Ирина Омельченко – Королева (страница 6)

Дальше, диктуя Ингрид список, я замялась. Одно имя графа Прадо уже требует, чтобы крамольная бумага после написания была тщательно уничтожена. Посмотрела, София, привела мысли в порядок, запомнила и сожгла, от греха подальше. А уж после следующих имен… тут и вовсе уже изменой короне попахивает.

Его Высочество герцог Давосский, Леопольд Джест

И хотя я искренне восхищаюсь умом и изворотливостью мужчины, его внешней красотой, его умению плести интриги, издалека, не выходя на свет, наша неприязнь друг к другу взаимна. Кроме того, разве после его смерти, Алекс не освободится от тягостного служения? От приказов, которые он обязан выполнять против желания? Вздорных и нелепых приказов! Воспоминание о том, что Леопольд велел Алексу не показывать эмоций, заставляет сердце биться чаще, а ладони стискивает в кулаки.

«Кровожадная моя», – шепчет в голове Драх, а я раздраженно дергаю плечом. Конечно, найди я другой способ освободить Алекса и устранить из шахматной партии Его Высочество, непременно бы так и поступила. Я же не маньяк какой-то, чтобы всех убивать направо и налево! Плохо то, что шахматный игрок из меня – хуже не придумаешь. Словно новичок, который только-только узнал, как ходят фигуры – и сразу игра против признанного гроссмейстера.

«Драх, а ты заметил, как он боится тебя?», – невольно улыбаюсь и мысленно обращаюсь к демону, что сидит во мне.

«Конечно. Он чувствует».

Вспоминаю диалог, который когда-то давно состоялся с герцогом Давосским в его кабинете. Тогда аристократ отнесся ко мне презрительно, прогнал прочь, сравнив с пустой тарелкой. И что же, Ваше Высочество? Теперь в моей тарелке такой кусок, что им можно поперхнуться? В горло не лезет, да? Хе-хе.

Ну и последнее имя в «черном списке» и вовсе «за гранью». Бросаю осторожный взгляд на Ингрид. Мировая женщина, даже бровью не повела пока писала.

Его Величество Король Леравии, Чарльз Терве

Делаю глубокий вдох. Целый клубок эмоций, обид, страхов. Я зависима от этого человека и не могу причинить ему вред. Хозяин. Он обещал, что не обидит, и все же, раз за разом, удар за ударом, наносит раны. Моей сущности. Моей гордости. Моей душе.

Стоит ли оно того, чтобы мстить? Попытаться сплести паутину интриг, обезглавив врага чужими руками? Или просто уйти, по итогу исполнив унизительный приказ и уничтожив остальных в списке? Тем сложнее решение, ведь я по-прежнему считаю, что из трех кандидатов Его Величество Чарльз самый подходящий Король.

Глава VIII, в которой София обедает в приятном обществе

О том, что всех участниц Королевского отбора срочно ждут к обеду в общей столовой, возвестил зычный голос: раздался он буквально с потолка. Глас свыше, по-другому и не скажешь.

– Все участницы отбора приглашаются в общую столовую комнату. Внимание! Все участницы отбора приглашаются в общую столовую комнату. Прошу, следуйте за провожатыми.

«Пора!»

К тому моменту я уже была полностью готова (исключительно благодаря стараниям чудесницы-Ингрид). Пушистика на этот раз решила оставить, отнесла в спальню. Мой милый малыш, как в гнезде, утонул в подушках на кровати.

С легким удивлением вглядываюсь в собственное отражение. Вопреки привычке носить черное, словно я в трауре неведомо по кому или чему, на этот раз обнаружила себя перед зеркалом гардеробной в бархатном платье цвета спелой крови. На шее и в волосах – рубины в тон. На губах – помада точно такого же оттенка. Волосы, уже вполне отросшие и снова вьющиеся кудрями, тщательно уложены и заколоты в высокую прическу. В глазах отблески внутреннего огня и огня реального – список, после изучения, я приказала Ингрид сжечь в камине, да так, чтобы даже и кусочка не осталось.

– Прошу вас, миледи.

В коридоре у двери и правда топтался молодой, незнакомый мне офицер в черном мундире. Он легко и непринужденно, словно каждый день делал нечто-то подобное, подхватил ручку в тонкой кружевной перчатке, пристроил на свой локоть и двинулся вперед, чинно и неспешно провожая меня к столу, как это принято в высшем обществе.

Я полностью вверила себя его воле. Перед нами несколько пар уже следовали в столовую. Сзади, судя по шагам и торопливому стуку каблучков, тоже – я не стала оборачиваться. Шли молча. Торжественную тишину нарушали лишь шорохи платьев и тревожный стук взволнованных сердец. А рядом, прицепившись к каждой из пар плавал по воздуху тот самый «глаз».

Понятно. Трансляция шоу началась.

В знакомый зал с помпезной люстрой над сервированным столом входила внутренне собранная и внешне совершенно расслабленная. С легкой улыбкой на губах и искорками во взгляде из-под пышных ресниц. На расположение мебели и убранство зала не отвлекалась ни на секунду: вот что значит заранее разведанная обстановка. А вот другими участницами заинтересовалась.

Да и как не заинтересоваться, если мы все такие разные: цвет волос, фасоны платьев, оттенки кожи? Особенно удивили платья. Словно яркий свет от люстры преломили сквозь фарфор и за столом мы рассаживались последовательно, будто…

«Ах вот оно что»!

Ну точно! Вот что интуитивно напомнили мне цвета магических кристаллов на дверях покоев участниц и их общее количество. Это сделано специально? Для удобства зрителей?

Знают ли в этом мире фразу-запоминашку про охотника?

Но мое кроваво-красное платье на выход подбирала Ингрид, как же?..

Сомнения в единственно верном мне человеке на миг иголкой впивается в сердце. Отложи эту мысль на потом, София, и спроси позже у самой Ингрид. Не забивай сейчас этим голову.

Пока же все внимание присутствующих перетянула на себя необычная парочка: он и она. Он – невысокого роста, с улыбкой от уха до уха, пухлый и наигранно напыщенный, с широкими жестами и белоснежным жабо. Она – высокая, излишне затянутая корсетом, со строгим лицом и высокой прической, словно призванной еще сильнее подчеркнуть рост. Соломинка и пузырь. Комичная парочка в одежде слишком ярких расцветок, но без драгоценных камней и прочей роскоши. Хм, цель одежды – бросаться в глаза, но не выставлять богатство напоказ? Эти двое напоминали одновременно и уличных скоморохов и ведущих музыкального гран-при в моем прошлом мире.

Собственно, ведущими шоу они и являлись, судя по тому, что говорили, постоянно обращаясь к парочке летающих «глаз», переговариваясь друг с другом. Я прислушалась к их торопливой, но ловкой и, безусловно, продуманной речи.

– Все участницы собираются в зале, для того, чтобы познакомиться между собой.

– Взглянуть друг другу в глаза, Хельга. Вот он, миг начала отбора!

– Всё верно, Антуан. Ну, и конечно же, все они будут представлены Его Величеству.

– О, да! Хельга! Сегодня и мы и зрители увидим Его Величество! Но вот вопрос!

– Какой, Антуан?

– А разве Его Величество не сам лично отбирал участниц для отбора?

– Конечно. Но одно дело – принимать решение на основе выгоды для государства, ты же понимаешь, да, Антуан? И совсем другое – выбирать лично, основываясь на симпатии.

– Соглашусь с тобой, Хельга. Симпатии решают всё. Ах, какая красота! Посмотри на них, Хельга, ну что за цветник! Каждая – будто бутон! Нежнейшие розы в королевском саду! Красота, грация, происхождение. Но какими будут критерии отбора, ты знаешь?

– Об этом мы поговорим чуть позже, Антуан. И осторожнее, не смотри на девушек слишком пристально. Это тебя не красит, Антуан.

Понятно. Извечный треп двух ведущих, чтобы заполнить паузу и усилить накал страстей, пока зрители в ожидании. Еще раз бросаю взгляд на девушек, которые с помощью услужливых кавалеров, занимают места за столом. Однако мне и самой интересно, по какому критерию нас отобрали. И какую роль придется сыграть мне в этом шоу.

Когда все участницы расселись по местам, а их спутники-офицеры выстроились за спинками стульев в подобие парадного строя, появились новые действующие лица. Из технических помещений, к моему неудовольствию, вышли барон Нейлбрант с сыном. Оба слишком разряженные и надушенные, с жеманными жестами и манерами, сюсюкающие и приветствующие прелестниц, они, несмотря на все попытки держать себя в руках, вызывали у меня стойкую неприязнь. Я лишь кивнула в ответ на дежурный комплимент. Отец и сын сели по левую сторону от главы стола.

А со стороны покоев участниц тем временем вышел Камерарий Его Величества. Вот кого я была искренне рада видеть, несмотря на наш последний разговор и мое, не слишком-то вежливое поведение. Господин Леддокс окинул цепким взглядом обстановку, словно проверяя: всё ли в порядке, кивнул собственным мыслям (а может офицерам?) и сел, предсказуемо, по правую сторону. Место во главе пока пустовало и не оставалось ни капли сомнений, кто именно вот-вот должен его занять.

– Итак, дорогие зрители, мы находимся на этапе самого начала отбора. Знакомство Его Величества с невестами, их же можно так называть, да, Хельга? Знакомство вот-вот состоится, и я немного волнуюсь.

– И я волнуюсь, Антуан. Думаю, невесты – очень подходящее слово. Ведь на каждую из этих девушек Его Величество обратил внимание. Выбрал из тысяч и тысяч других и, безусловно, каждая из них его чем-то зацепила, не так ли?

Я слушала щебетание ведущих, которые тоже уселись за стол и ждала. Предательская мысль о том, что вместе с Его Величеством за столом будет тринадцать человек и дурацкое проклятье-поверье из прошлого мира, не давали мне расслабиться.