Ирина Котова – Месяц магии, капели и любви. 20 рассказов выпускников курса Ирины Котовой «Ромфант для начинающих» (страница 30)

Я и Клариссия кивнули. Далее молодой сторож порылся в продуктовом ящике, что стоял в углу комнатки, и выудил оттуда головку чеснока среднего размера.

«Демоны, судя по фиолетовым полосам, чеснок свежий и ядрёный! Клара, ну вот на что ты напросилась?»

Пока я следил, как молодой сторож, подобно злому колдуну из сказок, чистит чеснок и раскладывает его зубчики на четыре равные горки на чайном блюдце, моя безбашенная летучая мышка скучающе рассматривала кончики своих волос.

– Мисс, я обязал спросить вас ещё раз, вы уверены в себе? – заинтересованно приподнял бровь модник и пододвинул блюдце к Кларе.

– А я ещё раз вам отвечу, что да, я уверена и готова.

– Отлично. Тогда приступим, – молодой человек что-то покрутил в часах и нажал на кнопку.

По будке разлетелся ритмичный «тик-так, тик-так», Клара сделала глубокий вдох и одним махом отправила первую горсть чеснока себе в рот. Под внимательным взглядом трёх пар глаз она принялась жевать – медленно, с осторожностью. На лице девушки промелькнули разные эмоции – насторожённость, опасение, озарение и под конец… облегчение.

– Клара, всё в порядке? – поинтересовался я её самочувствием. Она и так долго прожила с «Чесночным дыханием», что произойдёт с ней при повышении дозы чеснока, я не представлял.

– Всё в порядке… Я бы даже сказала, что… нормально, – пожала она плечами, а Маркус Меркюрич вытаращил глаза.

– Как это? – гаркнул он и быстро подошёл к столу, взял один зубчик чеснока и откусил кусочек. На его лице тут же проскочили морщинки, а глаза чуть зажмурились – видимо, достопочтимый Маркус Меркюрич не был любителем сего божественного корнеплода.

На втором заходе старший сторож начал нервно постукивать пальцем по столу, а чайник, будто вторя чувствам мужчины, засвистел тревожным свистом. Молодой сторож предложил всем, кроме Клары, по понятной причине, чашечку ромашкового чая, что было очень кстати, особенно мне и старшему мужчине. На третьем заходе Маркус Меркюрич глядел на вампиршу как на скаковую лошадь, что вот-вот заберёт первое место у его фаворита.

На четвёртом заходе ни я, ни он не отрывались от своих чашек с ромашковым отваром. Глаза моего кренделёчка прослезились, лицо напряжённое, но упрямое, а бледные кулачки с хрустом сжимались-разжимались.

– Пятнадцать секунд, – начал обратный отсчёт молодой модник.

– Десять, – Клара глубоко и часто задышала, из голубых очей потекли слёзы, а у меня сжалось сердце. Лицезреть мучения любимой девушки было невыносимо, особенно когда она сама же на это и напросилась.

– Пять… четыре… ТРИ… ДВА… ОДИН! – на этом выкрике Клариссия выбежала из будки, я последовал за ней, краем уха услыхав поражённые восклицания проигравшего сторожа.

На улице вампирша сложилась в две погибели и, утопая по голени в снегу, выплёвывала пережёванный корнеплод, попутно припоминая всех демонов преисподней. Глухая речь девушки прерывалась совсем не свойственными леди, но приемлемыми у боевиков, плевками. Решив не тратить время впустую на нравоучения, я молча протянул девушке свою чашку с ромашковым чаем.

– На, прополощи рот, – посоветовал я. Она интенсивно прополоскала рот отваром и заново принялась орошать рядом лежащий снег. Пока вампирша была занята очистительными процедурами, я сбегал обратно в сторожку и вернулся к ней с бутылочкой алой жидкости. Крови с собой мы взяли много, чтоб у Клариссии были силы преодолеть запланированный путь.

– Спасибо, – на глубоком выдохе поблагодарила она и взяла бутылку в левую руку, пока правой вытирала подступившие слёзы. – И как вы едите эту отраву? В глаза и в нос бьёт не хуже магистра Бронкса на тренировках.

– Зато нос прочищается, да и для здоровья он полезен, – ответил я.

– Моему здоровью полезно только это, – отсалютовала она мне бутылочкой, вскрыла её и приникла с жадностью пустынного путника.

После того как эта типичная боевичка вернулась в будку за своей походной курткой и рюкзаком – опять она выскочила на холод без верхней одежды! – нам, наконец, открыли зачарованные ворота. Старший сторож восхитился выдержкой Клариссии, а молодой поблагодарил её за его выигрышную ставку – оказывается, тогда коллеги шушукались не только об условиях пари, но и договаривались о ставках.

– А мне ещё говорили, что на этом месте будет скучно, – прилетело нам в спину от победившего сторожа, когда он сопроводил нас до входа в Заповедный лес.

6 глава

Клариссия Пастеш

Похоже, боги решили, что сегодня никому не будет скучно. Когда я слушала инструктора на уроках по выживанию, походы представлялись мне довольно нудным занятием – ты просто идёшь туда, потом сюда, часами напролёт, а на деле это оказалось захватывающим занятием.

Я никогда не питала симпатий к весне, особенно в городе, где растаявший снег перемежался с накопившейся за зиму грязью и мусором. Но здесь, в практически нетронутом человеком лесу, весна была прекрасна. Холмы чистого снега сверкали в слабом свете весеннего солнца, покрытые снежной шапкой деревья напоминали гигантские грибы из невиданной сказки. Светло-серые облака закрыли собой весь небосвод, оберегая наши чувствительные глаза от небесного светила и одаривая лёгким снегопадом. Когда мы с тёмным эльфом сошли с проложенной людьми дороги, единственным ориентиром для нас в этом белоснежном царстве служили тёмные стволы многовековых деревьев и их тонкоствольных отпрысков. Ну и, конечно же, Эдгар своим маленьким чёрным тельцем указывал нам путь – ворон присоединился к нам после того, как мы удалились на достаточное расстояние от сторожей. Похоже, у этой птицы были какие-то неразрешённые конфликты с законниками. Правда, видели мы ворона редко – он пролетал определённое расстояние, усиживался на ветке какого-нибудь высокого и заметного дерева и подолгу ждал, когда мы его доберёмся.

Снег был тяжёлый, подтаявший, и, что естественно для леса, было его в огромном количестве. Продираться через толщи было трудно, особенно мне, и наша скорость продвижения была сильно меньше скорости полёта одной корыстной птицы. Альтер, как более широкий, высокий и сильный член команды, шёл впереди, а я позади него. Большую часть времени мы молчали, были заняты созерцанием природных красот и продиранием через зимний покровов. Периодически Альтер отклонялся от курса, чтобы поставить магические метки на деревья – так мы не потеряемся на обратном пути. Вообще, тёмный эльф демонстрировал удивительную выносливость для парня, чья диета, по заверениям ворона, состояла сплошь из пивных закусок и непосредственно из самого напитка. Что я не поленилась высказать ему.

– Ты что, – удивлённо вздёрнул он бровь с нотками возмущения в голосе, – ты хоть представляешь, сколько жмуриков я перетаскал, сколько выкопал, сколько насильственно закопал обратно и сколько километров я набегаю по кладбищу, когда спасаю свою филейную честь от посягательств нежити.

– Честь?!

– Оговорился, я хотел сказать – часть, но и честь тоже спасаю… Берегу для тебя одной.

– Ха-ха, достаточно, Альтер, – рассмеялась я. Всё же умел он меня подбодрить, хоть и таким непотребным образом.

«Интересно, а Арию он бы так же подбадривал, предлагая свою филейную честь?»

Спустя время на очередной поляне, сплошь покрытой метровым слоем снега, я услышала что-то странное. Это было не завывание ветра, не скрип ветвей, ни стрёкот белочек или щебет птиц. Звук был протяжный и глухой, будто сквозь толщу чего-то плотного, такого, как… снег.

– Альтер, приготовься! – воскликнула я, и в то же мгновение из сугробов на нас выскочили дикие умертвия. Все они когда-то были такими же людьми, как и мы – на ком-то ещё оставалась более-менее целая одежда, благодаря чему можно было предположить, кем было умертвие до смерти – охотником за дичью или простым грибником. В то время как другие больше походили на скелеты из класса анатомии, на которых чудом ещё держались лоскуты плоти и одежды.

Альтер, хоть и был лучшим на зачистках кладбищ, но его не муштровал магистр Бронкс на мгновенную атаку, как меня и остальных адептов боевого факультета. Как он говорил: «Сперва бей, потом извиняйся. Извиниться всегда найдётся время, а на залечивание ран в кругу врагов – нет». Вот поэтому я первая среагировала и запустила несколько фаерболов в ближайших умертвий. Может, даже хорошо, что «Чесночное дыхание» отбило у меня всякое обоняние – наверняка запах жжёной плоти умертвий просто ужасающий.

Благо, тех нескольких секунд, что я в одиночку отбивалась заклинаниями от врагов, хватило некроманту, чтоб собраться и вооружиться заклинанием упокоя, что он ранее применил на медведице. Когда Альтер из своих тёмных сфер начал запускать струи дыма в умертвий, мы уже были окружены плотным кольцом. Я, как могла, прикрывала спину некроманта, но силы быстро покидали меня. В один момент мой магический резерв так истощился, что продолжать атаковывать заклинаниями было бы самоубийством, а жить мне ой как хотелось.

Пришлось перейти на грубую силу – схватив рядом лежащую толстую ветку, я принялась отбиваться от низшей нежити таким вот нехитрым способом. Чтоб оттеснить этих существ подальше от Альтера, я отошла от друга на несколько шагов, и это стало моей главной ошибкой. Без прикрытия в виде некроманта, моя спина стала лёгкой мишенью, чем и воспользовалось одно умертвие, что ещё сохраняло человеческий вид. Острая боль прошила моё тело, когда сзади прилетел мощный удар, поваливший меня в снег.