Ирина Котова – Месяц магии, капели и любви. 20 рассказов выпускников курса Ирины Котовой «Ромфант для начинающих» (страница 10)

Я встала.

– Но мне даже думать страшно, в каком они сейчас состоянии. Это кошмарнее тысячи собственных смертей. Я больше всего на свете боюсь причинить им боль и разочарование.

– Я много лет никому не предлагал этого, – медленно начал мужчина, глядя себе под ноги. – Потому что обычно такие попытки не приводят ни к чему хорошему. Но если ты захочешь передать семье что-то важное, я придумаю, как это сделать.

Мои несуществующие внутренности скрутило спазмом.

– Лучше и впрямь проветрюсь. Спокойной ночи.

До утра я в прямом смысле летала над городом. Меня словно затянул в себя полупьяный северо-западный ветер, который то взмывал в облака, то нырял в колодцы дворов, то ударялся о зелёные воды рек и каналов, поднимая свежие брызги. Не было ни холода, ни страха, только необузданный восторг.

Около десяти утра я собралась в призрачную, но антропоморфную форму и обнаружила себя в кафе, где Елизар как раз заканчивал завтрак. Проводник в этом своём причудливом пальто вновь выглядел свежим и бодрым и что-то увлечённо зарисовывал карандашом в блокноте.

– Отличный вид! – он бросил на меня короткий лукавый взгляд.

Я оглядела себя. О, как! Я, оказывается, могу менять образ. Сегодня на мне красовалось полосатое пальто с брошками-мухоморами на воротнике. И волосы заплетены в «корзиночку». Знать, перед новым приятелем выпендриваюсь.

Проводник рассчитался, и мы отправились на обещанную консультацию «кинолога». В кабинете эксперта царил апокалипсический бардак, выдающий в хозяине творческого человека.

– Лёва, будь здоров!

– О! Ты, Лосяш?

Лысоватый мужик в толстовке с надписью «Не Хемингуэй меня!», который пожимал Елизару руку, был абсолютно беспросветно слеп.

– Я, Лёвушка. Пришёл навестить твои картотечные мозги.

– А Лев Лосяша не скушает, – давясь смехом, уточнила я.

– Ты, смотрю, не один пришёл.

Веселье как рукой сняло.

– Он меня видит?!

– Он тебя не видит и не слышит. Зато отменно чует, – просветил Елизар, а потом ответил уже своему приятелю. – Да, я с подружкой.

– Особенная, видать, подружка. За восемь лет ты впервые ко мне в такой компании.

– Какая грубая провокация! – усмехнулся проводник, приземляясь на барное кресло прямо поверх каких-то тетрадей и шарфа. – Что бы я ни ответил, она мне потом мозг чайной ложечкой выест.

– А она мне уже нравится.

– Мне тоже.

Слова возмущения застряли у меня в горле, но Елизар как ни в чём не бывало продолжил.

– Ты лучше скажи мне как эксперт, адские псы могут навредить живым? И как может пёс разгуливать в пограничье без ошейника?

– Странное дело, – Лев сел в своё кресло-трон на колёсиках. – За последние полгода ты второй, кто со мной на эту тему беседует.

Проводник подобрался.

– Приходил ко мне осенью мужичок один по знакомству. То ли из ваших ультразрячих, то ли некромант. Был глубоко в теме. Расспрашивал, почему загробный пёс может задержаться в нашем мире. А причин может быть только две: не нашёл добычу или гуляет не на привязи. У меня когда студиозусы для одной из книг древние источники шерстили, наткнулись на мнение, что загробные псы с аппетитом жрут души, а останавливает их только ошейник. Пока пёс в ошейнике, он выполняет команду «догони и принеси». Но если ошейника нет, то нет и обязательств перед Хозяином.

– А если он съел, а не приволок душу на тот свет, там не заметят недостачи? – поинтересовалась я.

– Если один пёс ест души, то они на тот свет не отправляются, и на охоту за каждой на девятый день приходит новый пёс, – задумчиво проговорил Елизар.

– Да, я тоже к таким выводам пришёл, – кивнул псевдокинолог. – Они будут всё прибывать да бродить по улицам. И чем это нам грозит – неизвестно. Есть ли какая-то критическая масса, ограничено ли число посланников, будут ли они между собой собачиться? Неизвестно. И по первому твоему вопросу всё довольно туманно. Вроде в некоторых преданиях говорилось, что из пасти у псов капает ядовитая слюна, которая душу прожигает, растворяет. Но для живых она не опасна. Псы ведь в мир живых не вхожи, только в пограничье, как вы, проводники.

Мы с Елизаром переглянулись.

– А ты, кстати, знаешь, что за последний месяц несколько ваших умерли? Вот вчера одного нашли. На парковке в торговом центре сердце остановилось.

Я увидела, как у моего приятеля напряглась челюсть.

– Не знал. Это ты среди богемы крутишься, всегда в курсе сплетен.

– Ты меня сейчас оскорбить хотел? – расхохотался Лёва.

– Слушай, Лёвчик, может ты чисто теоретически знаешь, если на пса опять ошейник надеть, он обратно на тот свет уйдёт?

– Да уйдёт, наверное. И у остальных сработает условный рефлекс, когда их собрат с полным пузом душ к Создателю вернётся… Теоретически. Я так понимаю, у тебя интерес практический? Повстречал такого псинку?

– Повстречал, – мрачно признал проводник.

– А где ошейник, знаешь?

– Нет.

– Я тебе найду контакты того некроманта. Не зря он мне три дня подряд мозги плавил.

– Добро. А как он свой интерес объяснил? Ты же, наверняка, бартером работал. Информация за информацию.

– Говорил, записи какого-то предка своего расшифровал. А там зелья на основе слюны загробного пса. Всё как всегда: могущество, бессмертие, вечная молодость.

– Интересно, он убил кого-то, чтобы подманить пса?

– Вроде про манок какой-то обмолвился. Но мог и жертву принести, какой только дичи люди не творят.

– Как можно было незнакомому психопату такую информацию раскрывать, – зашипела я, не в силах сдерживать возмущение.

– К Лёве такие каждую неделю ходят. И, в основном, это просто пустые разговоры, бесконечно далёкие от реальности.

– А какой тогда смысл…

– Идеи. Из таких бесед можно получить массу интересных сюжетов для повестей и романов. Это существенно, когда количество доступных ресурсов ограничено.

– Что, ругается барышня?

– Сеанс ворчания.

– Это она ещё не знает, что ты со мной тоже по бартеру работаешь.

Лев посмеиваясь достал смартфон и с помощью голосового набора связался с секретарём. Через пять минут мы уже были счастливыми обладателями контактных данных некроманта. Перед расставанием мужчины ещё некоторое время обсуждали техзадание на обложку к новой книге Лёвы, а я слонялась по кабинету, разглядывала книги и картины.

На улице я спросила:

– Не думала, что некроманты существуют. И что они делают?

– Проводят ритуалы на могилах, варят зелья, колдуют. Работают за деньги. Они тоже видят пограничье, но получают способности искусственно. Могут поймать свежую душу, задержать и выпытать секреты, заставить батрачить на себя. Но в основном это, конечно, шарлатаны. Атрибутика впечатляющая, а на деле – погремушки.

– «Некромант из Колпино» звучит очень пугающе! – хмыкнула я.

Елизар расхохотался.

– Не менее эффектно, чем «психагог с улицы Электропультовцев».

– Или маг с дороги на Турухтанные Острова.

– Фея из Купчино?

Почти весь путь до пункта назначения мы предавались топонимическому безумию. Я хрюкала и икала от смеха. Елизара возненавидели немногочисленные пассажиры автобуса.

Домик у адресата оказался под стать профессии – старый, мрачный. Забор местами покосился, ворота заклинило в открытом состоянии.

– Мне лучше сходить без тебя, – вдруг сказал проводник.