Ирина Медведева – Безобразия в образовании (страница 22)
Вслед за борцами с рождаемостью автор повторяет и стандартную ложь о немалом риске заводить детей после тридцати лет. В одном месте это заявлено открытым текстом, а в другом подается куда более иезуитски. Сообщается, что «в Древнем Риме был период, когда девушки и женщины не имели права употреблять алкогольные напитки. Затем закон стал касаться только молодых в возрасте до 30 лет»66. Ну и, конечно, далее следует вопрос, «на что были направлены эти законы», предусматривающий примерно такую логику ответа: женщинам детородного возраста алкоголь противопоказан, а после тридцати рожать не рекомендуется, поэтому пей – не хочу.
Листаешь такой учебник и думаешь: а может, его основная задача – массовое оглупление школьников? Причем это, в отличие от многих других манипулятивных ходов, не лежит на поверхности. Даже наоборот, «Граждановедение» может показаться неискушенному человеку кладезем премудрости. Тут и масса цитат, и постоянное побуждение школьников к диалогу. Вопросы, правда, задаются какие-то странные и, мягко говоря, не по возрасту. Десятилетних детей просят сказать, улучшает ли самочувствие человека запрет на торговлю без кассовых аппаратов, нарушает ли права человека наказание ремнем, не лучше ли отменить смертную казнь, что могут сделать для предотвращения развода члены семьи, а что – общество. Просят рассказать об известных им, десятилетним, причинах разводов и дать подробный отчет о семейном бюджете. Что может ответить на эти вопросы пятиклашка, который читает (если читает!) преимущественно сказки и смотрит мультфильмы? Какая у него база для осмысленных ответов на столь сложные вопросы? Но автор, похоже, и не заинтересован в формировании такой базы. Ярчайший тому пример находим в учебнике для 5 класса на страницах 77—78. Коротко пересказав детишкам содержание пьесы А. В. Сухово-Кобылина «Свадьба Кречинского» и поручив двум-трем ученикам подготовить коллективный рассказ о пушкинской «Пиковой даме», рассчитанный не более чем на две минуты (!), Соколов задает следующие вопросы:
«<…> 3. Представьте, что человек проиграл в карты большую сумму денег, а долг выплатить нечем. Как бы в этой ситуации поступили: а) Д’Артаньян; б) А. С. Пушкин; в) Кречинский; г) Герман; д) Вы сами.
4. Представьте, что кто-то обыграл человека в карты, а тому нечем заплатить. Как бы с этим человеком поступили: а) Д’Артаньян; б) А. С. Пушкин; в) Кречинский; г) Герман; д) Вы сами.
5. Представьте, что на человека написали оскорбительное анонимное письмо. Как бы в этой ситуации поступили: а) Д’Артаньян; б) А. С. Пушкин; в) Кречинский; г) Вы сами».
Вы думаете, это маразм? – Отнюдь. Сию технологию разработали совсем неглупые люди. Коротко ее суть сводится к тому, что если нарушаются традиционные принципы преподавания «от простого к сложному» и сложное преподносится сразу, но на примитивном уровне, то это сильно тормозит интеллектуальное развитие ребенка. В голове у него возникает каша, серьезных знаний – ноль, но при этом он мнит себя академиком, которому и не нужно углублять свои знания, поскольку он умеет с апломбом рассуждать на любую тему. В итоге получаем, как метко выразился в одной из своих книг психиатр В. Леви, «салонного идиота», очень удобного гражданина. Только какой-то другой страны, не России. Может, Канады? (Ходят слухи, что учебник сделан по канадскому шаблону и на канадские деньги.) Или Америки? (Все декларируемые Я. В. Соколовым постулаты идеально соответствуют американским представлениям о человеке и обществе.)
Но «мы не в Чикаго, моя дорогая». И чем агрессивнее навязываются нам чужие ценности, тем стремительней они отторгаются. Вот почему так быстро устарел учебник Соколова. Это и есть тот единственный полезный урок, который можно извлечь из сего «воспитательно-образовательного курса». Урок для взрослых.
«Я пришел в этот мир, и этот мир показался мне гадок»
Один из новых предметов, прочно вошедший в школьную программу и ставший обязательным для всех школ России, называется довольно неуклюже – «Основы безопасности жизнедеятельности». Наверное, чтобы не ломать язык, его быстро сократили до аббревиатуры ОБЖ.
– Что это за инновация? – спросили мы одного знакомого преподавателя, когда предмет только что появился.
– Да какая инновация! – презрительно скривился он. – Взяли и обозвали по-новому гражданскую оборону. Помните нашу молодость? Носилки, противогазы, «калашников»… У нас был «гроб», у наших детей – ОБЖ. Надо было куда-то отставников пристроить, чтоб не бубнили про нищенские пенсии и развал армии.
Мы успокоились и пребывали бы в этом спокойствии по сию пору, если бы к нам в руки случайно не попал учебник ОБЖ для 11 класса (авторы А. Т. Смирнов, М. П. Фролов, Е. Н. Литвинов)67. Чем этот учебник нас возмутил, мы объясним попозже. Сейчас скажем только, что это был первый толчок к ревизии аналогичных пособий для более младших классов, начиная с первого. И когда мы их полистали, стало понятно, что они не просто отличаются от советского «гроба», а отличаются кардинально. Хотя бы тем, что «гражданская оборона» преподавалась старшеклассникам, а не вчерашним детсадовцам. (Впрочем, в некоторых детсадах тоже теперь есть ОБЖ.) Согласитесь, подростки пятнадцати-семнадцати лет несколько более подготовлены к борьбе с опасностями, нежели малышня, которая еще боится засыпать в темноте и не ходит по улицам без взрослых.
Кроме того, на «гражданской обороне» старшеклассников обучали, как себя вести в конкретной и, что очень важно, маловероятной ситуации: «если завтра война, если завтра в поход». Вряд ли, конечно, скорее всего этого никогда не случится, но мало ли что… На всякий случай надо уметь пользоваться противогазом, собирать и разбирать винтовку, бинтовать раны и бережно укладывать раненого на носилки. Да и то, если кто помнит, у многих ребят это вызывало страх, прикрывавшийся охранительной иронией. Недаром «гроб» частенько прогуливали. Слишком страшны были картины, возникавшие в живом воображении школьников. И это тогда, на фоне практически полной безопасности детства! Ибо «дети застоя» с пеленок знали, что живут в самой сильной стране мира, границы которой охраняет самая непобедимая в мире армия.
В учебниках по ОБЖ опасность не локализована. Она везде и повсюду. Вся жизнь – сплошная опасность. Учебник для первоклашек А. В. Гостюшина на первых же страницах предупреждает: «Опасность сгущается, как тучи на горизонте»68. А второклашкам среди прочего тот же автор сообщает: «Если не помыть руки после общения с животными, можно заразиться паразитическими червями. Они бывают разные: глисты, эхинококки. Но все они вредны для человека, потому что живут у него внутри и, в общем-то, можно сказать, потихоньку его едят»69.
Да… неслабый образ… Черви, которые потихоньку едят семилетнего ребенка… Погладит кошку – и вот уже во власти червей. А если учесть, что в этом возрасте почти все дети много думают о смерти и что особенный ужас вызывает у них мысль о червях, гложущих покойника, «безопасность жизнедеятельности» впечатлительного ребенка оказывается под большим вопросом. Во всяком случае, психическая безопасность вышеозначенной жизнедеятельности.
Не вселяет оптимизм и учебник А. Т. Смирнова, М. П. Фролова, Е. Н. Литвинова. Перечислим всего несколько названий параграфов из учебника для десятилетних учеников 5 класса: «Город как источник опасности», «Ситуации аварийного характера в жилище» (подзаголовки: «Пожары», «Угарный газ», «Утечка газа», «Затопление жилища», «Разрушение здания»), «Химические ожоги», «Отравление ядохимикатами», «Отравление медикаментами», «Чрезвычайные ситуации на транспорте: автобус, троллейбус, трамвай и автомобиль», «Опасные ситуации в метро», «Чрезвычайные ситуации на железной дороге», «Опасные ситуации на водном транспорте»…
Деваться ребенку некуда. Обложили опасностями со всех сторон, как волка.
Тексты вполне соответствуют названиям. Какой бы параграф нам процитировать? На какой странице ни откроешь, расслабиться не дают. Открываем наугад. «23 мая 1994 г. в поселке Привокзальный Свердловской области сгорело 148 домов… 25 февраля 1977 г. в московской многоэтажной гостинице „Россия“ произошел сильный пожар. Погибли 42 человека… Здания могут разрушаться при землетрясениях, из-за постоянных вибраций, взрывов газа, ураганов, наводнений или дефектов конструкции и недобросовестности строителей… (Представьте себе ребенка, который сидит на десятом этаже шестнадцатиэтажного дома и, готовясь к уроку, читает этот пассаж. –
Эту тотально катастрофическую ситуацию, пожалуй, очень точно характеризует восклицание из цыганского репертуара. Раскладывает гадалка карты. Раз, другой, третий… И, наконец, опереточно-скорбным тоном изрекает: «Ой, беда, касатик! Как ни кинь – смерть».