Ирина Котова – Месяц магии, капели и любви. 20 рассказов выпускников курса Ирины Котовой «Ромфант для начинающих» (страница 14)

Лея скомкала очередной лист бумаги с недописанным письмом. Вчера она официально стала Плеяной Никольской, женой наследника сильного магического рода. Регистраторы в городской ратуше быстро и без лишних вопросов оформили все документы. Разумеется, благодаря деду жениха, который был единственным гостем на церемонии.

Письмо было адресовано тёте. После гибели родителей, тётя, благодаря своему эмпатическому дару, помогла Лее пережить первые, самые страшные месяцы беспросветного горя. И потом, когда Лея уже училась в магической академии, трудно привыкая к новым порядкам, очень поддерживала племянницу регулярными письмами, которые прибывали магической почтой раз в неделю. До недавних пор Лея старалась держать тётю в курсе всех событий, которые происходили в её жизни. Но как объяснить своё поспешное замужество? Промучившись около часа, Лея сдалась и отправила письмо, в котором сообщила лишь о своём переезде, указав магические координаты с новым адресом. А расскажет она всё при личной встрече, когда через полтора года вернётся домой, в родную провинцию Дана. Пока же ей нужно самой немного привыкнуть и к новому дому, и к замужеству.

Несмотря на то что инспектору по долгу службы было положено служебное жилье, он предпочитал жить в небольшом двухэтажном особняке, в который и привёз Лею сразу после церемонии, сдержанно попрощавшись с дедом. Начинался дом с просторного холла, откуда вела лестница на второй этаж, украшенная магическими светильниками, которые меняли яркость в зависимости от времени суток. Из холла можно было попасть в гостиную с мягким диваном и креслами у камина. Вторая дверь вела в рабочий кабинет с антикварной мебелью и с зачарованными в стенах артефактами. Артефакты были стилизованы под гобелены и защищали кабинет от прослушивания. Ещё за одной дверью находилась комната отдыха для Захара, на протяжении многих лет неизменно служившего роду Никольских. Акамир редко ел дома, но небольшая кухня в доме тоже имелась. И кухарка, которая приходила в те редкие дни, когда у инспектора бывали гости.

На втором этаже находилась спальня инспектора и две комнаты для гостей. Плеяне досталась та, что располагалась по соседству с хозяйской. С огромной кроватью и туалетной комнатой, которая обнаружилась за дверью из матового стекла справа от входа. Всё в доме говорило о материальном достатке владельца, но в то же время чувствовался некий аскетизм, выражающийся в полном отсутствии бесполезных роскошных безделушек.

Показав Плеяне дом и разрешив чувствовать себя в нём хозяйкой, инспектор неловко попрощался, сославшись на дела по службе. Первый вечер своего замужества Плеяна провела в одиночестве, поужинав тем, что нашла на кухне в шкафу с пищевыми кристаллами, обеспечивающими свежесть продуктов и уже приготовленных блюд. Со слов Захара она поняла, что инспектор попросил кухарку приготовить ужин специально для неё. Такое проявление заботы необычайно тронуло Плеяну, привыкшую полагаться только на себя.

Следующим утром, проснувшись на рассвете и разложив немногочисленные вещи, она спустилась в гостиную. Отправив письмо, она подошла к огромному панорамному окну и отдёрнула портьеры. Пространство сразу наполнилось светом, открывая прелестный вид на внутренний дворик. Осень уже перевалила за экватор, и оставались считаные недели до того момента, как на землю упадут первые снежинки. Невидящим взглядом всматриваясь в даль, Лея вспоминала весну. Последнюю весну, когда она вместе с мамой и папой гуляла в небольшом лесу рядом с домом. Родители, оба с даром к природной магии, хорошо чувствовали окружающий мир и любили бывать в лесу ранней весной, когда природа просыпалась от зимней спячки и новые магические потоки появлялись, росли и переплетались в окружающем пространстве.

Такой её и увидел инспектор, выходя из кабинета – окутанной мягким светом, струящимся из окна. Солнечный луч пригрелся на её щеке, лаская нежную кожу, и инспектор замер, почти не дыша, боясь спугнуть магию момента неловким звуком или жестом. Но, смахнув одинокую слезу, Плеяна уже вынырнула из своих воспоминаний, сначала почувствовав, а потом и увидев, отойдя от окна, что её одиночество нарушено.

– Доброе утро, – первой произнесла она, не выдержав неловкого молчания.

Инспектор молчал. И Плеяна не произнесла больше ни слова. Её взгляд скользнул по его лицу, задержавшись на линии скул и уголках плотно сжатых губ, остановившись на чисто выбритом волевом подбородке. Внезапно она словно впервые увидела, насколько привлекателен её муж. Привлекателен строгой, немного суровой мужской красотой. Секунды растянулись в вечность, пока она в первый раз по-настоящему смотрела на него, отмечая каждую мелочь в его внешности. Прямой уверенный взгляд глубоких зелёных глаз из-под тёмных ресниц. Выразительные скулы, очерченные с безупречной точностью. Иссиня-чёрные волосы, собранные в короткий хвост. Неизменный чёрный китель, придававший его облику особую мужественность. В каждом его движении чувствовалась внутренняя сила, а во взгляде читалась уверенность в себе. Предательский румянец разлился по её щекам, и, безуспешно пытаясь скрыть смущение, она машинально дотронулась до кулона, который своей прохладой дарил ей островок уверенности во внезапно пошатнувшейся реальности. Словно прочитав её мысли, инспектор чётким шагом энергично преодолел разделявшее их расстояние. Плеяна замерла, боясь пошевелиться. Инспектор поднял руку и дотронулся до выбившейся из свободной косы пряди волос, пропустив её сквозь пальцы. Тихая дрожь прошлась по телу, а сердце пропустило удар, когда её глаза встретились с его потемневшим взглядом, который медленно скользил по лицу, остановившись на предательски подрагивающих губах.

Но внезапно всё закончилось. Резко выдохнув сквозь сжатые губы, инспектор отступил на шаг назад, прервав зрительный контакт.

– В нашу первую встречу вы назвали меня по имени. Откуда вы его узнали? – спросил инспектор, вновь посмотрев на неё. Другим, отстранённо-холодным взглядом.

Плеяна не сразу поняла его вопрос, выплывая из новых, волнующих ощущений, но он продолжал смотреть на неё, терпеливо ожидая ответа.

– Мы учились с вами в одной академии. Правда, на разных факультетах.

– Не припомню вас в кругу своих приятелей в то время.

– Ещё бы, – уголком губ усмехнулась она. – Звезда выпускного курса. Да половина всех первокурсниц мечтала попасть в этот круг. А вторая половина – прибить тех, кто попал.

– А ты? – внезапно оставив формальности, спросил он.

– Что я? – не поняла Лея.

– Мечтала попасть или прибить?

– Я училась жить в новой реальности, – вздохнула она, – в пустой, холодной. В реальности, в которой нет больше тепла и родительской любви.

– В моей реальности вообще не было главы о родительской любви, – задумчиво проговорил инспектор и, внезапно сменив тему разговора, продолжил: – Завтра у нас на ужин гость. Постарайся не задерживаться в лавке. И ещё – зови меня по имени. Пусть и формально, но я твой муж.

Следующим вечером Лея с волнением ожидала ужина, прихорашиваясь в своей комнате. Почему-то очень хотелось понравиться мужу. И таинственному гостю. Вернее, уже не таинственному. Захар сжалился и шепнул, что с визитом к ним прибудет Василид Никольский, влиятельный дед Акамира. Что ещё сильнее усложняло задачу. Поэтому она выбрала единственное своё платье, которое хотя бы приблизительно подходило для встречи такого важного гостя. Выпускное платье целительницы. Нежного пастельно-зелёного цвета, с корсажем, украшенным тончайшим кружевом. Платье обладало лёгким магическим эффектом: при движении вокруг девушки создавалось едва заметное зелёное свечение, а в моменты сильных эмоций платье начинало мягко светиться изнутри, словно наполняясь жизненной энергией целительницы. Волосы Лея решила оставить распущенными, позволив мягким роскошным волнам струиться по спине до самой талии, перехваченной широким поясом из серебристой ткани. Бросив последний взгляд в зеркало, она вспомнила, как вчера вечером инспектор сделал ей сдержанный комплимент, оценив её милое, но совершенно обычное платье. Любопытно, какое впечатление на него произведёт её сегодняшний наряд?

Улыбнувшись своим мыслям, Лея вышла из комнаты. Мужчины, стоящие внизу у подножия лестницы, подняли глаза на шум скрипнувшей двери, и Лея сразу же провалилась в омут зелёных глаз мужа, который не отрывал от неё взгляда, пока она спускалась. Не выдержав напряжения, она оступилась на последней ступеньке, и тут же сильные руки Акамира подхватили её, не дав упасть. Горячие пальцы жгли талию, платье нежно светилось изнутри, и только покашливание гостя привело в чувство хозяев дома.

Ужин, на удивление, закончился на вполне тёплой ноте. Василид Никольский, на свадебной церемонии едва удостоивший новоиспечённую невестку взглядом и сухо попрощавшийся сразу после регистрации, заметно оттаял. Да что говорить, он откровенно веселился, подмечая, как Акамир поглядывает на жену, а она смущается от его случайных прикосновений.

– Кажется, у моего внука появилось более интересное занятие, чем работа, – не удержался он и подмигнул Захару, который провожал его до экипажа, – если я что-то ещё понимаю в этой жизни.