Ирина Медведева – Безобразия в образовании (страница 24)
А чего стоит совет «для эмоциональной подготовки к зачатию выявить в себе все страхи перед будущей беременностью и появлением ребенка в семье»!74 И не просто выявить. «Эти страхи необходимо сформулировать, – внушают авторы учебника детям, – и обязательно записать отдельно каждому супругу, а затем поделиться друг с другом и попробовать преодолеть их совместно»75.
А если преодолеть не удастся? Если, напротив, страхи приумножатся и усилятся от такого педантичного муссирования и взаимной индукции?
В общем, держись подальше от греха, и будет тебе безопасность. Только не подумайте, что авторы – мракобесы и призывают к воздержанию тех, кто еще не готов стать родителем. Это прямо даже обидно слышать! Кто же будет посягать на секс – основу подростковой жизнедеятельности?! В данном случае «основа безопасной жизнедеятельности», как вы уже, наверное, догадались, это контрацепция. И на рассказ о мерах предохранения места в учебнике не пожалели. Здесь и все виды гормональных контрацептивов: пилюли, капсулы и инъекции; монофазные, двухфазные и трехфазные; однодневного и длительного действия. Широкий ассортимент механических, или, как они красиво называются в учебнике, «барьерных» средств. Есть даже сведения о желе и пастах. А один параграф назван в стиле Министерства по чрезвычайным ситуациям: «Аварийная контрацепция».
Итак, приоритеты очевидны. Беременность и роды – страшная опасность, чуть ли не чума XXI века. А вот лошадиные дозы гормонов, превращающие девочку в развалину, это пожалуйста, это якобы безопасно.
Так и слышишь голос оппонента со знакомым истерическим надрывом:
– Хорошо вы устроились! Всё критикуете, всё ругаете, а где конструктив? Государство о детях не заботится, и в этих условиях мы просто обязаны дать им какое-то оружие, какое-то противоядие.
Характерно, что очень часто разговоры о преступном государстве, которое не защищает детей от насилия, исходят от государственных чиновников, в том числе и «особо крупных размеров». Слушаешь их и думаешь: что это? Какое-то сверхъестественное бесстыдство или шизофрения, одним из признаков которой является раздвоение личности? (Впрочем, бесстыдство тоже один из признаков шизофрении.) И в ответ на эти скорбные завывания хочется, цитируя «Макбета», спросить: «Кто это сделал, лорды?». А потом самим же ответить цитатой из другой великой книги, устами Порфирия Петровича, сказавшего Раскольникову: «Так вы же и убили, Родион Романович».
Но, скорее всего, дело не в психопатологии, а в инструкции. Кто ее дает: вышестоящее начальство или заморские спонсоры, – не так уж и важно. Главное, что достигается цель – постепенно убедить людей в незыблемости нового порядка вещей, в том, что у государства теперь только одна бесспорная обязанность – собирать налоги. А обязанность защищать граждан возложена на них самих. И множество порядочных, неангажированных людей поддаются этому примитивному гипнозу, невольно поддерживая государственных преступников.
А потому ответ на вопрос: «Что делать?» – мы хотим начать с напоминания об основной роли государства, которая как раз и заключается в защите народа от внешней агрессии и внутреннего произвола. А основная задача взрослых людей состоит в том, чтобы добиться изменения преступной политики государства, не расписываться в собственном бессилии, перекладывая ответственность на детей, а найти способы заставить чиновников действовать в интересах общества или сместить их.
Одновременно надо всеми силами ограждать детей как от реальных опасностей, так и от травмирующих впечатлений.
Великий кукольник С. Образцов, хорошо знавший на практике детскую психологию, считал, что детям до пяти лет нельзя даже «Красную Шапочку» в театре показывать, так как образ волка, пожирающего (хоть и временно) бабушку, может спровоцировать запредельные страхи. Разве дети со времен Образцова стали психически устойчивее? – Отнюдь! Значит, их нужно оберегать еще больше, и ни в младших, ни в средних классах никакого урока ОБЖ быть не должно. В данном случае «конструктив» – это
Посильные же навыки защиты надо давать как бы между делом, очень дозированно и по мере реального приближения опасности. Идет класс в поход – расскажите про лесные пожары и про то, как не потеряться. Но, рассказав, все равно смотрите за ребятами в оба. Помните, они могут тысячу раз услышать про опасность и все равно нашкодить. Тут дело вовсе не в знании-незнании, здесь работают совсем иные механизмы: тяга к риску, желание противоречить взрослому, жажда самоутверждения, наконец.
Что же касается старших классов, то, не загружая учеников излишним теоретизированием, можно выделить час в неделю на практические занятия борьбой, стрельбой – тем, что принято называть военно-физической подготовкой. Полезно и научить оказывать первую помощь пострадавшим. Можно сказать, вернуть в школы «гражданскую оборону», сделав упор именно на практические навыки. Кое-что из упомянутого в учебниках есть, но явно в недостаточном объеме по сравнению со «страшилками». Упор на навыки нужно сделать потому, что в состоянии шока, в которое человек часто впадает в минуту опасности, теоретические знания (тем более такие поверхностные, какие даются в проанализированных учебниках) мигом вылетают из головы. Выручает только автоматизм. А он вырабатывается в результате многократного повторения того или иного действия.
Ну, а если уж очень хочется потеоретизировать, то лучше бы рассказать не о защите от беременности, а о том, что такое демографическая война, как ее ведет «планирование семьи» и какое информационное оружие направлено на молодежь в виде рекламы, непристойных журналов, отупляющей музыки и пропаганды якобы безопасного секса. Правда, вряд ли такой учебник обретет гриф Министерства образования. Ведь за это, чего доброго, и нагоняй получишь от западных спонсоров. Разве можно допустить, чтобы, в то время как весь мир под мудрым руководством Соединенных Штатов стремится к обеспечению глобальной безопасности, мальчики в России осваивали автомат Калашникова?!
Педагогика от лукавого76
Говорят, в последние времена от людей отойдет премудрость. Они будут верить во всякие глупости и небылицы, не замечать очевидного, не понимать прописных истин. Но произойдет это, конечно, не в одночасье. Почва должна быть подготовлена, размягчена. В данном случае, очевидно, размягчиться должен мозг. И по некоторым признакам видно, что «процесс пошел». Сколько чуши в последние годы нам преподносят в качестве незыблемой истины! Сколько дров наломано под влиянием этой чуши!
Взять хотя бы тему отцов и детей. Только родители опомнились и стали меньше доверять детским телепередачам, подростковым журналам, школьным инновациям, как – хлоп! – взялись и за них, за родителей. «Воспитание ребенка надо начинать с воспитания родителей», «родители абсолютно беспомощны, педагогически безграмотны», «матери не умеют любить своих детей, мы должны их этому научить»… Школа для родителей, курсы для будущих пап и мам, родительские университеты… А в некоторых наиболее «продвинутых» умах уже вызрела идея экзамена, лишь по успешной сдаче которого человек имеет право носить звание родителя.
И опять все покорно кивают головами, как сомнамбулы на сеансе гипнотизера. Дескать, конечно, правы специалисты: какие из нас родители? Ничего-то мы не знаем, не умеем. Как заметил однажды поэт Наум Коржавин (правда, об Америке), «здесь царит какое-то помешательство на специализме».
Что же советуют родителям современные специалисты? Какие, выражаясь языком Кашпировского, «дают установки»?
«Ребенок попал в беду… Что делать? Куда обратиться за помощью?» – таков тревожно-притягательный заголовок брошюры, выпущенной Объединением педагогических изданий «Первое сентября» в 2000 году. Там же, на обложке, точно указан и адресат: «Справочник для родителей и учителей». Брошюра хоть и небольшая, но очень ценная: это квинтэссенция «новой педагогики», «нового воспитания», более того – «нового мышления». Ну да, сейчас ведь модно говорить о «новом мышлении» и «новых ценностях», которыми должно пропитаться человечество, желающее перейти в новый век. Даже целое философское направление уже появилось. Прямо так и называется – «нью эйдж», «новый век».
Просмотрев брошюру «Ребенок попал в беду…», легко себе представить, на что психологи, проникнувшиеся «новым мышлением», ориентируют нынче родителей и вообще всех тех, кто занимается воспитанием детей. С плодами подобного просвещения мы, увы, не раз сталкивались в нашей психокоррекционной работе с детьми, которую ведем на протяжении десяти с лишним лет.