Ирина Котова – Месяц магии, капели и любви. 20 рассказов выпускников курса Ирины Котовой «Ромфант для начинающих» (страница 27)

– Ты б к целителям обратился, дружище. Второй раз чуть инфаркт не схватил, – качнул головой ворон в сторону целительского крыла. Высота жёрдочки, на которой восседал Эдгар, позволяла бессовестной птице находиться примерно на уровне наших лиц. Эдгар был крупным, даже в какой-то степени округлым вороном размером с маленького индюка, что делало его чуть милее своих собратьев. – Вы ж хотите найти эти цветочки, – клюнул он в изображение Подснежника Трупного. – Я видел вчера место, где такие растут. Могу показать, за плату, конечно.

– Тебе не хватает того мяса, что я тебе и твоим дружкам несу? – возмутился Альтер. – Тёмный Отец явно уронил бочку с наглостью, когда создавал тебя! Такими темпами твоя жадность превратит тебя в нелетающий клубок перьев.

– Не гони коней, дружище, – каркнул Эдгар и повернул голову ко мне. – Нам не мясо надо, а зерно. Весна на дворе, пора садиться на диету. Организм разгрузить и всё такое. Тебе б тоже рацион разнообразить, – обратился он к тёмному эльфу. – Зерно там, овощи поклевать. А то сидишь на одном хмеле и закусях, аж самому плохо становится, – приложил ворон крыло к своей маленькой головушке, как заправская бабушка.

– А ты точно видел этот цветок, а не что-то отдалённо похожее? Я до сих пор помню, как год назад ты начирикал мне про пятерых умертвий, а по факту их там было больше десяти! И всё потому, что остальных ты принял за высохшие деревья.

– Там было темно! Я – ворон, а не сова, чтоб различать такие мелочи в темноте. И вообще, я – гуманитарий, моя душа лежит к поэзии, а не к сухим цифрам.

– Зерно я могу дать. Примерно такой же мешок подойдёт? – указала я на презент Альтера кладбищенским птицам. У меня не было времени выслушивать перепалку Альтера с вороном, до годовщины оставалось слишком мало дней!

– Да, – кивнул Эдгар. – Зерно – вперёд, услуга – потом.

– Услуга – вперёд, зерно – потом, – запротестовал эльф. – Знаю я тебя, Эдгар. Наскучит тебе нас сопровождать и бросишь на произвол судьбы. Так что оплата будет после нашей маленькой экспедиции, и никакого аванса! – на последних словах ворон возмущённо захорохорился, выставляя на обозрение свои мягкие пёрышки, но принял условия сделки.

– Значит, ты согласен? – посмотрела я на друга с надеждой.

– А что мне остаётся? Я тебя знаю, тебе если что-то взбредёт в голову, то не остановить. Так я хотя бы смогу присматривать за целостностью твоей филейной части.

Закончив с кормёжкой своих крылатых друзей, Альтер отправился выбивать у профессора некромантии допуск в Заповедный лес, а я занялась сборами.

«Боевик я или кто? Кому как не мне знать, что брать в такие походы? Альтер хоть и выбирается с курсом на ночные вылазки на кладбища, но опыта в долгосрочных походах не имеет и наверняка что-то забудет или возьмёт что-нибудь лишнее».

Убегая от очередной своры мяукающих кошаков, я быстренько зашла в женское общежитие и оперативно закрыла за собой входную дверь, чтоб ни один пушистый не просочился внутрь. На меня уже написали несколько жалоб, ещё одна и меня без отчисления выгонят отсюда!

Наша с Арией комната находилась на втором этаже. Раньше после всех тренировок, практик и тому подобного я с лёгкостью, будто не замечая, преодолевала этот лестничный пролёт. Но сейчас после тяжёлого подъёма и спуска с библиотечной башни, после беготни за Альтером у меня резко поубавилось сил и я с трудом осилила каждую ступеньку этой лестницы. Так ещё и комната находилась в конце длинного коридора. Стоило мне переступить порог комнаты, как тело без раздумий завалилось на кровать, и я погрузилась в глубокий сон, не разувшись и не переодевшись.

Понадобился целый день на уговоры профессора Тьюсдея и ещё три на оформление этого треклятого допуска. Тёмные боги, как же я ненавидела эту бюрократию, она когда-нибудь меня в могилу сведёт! И некромант не поднимет, потому что разрешение ему вряд ли выдадут.

В вечер пятницы, перед походом, что так удачно выпал на выходные дни, я собирала и разбирала по несколько раз свой рюкзак, пока Ария готовилась к зачёту по зельеварению. В общежитии было тихо, так как большинство жительниц предпочли провести вечер пятницы, как и подобает любому адепту, в гулянии и веселье, поэтому вечерняя тишина прерывалась только нашим разговором и мяуканьем семейства кошачьих за окном. Сегодня на внешнем подоконнике нашего окна восседали всего две кошечки – одна толстая и рыжая, чем-то напоминающая гномке запечённую курочку, вторая – серая и ладненькая. И более нагленькая, судя по тому, что именно она периодически постукивала по стеклу лапкой, требуя впустить внутрь.

– Ах, до сих пор не могу поверить, что они так поступили! – в очередной раз бросила свой учебник подруга и схватилась за чашку уже остывшего травяного чая. – Полный зал, гости требуют добавки, а эти двое бросили меня одну, чтоб уединиться в кладовой!

– М-да, тяжело, когда твои родители ведут активную половую жизнь, – посочувствовала я подруге и выложила из рюкзака третью пару носков.

– Да дело ведь не в этом. Я рада, что у них всё как в молодости, но для подобного надо подбирать подходящее МЕСТО и ВРЕМЯ!

– Кстати, о подходящем месте, – обернулась я к соседке. Наши кровати стояли прижатыми к противоположным стенам, поэтому большую часть своих жалоб Ария адресовывала моему мягкому месту и тому, что выше. – Как думаешь, мне стоит брать с собой мои мятные духи? С одной стороны, мне не хочется вонять на весь лес чесноком, а с другой, кто там меня, помимо Альтера, будет нюхать?

– Ты и без этих духов пахнешь мятой сильней, чем само это растение. Во, погляди, какая ты популярная среди кошечек, – кивнула Ария в сторону окна. – Похлеще будешь, чем наш принц Уильям.

– А при чём здесь принц?

– Да слышала я краем уха, что его высочество не слишком оригинален на ласковые прозвища и каждую вторую девушку нарекает котёночком, кошечкой или кисой.

– Ах, ну что за человек! И меня он подобным образом пытался называть. Всё, давай забудем про Уильяма и вернёмся к насущной теме: так брать или не брать? – потрясла я в воздухе флаконом с помпой и маленькой биркой, что поленилась снять после покупки.

– Не бери, нечего мучить лесной народ. Мне, честно говоря, уже милее твой чеснок, чем эта вездесущая мята! За год я порядком устала от неё, а эти духи сильнее прочего бьют по носу. Что за ядрёный состав должен быть там?

– Раз тебе так интересно – почитай, состав на бирке, – протянула я стеклянную бутылочку гномке и перешла к следующей дилемме: взять одну пару сменных панталон или две? А может три? Пока я решала столь животрепещущий вопрос, на фоне Ари принялась активно шелестеть страницами, а потом спустя минуту тишины выдала:

– Клара, а ты читала состав своих духов?

– Да, – с лёгким удивлением обернулась я к подруге – в одной руке она держала раскрытый учебник зельеварения, а в другой – сорванную бирку.

– А тебя там ничего не смутило? – продолжила допытываться гномка.

– Да вроде нет.

– И даже такая вещь, как лимонная мята не вызвала у тебя никаких подозрений? – выгнула свою рыжую бровь соседка, явно пытаясь навести меня на какую-то мысль, но на какую?

– Согласна, странное название, но мята есть мята, будь она перечная или луговая, разница не велика, – развела я руками, после чего Ария почему-то картинно возвела очи к потолку и сделала глубокий вдох.

– Клариссия Пастеш, ты какая… боевичка, – выплюнула гномка и продолжила: – Боевики ведь тоже проходят базовое зельеварение, ты как учебник читала?

– Как все – глазами.

– Открытыми или закрытыми?

– Ари, с чего такие нападки на меня? И при чём здесь учебник?!

– При том, моя дорогая подруга, что тут, – ткнула она своим пальчиком в открытый учебник, – чёрным по белому написано, что лимонная мята – это одно из названий кошачьей мяты. КОШАЧЬЕЙ, Клара! Ты несколько месяцев обливалась кошачьей мятой, вот почему все местные кошки водят хороводы под нашим окном, – указала соседка на окно, в которое так вовремя стучалась серенькая кошечка. – А ну, живо, выкинь эту дрянь и беги умываться, а я пока проветрю комнату, – бросила она на кровать учебник с духами и ринулась к окну.

– Так, котики-травожуи-траволизы, лавочка закрывается! Новых поставок не будет, так что забудьте сюда дорогу. Ну, разве ты можешь захаживать, – обратилась гномка к рыжей кошечке, которую в данный момент жмякала за мягонькие бочка. Даже такая железная гномка не имела иммунитета против толстеньких пушистиков, что уж говорить обо мне.

Стоило мне приблизиться к окну, чтоб погладить кошечку, как мой ночной взор зацепился за движение на улице. По аллее, на которую выходила наша комната, неспешно прогуливался принц Уильям, облачённый в пальто по последней моде и в цилиндре, ведя под локоть Эльну в явно новом меховом воротнике. Что-то нашёптывая ей на ушко, его высочество проводил девушку до скамейки, что утопала в свете уличного фонаря. Стоило ему сесть на скамью близ фонарного столба, как в моей голове мгновенно родился план.

– Знаешь, Ари, у меня возникла идея, как по достоинству употребить эти духи на пользу общества, – коварно усмехнулась я и подобрала брошенный подругой флакон. Чуть погодя полезла в ящик комода, где хранился ещё один. Собрав все оставшиеся у меня духи в одной руке, я принялась разминать правое плечо для размаха.