Ирина Мартова – Я иду искать… (страница 6)

Месяца через полтора хоккеист честно сказал:

– Нам, Зина, надо расстаться.

– Почему? – обомлела Зинаида.

– Задыхаюсь я от твоей заботы, понимаешь? Душишь ты меня, Зина, – парень глаза не отводил и не юлил.

– Как это? – едва не упала от неожиданности Зинаида.

– А вот так. Ты ж так опекаешь, что выть хочется! Ты ж меня спеленала своим вниманием по рукам и ногам! Дай мне дышать свободно!

Расстроенная Зина приехала к Марусе и, рыдая, бросилась на диван.

– Я так старалась, а он…

– Он тебя ударил? – Маруся, ничего не понимая, подала подруге стакан воды.

– Нет, – захлебывалась слезами Зина.

– Оскорбил?

– Нет!

– А что случилось?

– Он меня бросил. Бросил!

Чуть успокоившись, она посмотрела на подругу зареванными глазами, шмыгнула покрасневшим носом.

– Муська, почему я такая несчастливая? Мало того, что толстая, так еще и несчастливая, – утопая в горе, простонала подруга.

– Дурочка ты, – Маруся обняла Зину за плечи. – Разве ты толстая? Глупышка. Ты аппетитная. Вкусная! Мужики таких обожают. Зачем им, скажи на милость, худышки и дистрофички? А ты красавица, рубенсовская женщина, обладательница пышных форм. А посмотри на свое лицо: кожа нежнейшая, губы удивительные. Просто мужчины устроены по-другому, у них мозги не так, как у нас, работают. Ты слишком активно начинаешь проявлять заботу, а они теряются и впадают в панику, боясь потерять свободу. Для них пресловутая свобода – самое важное, – Маруся погладила подругу по голове, словно ребенка. – Зинуль, нужно ослабить хватку. Пусти все на самотек, и твой суженый непременно найдется. Вот увидишь! Сделай шаг назад, не дави. Отыщется твой избранник.

– Ты с ума сошла? Где отыщется? Я работаю в детской библиотеке, там мужиков днем с огнем не сыщешь, – горестно всхлипнула Зина. – Вот как мне жить?

– Прекрасно жить. Да ты и сама все это знаешь и понимаешь, у тебя просто сегодня такое настроение. А завтра накупишь пирожных и забудешь о своих бедах, да?

– Ты правда думаешь, что я такая обжора, что за едой все могу позабыть? – Зинаида отодвинулась от подруги.

– Нет, не думаю, но подозреваю, – захохотала Маруся.

Добрая, кроткая и мягкосердечная Зинаида, помолчав, глубоко вздохнула, вытерла слезы и, не сдержавшись, начала хохотать вместе с ней, позабыв о своих обидах и горестях.

С Риммой все обстояло иначе. Худая, длинноногая, белокурая девушка всегда влекла мужчин, но только до той поры, пока они не знакомились с ней поближе. Бескомпромиссная, самостоятельная и решительная, она не терпела насилия, произвола и беспорядка. Готовить Римма умела прекрасно, но не любила, предпочитая не забивать холодильник продуктами, чтобы не соблазняться и не поддаваться искушению их съесть. Сила воли у нее развилась отменная, и мужчины просто не выдерживали ее муштры. Сначала они летели к ней, как пчелы на мед, но столкнувшись с ее непреклонностью, упертостью и категоричностью, ошарашенно замирали и быстренько ретировались.

Только однажды один из них, как говорила Римма, «влюбленный до безобразия», потерял страх и сделал красавице предложение. Они поладили на удивление быстро, съехались, решив перед свадьбой пожить вместе, и даже провели на одной территории целую неделю!

Однако, на этом все хорошее закончилось: к концу недели молодой человек, похудев от стресса сразу на два килограмма, словно прозрел. Одумавшись, он даже не дождался утра. Ночью подхватил чемодан, на цыпочках выскочил в коридор и, не вызывая лифта, пустился наутек, перескакивая сразу через две ступеньки. Он так торопился сбежать, что позабыл половину своих вещей у Риммы.

Девушка недолго горевала.

– Бог отвел, – заявила она обомлевшим подругам. – Мы еще не поженились, а он уже по всей квартире свои носки разбрасывает, требует горячих завтраков и выглаженных рубашек.

– Ну, это нормально, – пожимала плечами Зинаида. – В чем подвох?

– Ничего нормального тут нет, – злилась Римма. – Я работаю не меньше него, и тоже устаю, но не прошу подавать мне кофе в постель!

– А могла бы и попросить, – хмыкнула Маруся. – Не зря же говорят, что в браке надо уступать друг другу.

– Вот я и посмотрю на тебя, как ты уступать будешь, – кипела от негодования Римма, так и не дождавшись сочувствия.

Маруся, в отличие от подруг, не торопилась замуж, не грезила о браке и не расставляла сети. Известная перфекционистка, она долго присматривалась, оценивала и только потом делала вывод.

Молодых людей, любящих рыжих женщин, оказалось немного, но если кто-то и влюблялся в Марусю, то уже оторваться от разумной, смешливой и очень адекватной девушки ему было очень сложно.

Выросшую без матери Марусю, никто не учил терпению, трепетности и ласке, но отчего-то она сама понимала, что мужчины – это вечные дети. Ощущала, что их непременно нужно хвалить, вкусно кормить и изредка поклоняться. Поклоняться, причем, не как идолу или божеству, а как защитнику, кормильцу и опоре.

Когда Маруся попыталась рассказать об этом подругам, Римма чуть не поперхнулась чаем.

– Кто тебя учит таким глупостям? Что за бред, – фыркнула она.

– А мне нравится твоя позиция, – мечтательно закатила глаза Зиночка. – Я бы хотела, чтобы возле меня оказался кормилец, защитник и опора.

– Опора и защитник – я еще понимаю, но кормилец… Извини, но я сама кого хочешь прокормлю.

– В твоих силах никто и не сомневается, – тряхнула головой Маруся. – Но изначально природа уже распределила роли между мужчиной и женщиной. Исторически так сложилось, что женщина – родоначальница, мать, исток. А мужчина – добытчик, охотник, кормилец. Понимаешь? Ты ничего изменить не можешь, это у нас в крови. И чем больше будешь сопротивляться этой закономерности, тем чаще будешь терять своих мужчин. Просто потому, что они тоже знают эти негласные законы природы.

– Я для себя свои законы напишу. Новые, – упорствовала Римма. – Для меня сейчас одно правило действует: лучше одной, чем с кем попало.

– А я бы хотела замуж, – грустно поджимала губы Зиночка. – Не за кого попало, конечно. Но если бы приличный попался, я бы пошла.

Такие разговоры случались часто, но заканчивались всегда одним и тем же. Они спорили, злились друг на друга, тут же мирились и сходились только в одном: что лучше их женской дружбы нет ничего на всем белом свете!

Маруся, несмотря на свой тридцатилетний возраст, как и ее подруги, замужем не была, но однажды попала в любовные сети так основательно, что едва вырвалась из объятий цепкого и хваткого мужчины.

Девушка встретила Игоря в пору своего двадцатитрехлетия. Она заканчивала медицинский, и уже работала ординатором в известной городской клинической больнице. Ей, молодой, активной и любознательной, так все нравилось, что она мечтала остаться здесь и после окончания ординатуры. Маруся тогда еще не знала, что мечты, конечно, должны сбываться, но не всегда они приводят к долгожданному результату.

Заведующий отделением Олег Яковлевич, взрослый семейный мужчина, имеющий двоих взрослых детей, вдруг стал по любому поводу цепляться к рыжеволосой девушке. Она ему явно не нравилась! Так бывает. Просто антипатия, без всяких видимых причин.

Он прилюдно делал ей замечания, наедине отчитывал, не позволял никакой самостоятельности, пресекал любую инициативу.

Поначалу Маруся даже растерялась. Она всегда хорошо училась, считалась перспективной, была дотошной к мелочам, внимательной и заботливой с пациентами. Явная неприязнь заведующего ее пугала и обижала. Подругам она не раз жаловалась на несправедливость начальника, но отцу ничего не рассказывала. Во-первых, не хотела, чтобы отец, известный в медицине человек, оказался вовлечен в скандальные разборки. А во-вторых, не считала правильным пользоваться именем отца: ей хотелось самой разобраться, понять, чем она не устраивает заведующего отделением.

Первые три месяца пролетели довольно быстро. Маруся освоилась в больнице, научилась не робеть, не краснеть, не теряться. Поняла, что терпение – важная черта для врача, потому что опыт приходит с годами, а вот стремление учиться – это каждодневная обязанность.

Девушка подружилась с коллегами, но с заведующим отношения по-прежнему не складывались. Мужчина грозно хмурился, сверлил ее недовольным взглядом, придирчиво проверял результаты работы, раздраженно поджимал губы и отводил взгляд при встречах.

Маруся, теряясь в догадках, терпела из последних сил. Подруги, жалея ее, возмущались, перебирали всевозможные причины такой неприязни, искали способы воздействия.

Римма, известный борец за справедливость, выслушав ее очередные страдания, однажды ахнула:

– Маняша, я все поняла! Он просто влюбился в тебя!

– Мусенька, и как это я сразу не догадалась? Точно! Молодец, Римка, – Зинка, заинтересованно хмыкнув, отложила пирожное и подозрительно прищурилась. – Он точно в тебя влюбился и так выражает свою симпатию.

– Вы с ума спятили, что ли? – Маруся возмущенно хлопнула себя по лбу. – Чем вы думаете? Большей глупости я давно не слышала!

– А что? Вполне себе вариант!

– Да какой вариант, Римма? Что это за любовь такая, когда каждый день идешь как на амбразуру?

– Это ты идешь, как на амбразуру, а он-то спокойно и глубоко дышит. Я тебе точно говорю – он в тебя влюбился. Ты к нему приглядись.

– Не мели чепуху, – Маруся раздраженно отмахнулась.

Она стала еще тщательнее выполнять свою работу, надеясь, что сердце грозного начальника смягчится. Однако, не тут-то было!