Ирина Котова – Месяц магии, капели и любви. 20 рассказов выпускников курса Ирины Котовой «Ромфант для начинающих» (страница 28)

– Что ты делаешь? – недоумевала подруга от моих действий, держа на руках рыженький комок счастья, пока я искала наилучшую позицию у распахнутых настежь ставень.

– Ты ж сама говорила, что наш дорогой принц любитель «кошечек» и «кисок». Счастливый монарх – счастливая страна! Ну вот, я сейчас ему обеспечу нескончаемый поток любимых кисок, – сказала я и с размаху кинула флаконы с кошачьей мятой в фонарный столб, аккурат над головой принца.

Цилиндр спас Уильяма от осколков стекла, но не от ароматной жидкости, что расплылась большими пятнами на плечах, спине и, конечно же, головном уборе принца. Выругавшись, он вскочил на ноги, сорвал цилиндр с головы, из-за чего осколки флакона новой волной посыпали на тротуар, и принялся активно озираться, ища виновника своего казуса. Эльна что-то обеспокоенно заверещала и попыталась протереть лицо принца платочком, но безуспешно. Как хорошо, что перед нашим окном росло дерево, чьи ветви ранее усложняли мне бросок, а сейчас заботливо спасали от взора разгневанного принца.

Когда Ария увидела, куда летят пахучие снаряды, то быстро сообразила, что к чему, и мигом потушила все лампы в нашей комнате. Благодаря этому мы с ней сейчас сидели в спасительной темноте, на полу под окном, и еле сдерживали рвущийся смех. Для надёжности гномка прижалась лицом к пухленькому бочку рыженькой кошечки, через который наружу просачивались глухие смешки. Такое положение явно не нравилось кошке, что возмущённо дрыгала лапками и всячески изворачивалась, как адепт на гуманитарном экзамене. У меня такой «подушки-заглушки» не было, поэтому обходилась собственной ладонью. Но и то и другое мало чем нам помогало, а всё из-за принца! Он вроде бы принадлежит к высшему сословию, аристократ, а имеет матерный словарный запас богаче, чем у любого сапожника. Я и Ария услышали столько красочных, замудрённых и незнакомых ругательств, что в пору было записывать, чтоб, так сказать, обогатить собственный запас. А когда ругательства принца закончились и моего слуха достигли первые «р-мяу», я осторожно выглянула из окна.

О, это было прекрасное зрелище. Уже знакомая серая кошка и ещё трое представителей кошачьего семейства облепили его высочество, как волка чертополох. Пару раз укусив гномку за руки, к шерстяному отряду моей мести присоединилась и рыженькая кошечка. Со временем чёрных, серых, белых, рыжих и даже трёхцветных пятен на пальто принца появилось столько, что предмет верхнего гардероба всё более походил на шубу. А когда попытки Уильяма и Эльны по снятию опьянённых мятой кошек стали приобретать более агрессивный окрас, кошки в ответ сильнее вцепились когтями и принялись интенсивнее вылизывать принца, оставляя на открытых участках кожи царапины от шершавых язычков.

– Ари, а тебе не кажется, что я поступила с принцем слишком мягко? Если сравнивать с тем, как я пострадала от его действий, – обернулась я к подруге, что вместе со мной наблюдала за всей этой кошачьей вакханалией.

– Я бы так не сказала, – подумав, ответила мне гномка, потирая пальцами свой подбородок. – Всё же кошки ещё долго его будут преследовать – ты столько на него вылила, наверняка кожа впитала какое-то количество. Да и вспомни, как эти же кошаки вечно всё помечали возле нашей комнаты – запах был такой, у-уу. Как я тогда от тебя не сбежала, только высшие силы ведают! И кошки – народ злопамятный, посмотри, как с ними обращается наш принц, совсем не как джентльмен, думаю, репрессий со стороны кошачьего народа ему не миновать, – подытожила соседка и пошла заново зажигать лампы в нашей комнате – Уильям и Эльна были слишком заняты, чтобы обращать внимание на окна общежития.

Так мы вернулись к прежним делам: Ария готовилась к зачёту по зельеварению, а я собирала походный рюкзак. Единственным отличием было то, что делали мы всё это не под мирное мяуканье и звон стекла в оконной раме, а под возмущённые вопли оравы котов и нескончаемый поток королевских ругательств.

Оставался всего один с хвостиком день до годовщины проклятья, когда я и Альтер, наконец, отправились в путь.

5 глава

Заповедный лес находился недалеко от столицы, и к пропускному пункту мы добрались к обеденному времени.

– В каком смысле, вы нас не впустите?! У нас же есть разрешение, – ткнула я на бумажку в руке тёмного эльфа.

Вход в лес представлял собой огромные, высотой в несколько метров, кованые ворота с позолоченными вензелями. Забора не было, да и не нужен он, с его ролью прекрасно справлялся магический барьер, невидимый невооружённому глазу. Сами ворота были зачарованы таким образом, чтоб открывать и закрывать их могли даже простые люди, не обладающие магией, как вот эти двое. Один сторож сидел в маленькой сторожке, в которой находился артефакт управления, а второй мужчина, явно старше первого по возрасту и рангу, сейчас, кутаясь в старую шинель, стоял перед нами и отказывался пропускать.

– В том, юная леди, – с явной издёвкой произнёс сторож, оглядев мои кожаные брюки. Я не удержалась и закатила глаза. Вот чего всем не дают покоя мои штаны? Это же традиционная вампирская одежда! – что я и мои коллеги устали получать от начальства выговоры за каждого идиота, потерявшегося в лесу. Мы, что ли, виноваты, что люди суются туда, куда им не следует? Нет. Но прилетает почему-то нам за каждого найденного или восставшего жмурика, и ещё двоих нам не надо! Так что идите, откуда пришли, и живите счастливо!

– Если я не получу то, что можно найти только в этом лесу, уж поверьте, счастья в своей жизни мне не видать! Пропустите! – не сдавала позиции я.

– Юная леди, судя по этой бумаге, – заново завёл свою шарманку мужчина, беря из рук эльфа заверенный в нескольких инстанция документ, и принялся читать вслух, – вы учитесь на втором курсе Королевской академии магии, факультет некромантии, – оторвал он глаза от бумаги и посмотрел на Альтера, – и боевого факультета соответственно, – перевёл он взгляд на меня, затем уставился куда-то перед собой и продолжил: – Вот скажите мне, – со свистом вздохнул сторож среднего возраста, выпрямляя спину и складывая руки перед собой, как командующий перед ротой провинившихся рядовых, – почему я должен впускать таких желторотиков в лес, из которого не всякий опытный боевик или некромант может вернуться целым? А? Вот сколько раз я просил министерство по внутренней безопасности отправить к нам хотя бы парочку приличных некромантов в сезон «цветения подснежников», – это сторож, видимо, говорил больше себе, чем нам. – А вместо этого присылают либо совсем зелёных, что только вчера выпустились из академии, либо даже не доросших до получения диплома! – стрельнул он глазами в тёмного эльфа. – Раньше у этих бюрократов хватало совести отправлять хотя бы старшекурсников, а теперь! Совсем юный, даже пушок над губой не пророс, – горестно вскрикнул сторож и неосознанно пригладил свои аккуратно выбритые усы. – Короче, не суйтесь туда, куда не следует, если хотите дожить до выпускного.

– Тёмный Отец, второй раз меня укоряют за отсутствие растительности на лице, – тихо пробормотал Альтер себе под нос и продолжил уже нормальным голосом: – Уважаемый, я понимаю ваши опасения и благодарен за заботу, но я лучший, не постесняюсь этого слова, ученик на всём факультете некромантии и протеже профессора Тьюсдея. А он, в свою очередь, достаточно компетентный и здравомыслящий человек, чтобы не отправлять своего ученика на верную смерть! Если вы так сомневаетесь в здравости оценки моих способностей, можете сами меня проверить. Говорите, у вас настал сезон «цветения подснежников» – это, как я понимаю, когда весной умершие восстают из-под снега и начинают активно бродить по лесу в поисках живой пищи? – После утвердительного кивка некромант продолжил: – Тогда вам не составит труда предоставить мне одного такого, чтоб вы сами убедились в моей способности вернуться из этого леса живым, и даже со всеми конечностями.

– Будьте осторожны со своими словами, молодой дроу, – произнёс сторож. – На ваше счастье, у нас как раз есть недавно пойманный медведь-умертвие, что уже которые сутки дожидается своей очереди на упокоение. Повезло лохматому освободиться на несколько дней раньше, чем планировалось, – последние слова мужчина произнёс с лёгкой издёвкой.

Я была уверена в Альтере, поэтому не разделяла скептицизма мужчины. Сколько историй о весёлых и не очень некромантских практиках я выслушала от тёмного эльфа! Однажды он рассказал, как за полчаса половину кладбища упокоил в одиночку – словоблудием в отношении некромантии Альтер не занимался, уж больно серьёзно относился он к будущей профессии, поэтому у меня не было причин сомневаться в его словах.

Нам понадобилось пройти вдоль границы барьера несколько десятков метров, чтоб добраться до временного пристанища дикого умертвия. Это было не отдельное здание или клетка, а особый карман в барьере, чтоб умертвие не смогло сбежать наружу или обратно в лес. Поэтому со стороны могло показаться, что ничего не помешает медведю напасть на нас, кроме своеобразной видимой границы этого кармана в виде низенького заборчика из веток, что сторожа, видимо, сами построили из доступного в лесу материала.

Само умертвие-медведь еле влезал в это пространство, места еле хватало, чтоб крупное, наполовину разложившиеся тело легло на припорошённую свежим снегом землю.