограничений. Хожу где хочу, делаю, что вздумается.
Подтверждая мою догадку, господин Леддокс продолжил:
– Конечно же, Его Величество имеет доступ ко всем помещениям Великого Дворца.
Так и думала. На ночь дверь лучше подпирать шкафом, во избежание, так сказать. Нет Чарльзу больше никакого доверия. Он и раньше норовил в мои покои завалиться, а теперь я и вовсе не знаю, чего от него ожидать.
«Ты будешь королевой, София. Я
Зачем ему вообще понадобилось раздавать подобные приказы? Что за вздорная блажь? Сперва ставит меня в неловкое положение, а потом еще и собирает целое крыло для отбора.
Козел! Никогда не прощу.
Не знаю, что больше задевало меня в этой ситуации: уязвленная гордость или невозможность отказаться? Невозможность привычно сбежать. В любом случае, я просто в ярости!
Глава VI,
Через порог переступаю одна, оставляя Камерария Его Величества топтаться в коридоре – магическая защита его не пускает. Что ж, наглядно. Делаю легкий, едва заметный реверанс, показывая, что встреча закончена и далее я общаться не намерена. Не очень-то вежливо с моей стороны, но нет уже сил на все эти светские этикеты. В отличие от меня, неблагодарной, господин Леддокс как всегда учтив и чувствует настроение.
– Не смею более вам досаждать, – с этими словами он кланяется и удаляется, а я смотрю, как по коридору спешит Ингрид. В ее руках ворох платьев, шляпные и обувные коробки, как только она умудряется столько баулов за раз таскать на себе? На пороге я подхватываю ее за локоток и чуть подталкиваю внутрь. Пушистик предупреждает меня о применении магии слабым мяуканьем.
Всё, теперь в мои покои могут зайти только я и Ингрид. Ну и Его Величество, конечно, да кто ж его пустит! Осматриваюсь по сторонам.
Первая комната довольно милая. Светлая, с большим окном, наполненная сладкими ароматами. Диван, камин, столики: туалетный – у стены и журнальный – перед диваном, пара кресел. Толстый ковер легкомысленной расцветки.
Из гостиной одна дверь ведет в гардеробную, щедро заставленную зеркалами, куда моментально ныряет Ингрид со своей поклажей и принимается раскладывать коробки и развешивать платья. Вторая дверь в ванную комнату без окон с огромной купелью в центре. Третья – в спальню, с широкой, уже застеленной свежим бельем, кроватью. Четвертая – в крошечную боковую комнатку прислуги, тоже с кроватью у стены и столом с писчим прибором.
Ага, значит Ингрид будет постоянно при мне. Отлично. Привычная уже обстановка – и как я раньше жила в хрущевке? Не помню уже.
Я быстро осмотрелась, подошла к окну в спальне и задернула плотные шторы. Почему-то вид на заснеженный сад, на морозное солнце действовал удручающе. Жизнь продолжается. Времена года сменяют друг друга, а я по-прежнему в неволе. И чем больше силюсь вырваться, тем больше проблем получаю. Словно мечешься как пойманный зверь в сети и запутываешься все сильнее и сильнее, пока не замотаешь сам себя окончательно.
– Ты можешь идти к себе, Ингрид, – обратилась к верной служанке, застывшей за спиной, но та лишь уперла руки в покатые бока.
– Токмо после того как изволите поесть, миледи.
Есть не хотелось, но я обреченно кивнула. В войне против голода Ингрид неизменно побеждает. Сноровистой кобылкой она метнулась к выходу, а уже через пару минут передо мной был сервирован столик с легкими закусками. Я в задумчивости села на диван, лениво перебирая фрукты в вазе и скорее изображая, что ем, чем на самом деле делая это. Какая-то мысль не давала покоя. Что-то скреблось на задворках памяти, но что именно?
Я обреченно махнула веером. Что толку сидеть здесь в одиночку? Надо выйти на разведку и осмотреться, пока других участниц нет в своих покоях.
– Я ненадолго.
Выскальзываю в коридор. Двигаюсь осторожно и почему-то стараюсь держаться бесшумно, хотя я здесь не пленница и могу ходить по коридорам Великого Дворца свободно: куда хочу и где хочу. И все же я стараюсь не производить лишних звуков и крадусь в сторону столовой.
Здесь под светом огромной вычурной люстры стоит огромный стол с белоснежной скатертью, уже сервированный для гостей. Я быстро пробегаю глазами по приборам, считая их от нечего делать, скорее для галочки, и запинаюсь, когда понимаю, что их тринадцать. Что за? В этом мире что, нет такого суеверия?
Помнится, в своем прошлом мире я иногда натыкалась на упоминание смешного и нелепого поверья, что нельзя за стол садиться такому количеству людей. Вас должно быть или меньше, или больше, но только не тринадцать! Потому что если за стол сядут тринадцать человек, то первый, кто встанет из-за стола и покинет его – умрет в ближайшем будущем.
Сглатываю. Случайное совпадение? Дурное предзнаменование?
А вот и дверь в «прочие технические помещения», дальше из столовой. Пушистик на запястье буквально весь встает дыбом, словно наэлектризованный меховой шарик. Там так много концентрированной магии? Слышу мужские голоса и прежде чем успеваю придумать, что делать дальше: зайти или удалиться, дверь распахивается и на ее пороге показывается знакомая фигура. Встреча настолько неожиданная, что я вздрагиваю и замираю.
– Вот это да!
Первый порыв был – бежать прочь, без оглядки, Рвануть, что есть силы из столовой, по коридору и укрыться, спрятаться в безопасности покоев, защищенных магическим кристаллом. И только присутствие в моей голове Драха, заставило меня остаться на месте, а не нестись вперед, словно испуганный хищником зверек.