Ирина Комарова – Легкой жизни мне не обещали (страница 31)

Дима неторопливо двинулся в сторону автобусной остановки. Какое-то время, я колебалась. Все вопросы, которые я собиралась ему задать, теперь, после так удачно подслушанного разговора, казались неуместными. Срочно придумывать новые? Но тогда надо сначала проанализировать ситуацию.

Я высунулась из-за ларька. Диму уже не было видно. Или это его спина мелькнула далеко впереди? Господи, да что же я стою! Проанализировать все можно будет и потом, а сейчас надо бежать за ним! Даже если я не узнаю сегодня ничего полезного, хоть пресловутый «контакт» налажу.

Диму я догнала, когда он уже миновал автобусную остановку – на мое счастье, он не пожелал воспользоваться услугами общественного транспорта. И радость от встречи с ним, мне даже изображать не пришлось. Сам Дима отнесся к моему неожиданному появлению гораздо более сдержанно. Когда я, с каким-то нелепо-восторженным восклицанием, вцепилась ему в рукав, он вынужден был остановиться и посмотреть на меня. Но взгляд этот был полон, если не откровенной неприязни, то холодного равнодушия.

– Дима, как здорово, что я тебя увидела! – продолжала радоваться я. – Мне, как раз, нужно с тобой поговорить!

– И о чем вы хотите со мной побеседовать? – спросил Дима, заметно выделив голосом «вы».

Я немного растерялась. Всегда трудно перестраиваться в ходе беседы, особенно, когда это происходит так резко.

– Прости… те. Всего несколько вопросов.

Он перевел холодный взгляд на свой рукав и мои пальцы непроизвольно разжались.

– Простите, – повторила я, уже увереннее. В конце концов, в чем дело? Я этому человеку ничего плохого не сделала, и он не имеет никакого права так себя вести. Может, Дима и считает, что выглядит, как крутой мачо, но я вижу только плохое воспитание. – Я думаю, Андрей Николаевич предупредил вас.

– Да, он что-то такое говорил, – неохотно подтвердил Дима. – И где мы будем разговаривать? Поедем к вам, в агентство?

Я посмотрела на него с удивлением:

– Если желаете. Но придется ехать на автобусе, я без машины. А можем вернуться к вам в офис.

– Если недолго, то можно здесь поговорить. Что вы хотите узнать?

Глава восьмая

Разговор с Димой много пользы не принес. На вопросы он отвечал, но так осторожно и обтекаемо, что ничего, кроме раздражения, у меня не вызвал. Зато домой я вернулась, как примерная девочка, в половине восьмого.

Увы, оценить этот подвиг было некому. Родители повели учеников в театр (точнее, пошел класс мамы, папа просто не захотел отпускать ее одну). Ну да, остались еще в нашей системе народного образования учителя, которые беспокоятся о культурном развитии учеников. Водят их в театры, в музеи, устраивают экскурсии. И в дни школьных каникул эта работа идет наиболее активно. А что, вы об этом не догадывались? Знаете, я вас не виню. Если почитать наши газеты, да посмотреть телевизор, то любому станет ясно, что типичный современный учитель – это злобная тетка предпенсионного возраста, страдающая шестью видами неврозов одновременно, ненавидящая детей и озабоченная только тем, как бы содрать побольше денег с родителей. Что ж, если вы привыкли думать именно так – дело ваше. Просто поверьте мне на слово – есть и другие. Для которых, «сеять разумное, доброе, вечное», не пустой набор слов, не замыленный лозунг, а глубокая душевная потребность.

Одним словом, родителей дома нет, и вернутся они не раньше десяти, а то и половины одиннадцатого. Маринка что-то с утра говорила про концерт в филармонии – их консерваторский студенческий оркестр выступает во втором отделении. Значит и она явится не раньше. Редкий, я бы даже сказала, редчайший случай – целый вечер я буду дома одна! И могу устроить себе по этому поводу маленький праздник. Очень хорошо. Я отправилась на кухню и нажарила картошки. С тех пор, как у папы, четыре года назад, впервые был приступ язвенной болезни, картошку в нашем доме не жарят – употребляют только в вареном, в крайнем случае, в печеном виде. А я сделала себе большу-ую сковороду, причем зажарила тонкие ломтики так, что вилкой не проткнешь – приходится есть руками. Маринка называе это блюдо: “оголтелая картошка”. Ну и что? А я, именно такую, с детства люблю. Еще я сварила какао и устроила настоящий “пиргорой”.

Вы не поняли, в чем тут праздник? Дескать, икра с ананасами в шампанском, это да, это понятно – есть чему порадоваться. А картошка с какао… Ну не поняли, и ладно. В конце концов, вкусы у всех разные и взгляды на красивую жизнь тоже. Я, кстати, икру вовсе не люблю, ни красную, ни черную. И вообще, я что сказала? Я сказала – «маленький» праздник.

Закончив пиршество, я убрала все следы (не только помыла посуду, но и кухню тщательно проветрила, чтобы от жареной картошки даже запаха не осталось) налила себе еще одну чашку какао и устроилась на диване. Включила телевизор – там заканчивались новости. Специально для меня, симпатичный молодой диктор коротко повторил основные события за день и пообещал, что после короткой рекламы мне расскажут о погоде. Реклама оказалась не такой уж короткой, но все-таки закончилась. И насчет прогноза погоды, диктор не обманул – не менее симпатичная девушка начала рассказывать о движении циклонов и антициклонов. Не то, чтобы меня очень волновала сама погода, но мне нравились сопровождающие рассказ картинки. Мультипликационные солнышки, облака и снегопады были сделаны очень забавно.

Два коротких звонка в дверь оторвали меня от этого увлекательного зрелища. Маринка. Собственно, у каждого из нас имеются ключи от квартиры, но их надо искать в сумке, доставать… И вообще, когда ты звонишь в дверь, домашние имеют возможность обрадоваться твоему приходу. Я обрадовалась и заторопилась в прихожую.

Едва закрыв за собой дверь, сестрица принюхалась:

– Картошку жарила?

– Нет, – уверенно соврала я. Соврала, потому что иначе последовал бы нелепый вопрос: “А почему мне не оставила?” Между прочим, сама Маринка, в таких случаях никогда со мной не делится. – Наверное, от соседей пахнет.

– Тогда открой форточку.

Маринка, хотя она в нашей семье и младшенькая, советы раздает щедро. Однажды я за ней записывала, а потом посчитала. Получилось семнадцать советов за час, то есть примерно каждые три с половиной минуты. И это я считала только то, что относилось ко мне – а ведь родителей она тоже не обделяет вниманием. Как правило, я на ее указания внимания не обращаю, но сегодня прислушалась к мнению сестры. Может, я действительно, недостаточно хорошо проветрила кухню?

Я открыла форточку и вернулась в комнату. По телевизору уже шел какой-то концерт. На экране появились три девушки, очередная супермодная группа. Я не слишком внимательно слежу за нашей эстрадой, поэтому не могу сказать, как они назывались. Петь девушки не умели, и я почти сразу убрала звук, а вот смотреть на них было приятно. Ухоженные, изящные, легко и красиво двигающиеся. Особенно хорошо пританцовывала та, что в центре. Вот это движение рук неплохо было бы запомнить, и этот поворот тоже. Вдруг и мне когда придется потанцевать.

А та, что слева, похожа на Кристину. Такие же длинные светлые волосы и пухлые, ярко накрашенные губы. И одета в том же стиле, только цвет отличается. Эта девица вся в белом и серебряном, а Кристиночка предпочитает красное. А так – у обоих обтягивающие брючки с люрексом, мягкие, выше колена, сапоги, блестящий тесный топик… нет, Кристина, разумеется, была в пушистой короткой шубке. Но под шубкой у нее, вполне мог быть и топик.

А кстати, о Кристине! Я же хотела поговорить о ней с сестрой!

– Марина, – позвала я, – ты где?

– Умываюсь, – донеслось из ванной.

О-о, это надолго. Пока Маринка смоет свою боевую раскраску, не то что эта группа допоет, весь концерт закончится.

– Потом домоешься, не облезешь! Или сюда скорее!

– А что случилось? – сестрица появилась в дверях, осторожно промокая лицо полотенцем.

– Вот, посмотри, – ткнула я пальцем в экран. – Знаешь этих?

– Нет, – Марина удивленно посмотрела на меня. – Очередная фабрика какая-нибудь? Зачем они тебе?

– Они мне не нужны. А вот на беленькую, посмотри, с длинными волосами. Она тебе никого не напоминает?

– Напоминает.

– Кого?! – я даже с дивана вскочила.

– Еще сто тысяч таких же крашеных дур, – спокойно ответила сестра. – Ты не поленись, выйди на проспект, они там косяками ходят, как треска в океане.

– Тьфу ты! – я снова плюхнулась на диван. – Ну что ты за человек, Маринка! Неужели тебе трудно нормально ответить?

– Хочешь получить нормальные ответы, задавай нормальные вопросы.

Я уже говорила, что моя сестра всегда права? Об этом не спорят, это просто задано в условии задачи.

– Хорошо, – покорно сказала я. – На самом деле, эта беленькая девица, похожа на некую Кристину Гордееву, которая тоже закончила музыкальное училище. Шесть лет назад. И я хотела узнать, может, ты ее помнишь?

– Я была на втором курсе, а она на последнем, – быстро подсчитала Маринка. – Нет, так, навскидку, не помню. С какого она отделения?

– Не знаю. Слушай, а ты не можешь, вроде бы невзначай, зайти в училище и поспрашивать? Может кто-нибудь ее вспомнит? В учебной части, или из преподавателей кто?

– Тебе это по работе нужно?

– Ну да. Надо бы об этой дамочке узнать побольше.

– Сплетни годятся?

– Сплетни, слухи, все, что угодно. Естественно, с пометками – что достоверно, а что под сомнением.