Ирина Омельченко – Королева (страница 3)
«Добродетель – терпение», – произносил наставник – однорукий воин, мастер короткой сабли, которого я уговорила тренировать меня под предлогом самозащиты. Он единственный пытался научить непокорную девчонку скорее не смирению, а хитрости. Как мог. В его устах фраза про терпение означала: «Не торопись». Дай противнику поверить, что ты слаба и беспомощна. Пользуйся преимуществом.
«Главная добродетель…», – жеманно произносил фразу учитель танцев. Его нервировали резкие порывистые движения, далекие от необходимой плавности. А еще попытки перехватить инициативу и вести самой, задавая ритм. Он заставлял меня двигаться плавно, выдерживая паузу, где каждое движение – лишь ответ на приглашение партнера.
«Главная добродетель женщины – терпение», – протяжно жевал губами под густой бородой придворный колдун. Впрочем, когда меня передали под его попечительство – радости его не было предела. Еще бы. Ведь проявила себя родовая магия! Исконно женская, лечебная. От бабушки досталась.
В нашем роду издревле считалось, что девицы должны обладать только определенной магической силой: целительством, управлением природными явлениями, контролем над растениями или животными. Ну, разве что уважались еще магические таланты, примененные в творческих профессиях. Да, старомодно. Очень. Причем лечебная магия, конечно же, ценилась выше всех.
И вот у меня теперь новое «развлечение» – вместо вышивки и танцев я каждый день посещаю лечебницу для высших сословий недалеко от дворца. Возлагаю руки на, так сказать, нуждающихся.
Иногда это действительно необходимо: бывают нелепые травмы на охоте или врожденные недуги. Но чаще визиты мои – лишь игра на публику. Добродетельная принцесса с волшебным даром исцеления! Разве что святой в народе не называют еще. Хотя простолюдинов ко мне и близко не подпускают – охрана тщательно оберегает во время поездок.
«Главная добродетель женщины – терпение», – произносит моя мать-Королева и коварно улыбается. Знания о «неудобных болезнях» аристократов по ее мнению – оружие. Грозное оружие в моих руках, которое способно подчинить многих. Ведь на здоровье аристократок сказываются последствия семейных ссор с рукоприкладством и рождение внебрачных детей. А у их мужей свои скелеты в шкафу – дуэли, пьянки, запрещенные вещества и неудачные посещения непроверенных любовниц, а то и вовсе дешевых борделей, где разрешено все.
Матери кажется, что я, словно паук, должна собирать информацию обо всех и каждом. Умело применяя ее в своих интересах, дергая за ниточки. Она и сама делала бы то же самое, будь у нее возможность. Копила бы деньги, связи, компромат, собирая или распространяя дворцовые сплетни, плетя интриги. Как по мне, так это самый отвратительный способ использования лечебной магии!
«Главная добродетель женщины – терпение», – любит повторять мой отец, Король Салтании. Я – Халима, принцесса Салтанская. А, значит, моим будущим мужем станет Король. Любовь и чувства властным мужчинам вообще не свойственны. Только холодный расчет.
«Главная добродетель женщины – терпение», – эта фраза так часто звучала в моем детстве и юности, что шпилькой засела в голове. И я повторяю ее, раз за разом, сама себе. Когда прячусь в одной из палат лечебницы от людей, ищущих меня. Они убили аристократов. Они убили моих коронованных родителей и всех, кого я знала. Прячусь, хотя сердце разрывается от желания выскочить, вступить в бой. Безнадежный. Последний.
Едва дышу. Дрожу. Скрываюсь от тех, кто ввергнул страну в хаос. Мою Салтанию! Которой я должна была управлять в будущем, терпеливо поддерживая супруга во всем.
Эти люди, выкрикивая кичливые лозунги и отвергая традиции, забрали и уничтожили все. Даже название страны. Извратили, растоптали великую Салтанию. Превратили ее в раздробленную внутренними распрями и зависимую от соседних государств Салтанскую республику.
Я – Халима, принцесса Салтанская, теперь – никто. Бродяжка с улицы.
И в этот темный для себя час я должна была бы сказать: «Главная добродетель женщины – терпение», – и добавить: «Для того, чтобы осуществить месть и вернуть себе то, что принадлежит мне по праву!». Должна…
Но вместо этого я поправляю короткий меч на поясе. Убираю непослушную челку со лба и с улыбкой двигаюсь вперед, навстречу приключениям.
К драху терпение! К драху Салтанию! Я наконец-то свободна!
Глава IV,
На постоялый двор на въезде в город добралась уже к вечеру, двигаясь перебежками, то и дело скрываясь в подворотнях. При малейшем звуке сворачивая с широких освещенных улиц в темноту закоулков. Пешая, осталась незаметна для групп вооруженных людей, которые то и дело сновали туда-сюда, прочесывая территорию. Пригодились навыки многочисленных побегов из дворца. Часть пути преодолела ползком по крышам, ящеркой скрываясь от чужих глаз.
Еще раньше я обрезала волосы «под мальчика», справедливо предполагая, что роскошные кудри мне ни к чему. Не брезгуя, натерла их, а также лицо и руки грязью. Слишком нежные ручки могут выдать благородное происхождение – сейчас в опасности не только члены королевской семьи, но и все аристократы. Ну, а миловидное лицо привлекает неприятности в любом случае.
Часть ссадин и синяков лечить не стала – жизни не угрожают, а впечатление создают. Мой дар помог выжить – я спрыгнула с высоты, не совместимой с жизнью и это позволило убежать от преследователей. Если и вспомнит кто о принцессе, то будет искать среди трупов под окнами.
Государственный переворот в королевстве Салтания пришелся на раннее утро – время, когда я привычно находилась в лечебнице. Когда на нас напали – не на меня конкретно, иначе заговорщики бы подготовились серьезнее – не мешкала, воспользовавшись призрачным шансом. Шагнула в окно. Охрана полегла, пытаясь дать мне время. Обычные бандиты, прикрываясь идеями свободы и равенства, пришли грабить и издеваться над самыми слабыми и беззащитными, потому и выбрали целью лечебницу для аристократов.
Повезло мне с даром. О гибели отца и матери, служанок и нянюшки, телохранителей и прочих слуг я всё это время старалась не думать.
Но теперь, когда дверь комнаты надежно закрылась, и я устало опустилась на сколоченную лавку, все воспоминания, переживания, страхи… всё накинулось на меня, сбило с ног, лишило воли и мыслей. Ужасно.
Потерла щеки, размазывая слезы. Шмыгнула носом. Надо собраться с мыслями и подумать: что делать дальше?
Определенно, когда первая волна неразберихи схлынет, меня будут искать. Не те, так другие. Рано или поздно слух о том, что принцесса всё ещё жива-здорова просочиться в народ. Вместе с целительским даром и ореолом святой мученицы, он сыграет со мной злую шутку.
Те, кто сейчас захватил власть, прикрываясь заботой о страждущих и высокопарными речами, захотят завершить начатое. Для них я – угроза номер один. Принцесса, у которой все еще есть право на престол.
Другие же, кому удалось выжить и спрятаться до поры до времени, затаиться среди происходящего, тоже во мне заинтересованы. Для них я – не человек. Для них я – штандарт, идол. От всех этих фанатиков и проблем я бы предпочла держаться подальше.
Зябко поежилась. Стоит покинуть закрытый город, и я смогу свободно передвигаться в нужном направлении. Страсти, как всегда, кипят только во дворце и около. За пределами, в глубинке, люди по-прежнему живут как жили, разве что мародеров и бандитов на дорогах прибавится. Стоит быть осторожнее.
К цивилизации в ближайшее время я возвращаться не планировала. На постоялый двор, закрытый надежными засовами изнутри, сегодня вышла (и очень долго стучалась, прежде чем меня пустили) в последний раз – запастись провизией, водой, ну, и напоследок заночевать под крышей. Прощальный подарок самой себе перед долгим походом.
Без сожаления рассталась с украшениями – крупные серьги утонули в мозолистой ладони хозяина постоялого двора. Приняли за воровку, должно быть – не велика беда. Серьги с драгоценными камнями стоили больше, намного больше! Не те жалкие крохи, что пожертвовал мужчина, ну да ничего. Деньги сейчас нужнее, а припасы и безопасность и вовсе бесценные. Не обманул хозяин. Не выдал. Но дверь комнаты я все же закрыла на ключ, спать собиралась чутко и покинуть постоялый двор, да и сам город до того, как рассветет.
Кулон с черным камнем, который подарил мне отец, оставила. Прицепила на простой шнурок, спрятала в лифе понадежнее. Хоть что-то на память о тех временах, когда я еще была принцессой.
На секунду представляю, что бы со мной произошло, сложись обстоятельства иначе. Будь я и впрямь нежной леди в парчовых нарядах, которую всегда хотели видеть во мне окружающие. Мама, прости. Нянюшка… Отец… Надеюсь, все произошло быстро. Откидываюсь на лавку, прикрываю глаза. Я не бесчувственная. Я лишь привыкла разделять то, что могу изменить и то, что изменить не в состоянии.
Надо бежать еще дальше. Прочь из страны, прочь. Подальше отсюда. Туда, где меня не знают. Где, даже по описанию внешности или по особенностям магического дара никто не поймет кто я. Как низко ты пала, Халима, принцесса Салтанская.
Дар – мое спасение. Всем и всегда нужны лекари. А хорошие лекари тем более нарасхват, не так ли?
Глава V,