Ирина Маликова – Ришка и Перунов цвет (страница 8)

– Мне, девка, до лиха твоего дела нету, не стану себе голову этим забивать. – Она, в сторону глядя, кивнула – мол, и не надеялась. Где-то в груди жалость кольнула – ишь, как её провели, на неведенье сыграли! Не должно так…. Помявшись, я сел подле неё и сказал: – Не помощник я тебе, коли б и хотел. Силу мою колдунья сильная отняла, и единственный способ вернуть её – волшебный предмет ей принести. Тот, что у тебя за пазухой спрятан.

– Ну не могу я его отдать тебе, ты что, не слушал? – воскликнула девица, и таким взглядом пронзительным на меня посмотрела, что мне ещё жальче её стало. – Я ведь рассказала тебе, к Перуну мне нужно, иначе миру моему худо будет!..

– Ох, Ришка, ох, девица… Многое ты пережила на своём пути сюда, многое огорчило тебя, и боюсь, что сейчас огорчу тебя ещё сильней. Брехня это всё, про твой и этот миры. Никто тут с богами не видится, не попала б ты к Перуну. Какова бы ни была причина, по которой тебя нечисть мелкая сюда послала, к богам это никак не относится.

Зелёные глаза круглыми стали, неверием вмиг наполнились.

– Ты сейчас что угодно скажешь, лишь бы цветок у меня забрать. Не мог Хозяин Дедушка обмануть меня!

– Ой ли? Знаешь ли ты, что нечистые они все, домовые ваши? Это Навьи дети, изгнанные с земель родных. Живут они в людских домах, да, но не всё с ними так просто…

– Но ведь помог он мне с баб Фёклой! И моя бабушка его почитала…

– Твоя бабка этих мест, верно и причина с домовым ладить у ней была. Не знавал её лично, но как надела ты наряд свой, как рассказ твой услышал, всё вмиг прояснилось. Не у Перуна тебе ответ искать надобно, а в общине её. Твой приход сюда, поди, с этим связан.

Как только сказал я это, земля содрогнулась, всё озарил белый свет, потом поляну словно туманом заволокло. Не задумываясь, кинулся я к девке да телом своим прикрыл её – кто знает, что за напасть!

И тут марево рассеялось, как не бывало его, и встали пред нами огненный волк со всадником на спине и Баба Яга в ступе. Стояли бок о бок, как давние соратники…

И тут из-за спины раздался тихий голос:

– Баб… Фёкла?

Неужто старая карга, которая силу мою вчера вечером Кощеевой шкатулкой высосала, и есть бабка из её рассказа? Старуха рассмеялась и, прислонив метлу к ступе, провела ладонями по лицу, словно умываясь, а как закончила, увидел я то, чего даже в мыслях допустить не мог.

– Матушка?

Не виделись мы с тех пор, как оставила она меня, шестилетнего, подкидышем на пороге хижины колдуна старого, но лицо её такое же, ухмыляющееся, навсегда врезалось в мою память.

– Что всё это значит?

Ришка хотела было выбраться, но не дал я ей – ни к чему сейчас геройствовать. Видно, нас обоих во что-то втянули. Теперь бы понять, во что именно.

Огненный волк зарычал, а всадник его спешился, и теперь-то я смог разглядеть его костюм. Мужской, а угадывается что-то общее с одеянием девицы. Значит, соплеменник её бабки пожаловал.

– Отойди, колдун, не мешай мне дочь нашей общины забрать.

Всадник был широк в плечах, но, с виду, пониже меня и немного моложе. Шапка светлых, как у Ришки, волос подрагивала на лёгком ветру, молодое лицо обрамляла тонкая волосяная поросль.

Я криво ухмыльнулся, и не думая подчиняться.

– Не то что, залесник? Думай, кому дерзишь. Ишь, какова борода – волосок к волоску, не привыкшая, видно, растрёпываться в бою. Смотри, как бы не привязали к хвосту горной птицы! Ей скорости не занимать, даже твой щенок не догонит!

– Не в том ты положении, колдун, чтоб перед девицей кичиться. – Залесник, как бы невзначай, положил ладонь на обух торчащего из-за пояса топора. – Отойди. Не то подсобить придётся.

Колдунья рассмеялась.

– Да ты, Ришка, зря времени не теряла, вон как сынка моего охомутала. Был послан вещицу волшебную отобрать, а сам защищать кинулся!

– Да что тут творится-то? – Я позволил себе назад посмотреть: девица во все глаза уставилась на ведьму, сама дрожала всем телом. Вот уж кому сейчас труднее всех… – Ты же напала на меня, а Хозяин Дедушка меня спас от тебя…

Мерзкий хохот эхом прокатился по поляне.

– А пошла бы ты с огненным волком по доброй воле? Придумали мы всё, обманом заманили тебя. Бабка твоя много лет назад сбежала в мир ваш, там замуж выскочила за деревенского простака, и осела. Долго её тут искали-разыскивали, а как поняли, куда подалась беглянка – меня помочь попросили. Платой мне был Перунов Цвет, но сорвать его в том мире лишь дитя от её крови могло, и только после её смерти, вот и осталась я там. Только в мире, волшебства лишенном, красота моя увядать стала, старела я быстро. А как только приехала ты, так и решили мы с Домовым, что разыграем тебя. Ты придёшь в этом мир да долг своей бабки выплатишь, а я свою плату получу.

Видать, от бессилия, прислонилась девица лбом к спине моей, коснулась ладонью бока, и, посидев так немного, поднялась и к широкоплечему юноше отошла.

– Верни меня домой, всадник.

– Не пристало бабе мужику указывать, – рыкнул он низким голосом, но девица даже бровью не повела. Лишь сощурилась да подбородок задрала.

– Своей бабой командовать будешь. Мной – не получится. Коль провожатым ты сделался, вези меня к тому, кто решения принимает. – И подойдя к огненному волку, обернулась и припечатала соплеменника тяжёлым взглядом. – Только на сей раз постарайтесь не уронить.

Ришка проигнорировала руку провожатого и сама забралась на волка. Юнец, поджав губы, уселся позади неё.

– Ты ничего не забыла, соседушка? У тебя моя вещица. Верни-ка её.

Девица с презрением посмотрела на ведьму и прыснула.

– А коль не отдам, что сделаешь? Лживые гады, заманили меня сюда – пеняйте теперь на себя! Цветок можно лишь по доброй воле передать, а у меня таковой насчёт тебя и близко нет! Чего ждёшь, всадник?

– Эй, ты, не вздумай лететь! – завизжала ведьма и на них кинулась, но остановилась, когда волк к ней пасть рычащую повернул.

– Не влезай, Ягиня, есть у нас на тебя управа, не забывай!

– Так дела не делаются! А как же плата моя?

– Плата? Ты не справилась, не вернула Варвару, а лишь внучку её. Стало быть, не заслужила ты плату.

Юноша что-то шепнул волку, и тот, присев, резко подпрыгнул вверх. Но прежде, чем улететь, Ришка посмотрела на меня и подмигнула.

Пока ведьма сыпала проклятиями на меня, на улетевшую девицу, и на всю Широкую Землю, я вдруг понял, что у правого бока разливается странное тепло.

Не подавая вида, потянулся я туда и нащупал…мешочек с волшебным цветком! Ришка мне его за пояс заткнула…. Не верю! Быть того не может!

Посмотрев сначала на него, потом в небо, стал я раздумывать, что мне делать теперь, и делать ли вообще …

Глава 7

Головокружительная высота, обжигающий ветер в лицо – всё это я уже испытывала, вот только лететь в этот раз было, не в пример, удобнее. Сильная спина зверя волшебного служила надёжной опорой, а сидящий позади мужчина держал крепко, не давая упасть, когда волк делал взмахи своими могучими крыльями.

Правильно ли я поступила, отдав цветок тому колдуну? Ведь он передаст его баб Фёкле… то есть Ягине. Ягиня!

Меня передёрнуло. Ишь, как они с Домовым провели меня! А я, дура, и уши развесила…. Мир спасти собиралась, к Перуну на поклон шла…тьфу!

Правы были родители, что в город уехали, и мне после кончины бабушки и дедушки нечего было в деревню возвращаться! Не приключилось бы тогда всего этого! И Маруська жива бы осталась…. Хотелось мне, видите ли, на природе осесть, в тиши и спокойствии.

Да только маловато сейчас и того, и другого!

Нет! Правильно поступила, что от цветка того проклятого избавилась, из-за него всё! Не хочу его снова видеть, он – свидетельство моей глупости. А колдун этот, глядишь – извлечёт с него пользу, силу свою, или что там, воротить сумеет. Не повезло ему такую ведьму в матерях иметь, надо же, даже сына родного одурачила и силы лишила, что там обо мне говорить!..

– Неужто продрогла, девица?

Я сделала вид, что не услышала. Голос сидящего за спиной мужчины словно пробрался под кожу, что вызвало не самые приятные ощущения. Не хочу говорить с ним! Уж больно высокомерным мне показался этот незнакомец! Знать меня не знает, а командовать сразу вздумал. Сейчас же! Я не против отдать бразды правления мужику, но чтоб заслуженно, а не потому, что так принято.

Его вопрос отвлёк меня от размышлений, и как раз вовремя: огненный волк начал снижаться. Кроны деревьев становились всё ближе, однако же не окунулись мы в тёмно-зелёное лиственное море, оставили его позади, уступив место реке, на берегу которой было разбито поселение. С высоты было хорошо видно, что дома с пиковыми крышами стояли на небольшом расстоянии друг от друга в кольце высокого деревянного забора, от массивных ворот змеёй тянулась выкатанная дорога прямиком к широкому полю немного поодаль.

Площадь, окружённая домами, всё приближалась, и на площади той собралось много-много людей со вскинутыми наверх головами. Словно каменные изваяния, они наблюдали за нашим полётом, и зашевелились лишь когда волк тяжело приземлился.

Здесь, в окружении этих людей, среди построек, подобные которым в моём мире ещё поискать надо, я, наконец, осознала, что видно всё, тут моё приключение и закончится.На моих глазах, за спинами собравшихся зевак, захлопнулись добротные деревянные ворота – единственный доступный путь к отступлению. Сверху это поселение выглядело неприступным, и оказавшись внутри, я лишь убедилась в этом: окружавший его забор был сделан из абсолютно гладких, плотно сбитых меж собой стволов, высотой не менее трёх этажей…