Ирина Новис – Осень, когда мы ожили (страница 7)

— Вы издеваетесь?

— Немного, — честно ответил он. — Но исключительно в терапевтических целях.

Она попыталась сохранить строгость, но внутри уже что-то дало сбой и напряжение начало уходить.

— Как только увидите особенно настойчивое платье, скажите ему: «Я приду за тобой в следующий раз, обещаю».

Роуз удивлённо подняла глаза. Уголки её губ дрогнули, и на лице появилось что-то очень похожее на улыбку, хотя сама она, вероятно, предпочла бы это отрицать.

— А ещё, Роуз, ваше желание скупить половину магазина наверняка о чём-то говорит. Когда вы в последний раз чувствовали настоящую радость?

— Отец Дэниел, о чём вы? Я всегда радуюсь. Я абсолютно счастливый человек, поверьте мне, — сказала она, убирая платок в карман и стараясь скрыть лёгкое возмущение.

— Вам виднее, Роуз.

— Знаете, вчера я видела мистера Хиггинса, — почти шёпотом произнесла она, словно надеялась, что Бог не услышит. — Решил жениться в семьдесят два! Вот у кого точно радости навалом.

— И что в этом необычного?

— В его-то возрасте?

— Возможно, он устал быть один и решил найти человека, с которым хотя бы будет о чём спорить за завтраком, — пошутил Дэниел. На этот раз Роуз не выдержала и тихо рассмеялась, почти украдкой прикрывая рот ладонью, словно проверяла, действительно ли ей это позволено.

— Отец Дэниел, вы опять на что-то намекаете?

— Что вы. Священники не намекают. Просто некоторые вещи приятнее делить с кем-то: танцы, споры, походы в ресторан в красивом платье… даже яблочный пирог. Подумайте об этом.

Роуз смутилась, и это выдал лёгкий румянец на её лице.

— Меня вполне устраивает моё положение дел, и я абсолютно счастлива в одиночестве, — твёрдо сказала Роуз, хотя к концу фразы голос слегка дрогнул.

— Просто подумайте об этом, — с улыбкой ответил Дэниел, радуясь румянцу на её лице как доказательству того, что под привычной строгостью всё ещё много живого.

Роуз встала медленно, на её лице всё ещё сохранялась привычная серьёзность, но где-то под ней уже пряталось что-то лёгкое.

У самой двери она остановилась, будто хотела что-то сказать, но передумала.

И всё же, когда она вышла, на её лице была улыбка.

«Пожалуй, меня уже трудно будет чем удивить», — подумал Дэниел и приготовился к следующему вошедшему.

Казалось, очередь к Дэниелу не закончится никогда. Люди заходили один за другим и не спешили выходить. Истории у всех были разные, но за многими из них скрывалось одно и то же: люди почему-то стеснялись собственного счастья.

— Отец Дэниел… — начал мистер Хиггинс. — Боюсь, люди меня осудят.

— Артур, в Гринвуде люди осуждают даже соседские газоны.

Старик тяжело вздохнул.

— Я женюсь.

Дэниел поднял брови.

— Ну слава Богу. А я уже приготовился к чему-то действительно страшному.

— Мне семьдесят два. Это неслыханно! — зажмурив глаза, сказал мистер Хиггинс.

— И что?

— В моём возрасте люди покупают лекарства, а не обручальные кольца.

— Зато у вас есть шанс принимать лекарства не в одиночестве.

Мистер Хиггинс тихо усмехнулся, опуская взгляд.

— Вы чувствуете себя счастливым?

— Конечно! Как будто мне снова тридцать и я заново начинаю жизнь! — возбуждённо ответил мистер Хиггинс.

— Вот и отлично! И потом, любви, к счастью, всё равно, сколько вам лет, а вот вашим коленям — нет, — усмехнулся Дэниел. — Не забудьте про ежедневную зарядку!

Следом в кабинет почти ворвался Гарольд Грин и всем весом рухнул на уже порядком измученный скрипучий стул.

— Отец Дэниел… я уезжаю.

Дэниел спокойно поднял взгляд. Гарольд выглядел заметно взволнованным.

— Надеюсь, хотя бы не прямо сейчас.

— Я серьёзно! — Гарольд снова взъерошил волосы. — Мне нужно всё поменять. Этот город меня душит! Я больше так не могу!

— Гарольд, тебя душит не город. Ты просто устал от собственных «гениальных идей».

— Вот поэтому я и уезжаю! В новом городе всё будет иначе, — пробормотал Гарольд, нервно подёргивая ногой.

— Конечно. Там будут другие улицы, дома, кофейни… и тот же Гарольд Грин с тревожным лицом и неоплаченными счетами.

— Вы не понимаете! — Он всплеснул руками. — Здесь у меня ничего не получилось.

— Гарольд, давай честно: почему тебя постоянно тянет что-то начинать и не заканчивать?

Гарольд открыл рот… и замолчал.

— Вот видишь, — мягко сказал Дэниел. — Ты меняешь идеи чаще, чем мы видимся с тобой.

Гарольд нервно потёр лицо ладонями.

— Мне кажется, если я останусь здесь, то так и проживу всю жизнь… разговаривая о несбыточных мечтах.

На этот раз Дэниел улыбнулся уже теплее.

— Это, кстати, первая умная мысль за весь разговор.

Гарольд тихо усмехнулся.

— Так мне не уезжать?

— Решать тебе. Иногда человеку действительно полезно сменить место. Но, Гарольд… — Дэниел слегка наклонился вперёд. — Новый город не сможет сделать за тебя новую жизнь. Причина твоих неудач не в Гринвуде. Ты словно всё время убегаешь от самого себя. Как думаешь, чего тебе на самом деле не хватает?

Гарольд задумался и снова дёрнул себя за волосы.

— Знаете, ещё какое-то время назад я бы сказал, что хочу успешный бизнес, дружную семью, детей, собаку… — В голосе Гарольда звучали неуверенность и усталость. — Но сейчас я уже не могу так сказать. Я устал.

— А как насчёт того, чтобы начать просто жить вместо бесконечного построения планов на будущее?

Гарольд задумчиво молчал.

Дэниел внимательно посмотрел на него, а затем неожиданно кивнул:

— Хорошо. Тогда у меня есть для тебя задание перед переездом!

Гарольд устало поднял глаза.

— Какое ещё задание?

— Поживи три месяца без всяких идей.

— Что?..