Ирина Котова – Месяц магии, капели и любви. 20 рассказов выпускников курса Ирины Котовой «Ромфант для начинающих» (страница 11)

– Почему? – запротестовала было я, но тут же опомнилась и сама себе ответила. – Некроманты могут пленять неприкаянные души. Да, ты прав. Но ты там… осторожнее.

Мужчина лучезарно улыбнулся.

– Как скажешь, душа моя.

Мне пришлось болтаться в окрестностях больше часа. Елизар вернулся частично удовлетворённым.

– Похоже, наш клиент. Ошейника я, конечно, не нашёл. Он и лабораторию свою мне не показал. Думаю, она в подвале. Но зелье он там готовит. И оно на основе яда пса и весенней талой воды, собранной в новолуние. То есть собачку он подоил.

– Как?! А главное, зачем?

– Он умирает. Немного времени осталось. Последние пару лет он выискивал рецепты от смерти, и вот нашёл.

– Так это зелье его исцелит?

– Нет, тут не про бабочек и радугу. Он собирается переселиться в здоровое тело. Видимо, потому и отпустил питомца погулять. Чтобы в нужный момент выдернул для него из жертвы душу. А зелье прирастит его призрак в освободившееся тело.

– Идрить твою! Он тебе сам сказал?

– Я, конечно, располагаю к себе людей, но не настолько, – хохотнул проводник. – Несколько оговорок, пара правильных вопросов, а потом я ещё заглянул в гримуар… И сложил заветное слово из четырёх букв.

– Но «счастье» не получил… – закончила я за него. – Как он вообще с тобой побеседовать согласился?

– Я представился Лёвкиным ассистентом. Сказал, что нужно уточнить для книги кое-что. Да плюс для иллюстраций на антуражные вещи посмотреть. Даже удостоверение членкора РАХ показал.

Умно. Я посмотрела на своего нового приятеля с большим уважением.

– А когда он это собирается провернуть? И как подманит жертву и тварь? И кто жертва?

– А вот этого он мне не сообщил. Но по датам у них обычно ритуалы либо в новолуние, либо в полнолуние. Завтра розовое полнолуние.

– Как удачно, – проворчала я. – И что будем делать?

– Мне понадобится твоя помощь.

– Ну, ясен пень.

Теперь он бросил на меня странный взгляд.

– Думаю, ему в качестве жертвы нужен молодой проводник. Чтобы, так сказать, продолжить профессиональную деятельность в подходящем теле. Я поеду в город и узнаю телефоны подходящих под критерии коллег. Кого получится, предупрежу. И ещё разузнаю, что смогу, про подобные ритуалы. Тебе же нужно найти ошейник, но не попасться некроманту. Возможно, дождаться, когда он заснёт или пойдёт в магазин. А потом отследить, когда он выйдет на охоту. Незаметно. Как только выяснишь, на кого он нацелился, найди меня и сообщи.

Мы ещё немного повертели ситуацию и так и эдак и расстались, имея в головах примерный план на ближайшие сутки. Для меня это были сутки открытий и нового опыта. Я обнаружила, что время в пограничье течёт отлично от времени в мире живых, может замедляться и ускоряться при определённых настрое и концентрации. И не только когда мне нужно быстро добраться до цели.

Сперва я не могла придумать, как заглянуть внутрь жилища некроманта. Я не знала, обладает ли хозяин дома способностью видеть души или же чует их, как Лёва. Подкравшись со стороны сарая, я попыталась пройти сквозь стену, но попытка провалилась – я всё ещё не поборола собственные убеждения о свойствах материи. Зато я ощутила движение внутри дома, словно меня достигали волны от пловца в бассейне. Меня качало на этих волнах, и по их высоте и силе я безошибочно определяла, куда перемещается человек. Я не заметила, как слилась со стеной, сама стала стеной, всеми стенами и потолком дома, способными смотреть и слушать.

Нужное имя сперва появилось на бумаге, в какой-то записной книжке. Потом прозвучало в телефонном разговоре. Я не до конца поняла, как распознала эти слова в шквале информации, но была уверена в их назначении и достоверности.

Когда я вышла из стены, город уже жил по времени субботнего дня. Я провела в стене сутки, даже не заметив этого.

В три лёгких шага я перенеслась к Елизару.

– Жертва Максим Курбанов.

– Знакомое имя, – кивнул проводник. – Сейчас поеду к нему. План такой: позволяем некроманту настигнуть жертву, ждём, пока он позовёт адского пса, потом я обезвреживаю некроманта, а ты надеваешь на пса ошейник.

– Ошейника нет, – призналась я. – Осмотрела все комнаты, но не нашла.

Проводник погрустнел.

– Ладно, он либо таскает ошейник с собой, либо надёжно припрятал. Будет домашнее задание на завтра. А сейчас главное парня спасти – сорвать ритуал.

– Я на всякий случай прослежу за некромантом до дома этого Максима.

Елизар неохотно согласился, и я отбыла обратно на свой пост. Мой поднадзорный вызвал машину и снялся с места сразу после полуночи.

Я вспомнила, как позапрошлой ночью была ветром, и попыталась воссоздать те ощущения. Соображать в рассеянной форме было проблематично, но я сохранила способность наблюдать и следовать за целью. Таксист высадил пассажира во дворе высотки. Некромант немного покрутился у парадной, и я с удивлением обнаружила, что он достал из сумки обыкновенный ловец снов, какими люди украшают прихожие и террасы, но с продетым в него призрачным ошейником. Некромант зашёл в парадную, бормоча что-то неразборчивое над амулетом, поднялся на четвёртый этаж. Я клубилась за окном.

Некромант надел ловец на дверную ручку и вновь произнёс несколько слов на незнакомом языке. В этот момент дверь резко распахнулась, из квартиры выскочил рыжий парнишка и втянул незваного гостя внутрь. Тут же ему на подмогу с верхнего этажа стрелой слетел Елизар, заломил некроманту руку, обыскал и вытащил из кармана пузырёк с желтоватой жидкостью и шприц.

– Опоздали, – прохрипел им в лицо визитёр.

Проводники переглянулись. Макс напялил некроманту на шею сорванный с двери амулет и выскочил из квартиры. Елизар бросился следом и захлопнул дверь. Оба насилу успели унести ноги.

Некромант одновременно пытался стянуть с головы злополучного ловца и открыть дверь. Но успел только скинуть амулет, когда загробный пёс настиг и прошёл сквозь его тело, вышибая дух. После чего проделал тот же фокус, что накануне с призраком на парковке. Не теряя времени, я сконцентрировалась внутри квартиры, схватила с пола ошейник, прыгнула твари на загривок и накинула призрачный ремешок ей на шею. Пёс принялся остервенело вертеться на месте, пытаясь стряхнуть меня. Во все стороны полетели ядовитые брызги. Мне, наконец, удалось защёлкнуть замок. Тварь встала как вкопанная, взвыла и покрылась сетью светящихся трещин. Я едва успела отскочить, как она взорвалась снопом жёлтых искр и исчезла.

Некоторое время спустя ключ в двери повернулся и Елизар заглянул в дверной проём и огляделся. Моё присутствие оказалось для него неожиданностью.

– Порядок? – настороженно спросил он. – Флоулесс виктори?

– Ну, не совсем безупречная, – я разглядывала дырки на своей левой кисти: одну побольше и две поменьше. – Но тварь повержена… И не только она.

Елизар подошёл и протянул руку, чтобы прикоснуться к ожогам, но мы всё ещё были из разных материй.

– Тебе не больно?

– Мне не по себе, – призналась я.

Очень хотелось, чтобы он меня обнял и сказал, что всё будет хорошо. Но мы оба знали, что врать он не станет.

Макс зашёл следом за коллегой и с отвращением покосился на тело некроманта.

– Я позвоню в полицию и скорую.

Мы синхронно кивнули.

– А я навещу своих родителей.

Елизар посмотрел на меня сочувственно, но комментировать не стал.

Я оставила мужчин разбираться с формальностями, сосредоточилась на желании увидеть маму и сделала три шага. Но оказалась совсем не дома, а в белом казённом коридоре. Чтобы понять, как меня сюда занесло и почему, мне потребовалось не меньше получаса. Но когда до меня дошло, я чуть не спятила. В три скачка я снова очутилась возле проводника и заорала.

– Я жива, Елизар! Я жива!

Проводник ошеломлённо уставился на меня.

– Я в больнице, в Елизаветинской, в нейрохирургии. Моё тело. Там мама в холле на диване спит. А я под мониторами лежу.

– Быть не может, – прошептал Елизар.

– Может! Я видела ритм на мониторе!.. Эй, ты чего?

Мой приятель побледнел.

– Лера, выходит я чуть не убил тебя! Я пытался отправить тебя дальше, не поинтересовавшись, где ты и действительно ли мертва. Я никогда не видел, чтобы душа могла так разгуливать отдельно от тела, и просто не удосужился проверить.

– Так, Лосяш! Отставить самобичевание! Тем более, я всё равно не знаю, как вернуться в тело. Но главное, тело ещё живо.

– У нас есть это, – Елизар достал из кармана колбу некроманта. – Если псих был хороший зельевар, этот состав заставляет душу прорасти в тело.

– Полнолуние уже прошло.

– Попробовать стоит. Луна ещё не зашла, в запасе час… И ты в своё тело возвращаешься, а не пытаешься занять чужое. Всё может получиться.

– Интересно, а можно жить с дырявой душой? – я уныло посмотрела на свою левую руку, первая волна эйфории прошла, и накатило ощущение, что не так всё радужно.

Но проводник не слушал моё нытьё, он вызывал такси. По дороге он набрал какого-то знакомого, который работает на скорой, тот созвонился со своим знакомым и так далее. Теория шести рукопожатий в действии. В итоге каким-то волшебным образом Елизара согласились впустить в больницу в половине пятого утра через приёмный покой. Ещё удивительнее оказалось то, что на пути к моей койке его никто не остановил.

Я присела на матрас возле своего тела. Елизар набрал зелье в шприц, но вдруг застыл и посмотрел на меня с таким отчаяньем.