Ирина Клокова – Охота на Зверя из песни вороны (страница 12)
Дверь настежь распахнулась. Под столом Варис смогла рассмотреть в тусклом свете лампы только пару подозрительно знакомых ботинок. Таких же, как у нее. Варис выбралась из-под стола довольно быстро, но обладатель ботинок сообразил быстрее.
– Стой! – Варис выскочила за ним в коридор.
Свет отдалялся, и она устремилась за ним, как мотылек. Пробежав насквозь несколько темных помещений, она почти кубарем скатилась по какой-то лестнице, пробежала коридор, схватила мелькнувший кончик плаща. Раздался треск рвущейся ткани, и Варис осталась с оторванным карманом в руке, из которого вылетел прямоугольник картона. Замешкавшись, она подхватила его, выскочила в полуоткрытую дверь и, как вкопанная, остановилась посреди большого хранилища, освещенного тусклым электрическим светом. Самодельные провода опутывали покрытые копотью стены, железные стеллажи и деревянные ящики были свалены в одну кучу, а почерневшие остатки книг – в другую. Дневной свет лился из обвалившегося потолка и падал на глиняный барельеф. Варис с трудом сдержалась, чтобы не открыть рот от изумления. Она попала в зал литературы до Первого Катаклизма. На барельефе в анфас была изображена прислонившаяся к чудесной березе богиня. На коленях у нее лежало свитое гнездо: Мастор. Ладонями она как бы заслоняла его от враждебного мира. На одном ее плече сидел взъерошенный воробей, а на другом – важная ворона. Втроем они с любопытством взирали на гнездо, в котором лежало яйцо.
Варис захотелось подойти и провести по грязной поверхности пальцем, но она не осмелилась. Взглянув на свою руку, она скрипнула зубами. След таинственного обладателя фонаря, конечно, уже остыл, но осталась карточка. Это был читательский формуляр. Сердце Варис тревожно забилось, потому последней она увидела фамилию Нокка. Он брал ее год назад, до пожара.
– «Небесная механика в 50 томах. Том 13. Полеты со скоростью песни», – тихо прочитала Варис.
Вдруг раздались глухие голоса, шарканье ног: левая дверь на противоположном конце распахнулась, и оттуда вывалились двое спорящих людей. Кожа женщины была смуглой, почти золотистой, волосы черными кудрями обрамляли широкоскулое лицо, а в ярко-голубых глазах светился незаурядный ум. Она отряхнула ладони о плотные штаны и немного лениво отбросила полу куртки, показывая кобуру. Лицо молодого ваганта было не примечательным: длинное, бледное и насколько обыкновенное, что сразу же забываешь, стоит лишь отвернуться. Разве что шрам, прочертивший правую бровь, хоть как-то оживлял его. Вагант был долговязым, белозубым и слегка сутулился. Длинные пепельные волосы закручены на затылке в пучок. Вместо левой руки – самопальный протез из чудесного дерева.
– Даалия, ты это видишь? – спросил он, указывая на застывшую в нерешительности Варис. Назад дороги не было, а вперед она не прорвется.
Ей подходило это имя. Зубная, резкая «д», тягучие гласные, мягкость среднеязычной «л». Как песня. Не вороны, конечно. Вороны не поют.
– Вижу, – женщина кивнула, вытащила пистолет и взвела курок. – А вот кто она такая? И что здесь делает?
Вагант с интересом обошел Варис и остановился за ее спиной, отрезая путь назад.
– Я немного заблудилась, – Варис постаралась придать своему голосу уверенности. Она очень надеялась, что во время бега шарф не сбился.
– Да, кажется, так оно и есть, – нахмурился вагант. – Мало кто может пробраться так далеко на северо-восток, а еще меньше оказываются именно здесь, в сгоревшей библиотеке.
– Только не говори, что пришла сдать книгу, – Даалия кивнула на кусок картонки в ее руке.
– Вот это умора, – хихикнул из-за спины Варис вагант.
Она резко обернулась. Хоть пистолет был у Даалии, почему-то именно вагант казался опаснее.
– Не совсем. Я… ищу Нанкита.
– С какой стати тебе нужен этот чокнутый? – цокнула языком Даалия.
– В городе говорят, что Нанкит видит сны о небесном Звере, – выпалила Варис.
– Нанкит просто так ни с кем не разговаривает. Ты должна предложить что-то взамен.
– Что взамен? А как я узнаю, что вы приведете меня именно к Нанкиту?
– Нанкит торгует самым ценным товаром в Масторе – информацией, – вагант важно поднял палец.
– У меня есть информация. Я знаю кое-что об убийстве ученого Нокка.
Даалия фыркнула:
– Я тоже знаю: его укокошил какой-то подменыш. Такое бывает, иногда их сбоит.
И тут Варис впервые за долгое время улыбнулась. Из-за непривычки походило это больше на гримасу.
– О, нет, ты ошибаешься.
Вагант вышел из-за спины своей спутницы? телохранительницы? и бесцеремонно размотал шарф Варис.
– Так это была ты. Ты – подменыш с волей. Любопытное совпадение для одного дня, – восхищенно выдохнул он, рассматривая ошейник.
– Нет, это была не я, – Варис выдернула шарф у него из рук и перебросила через плечо. При этом протез Нанкита заклинило, и ему пришлось левую руку опускать правой. Дерево неприятно пульсировало, будто под ним копошились паразиты. – Я его не убивала, это сделал кто-то другой.
– И?
– Уже более ценная информация. Что скажешь, Нанкит? – Варис взглянула ему в глаза.
Даалия закатила глаза. Нанкит безоружно улыбнулся:
– Ты быстро догадалась. Похвально.
– Я очень догадливая, – буркнула Варис, хмурясь. – Так что насчет Зверя?
– Многие хотят получить информацию о Звере. Так что я пока рассматриваю предложения.
Варис прищурилась. Даалия явно скучала, а вот на лице Нанкита застыло какое-то детское предвкушение: он наслаждался ситуацией.
– Твой протез барахлит. Я… подменыш и смогу достать детали.
– Не, это меня не интересует. Она всегда такая: живет своей жизнью. Вот-вот взбунтуется и сбежит. Проснусь однажды, а ее нет. А где бы ты достала детали?
– Я бы смогла проникнуть на Вдовью Фабрику, – «наверное» – добавила про себя Варис, но сделала вид, что очень уверена.
– Нет, тоже не то, – он выглядел искренне озадаченным. – О, я придумал! Ты же институтский подменыш. Может быть, ты тогда поищешь ценную научную информацию?
– Как я попаду в город? Меня ищут за убийство! – возмутилась Варис.
– Которого ты не совершала? – уточнила Даалия еще раз.
– Я же сказала, что нет! О! – Варис осеклась, потому что она поняла, где сможет взять «ценную научную информацию».
Улыбка Нанкита стала шире.
– Ты что-то придумала.
– Ученый Нокк над кое-чем работал до… внезапной кончины. Если бы я смогла попасть в его квартиру, я бы нашла, чем он занимался.
– Может ли это быть то, за что его убили? – глаза Даалии сверкнули.
Варис медленно кивнула.
– Информация, за которую можно убить, – Нанкит прищурился, потирая подбородок. – Думаю, мы можем заключить сделку, достойную Небесного Зверя из Сада Хийси.
Даже Даалия улыбнулась, обнажая кривоватые белоснежные зубы, и вдруг, снова нахмурившись, подняла руку и призвала к тишине. Сначала Варис ничего не услышала, но вскоре в одном из ящиков раздалось отчетливое копошение. Даалия нахмурилась сильнее, пошарила по углам, подняла с пола обломок арматуры и вонзила его в ближайший. Навалившись всем весом, она поддела крякнувшую крышку в два подхода, отбросила ее в сторону вместе с железкой, выхватила пистолет и наставила на то, что было внутри.
– А ты еще что такое?
– П-простите, – раздался писклявый голосок. – Я прятался. Э-ээ, дремал. Чуточку.
Варис заглянула внутрь, а следом на нее навалился дышащий кофе и слегка сигаретами Нанкит, которого она отпихнула локтем. Внутри ящика, среди подгнивших описок сидел огромный грустный бобер. Самый обыкновенный бобер (даже так – Бобер), только метр в холке. Он скорбно прижимал лапки к груди.
– От кого это ты прятался? – Даалия дернула пистолетом, и вслед за ней нервно дернулся Бобер.
– От меня, – устало раздалось из-за груды столов.
Все трое вытаращились на немолодого мужчину с роскошными седыми усами, одетого в грязноватый камуфляж. Вокруг лысой макушки, словно лесок вокруг гладкого озера, топорщились остатки не менее шикарной шевелюры.
– Ты?..
– Браконьер, к вашим услугам. – Браконьер отряхнул от опилок панаму и нахлобучил на голову.
– «Бэшки» Орвока! – зашипела Варис. Вот почему Бобер показался ей таким знакомым!
Нанкит удивленно присвистнул. Даалия фыркнула. Она на всякий случай махнула пистолетом в сторону притихшего Бобра.
– И что же вы тут делаете? Оба?
– Понимаете, – пискнул Бобер. – У нас было задание… Выслеживать Зверя Хийси, но этот…
– Но я немного увлекся другой добычей.
– Совершенно не немного! – возмутился Бобер. Его черные глазки обиженно заблестели.
– Так, давайте все разберем по порядку: на вкус он не сладкий… Тьфу, ты, это про другое, – Браконьер почесал в затылке. – Итак, нас ведь никто не спрашивал. Избирают в народную дружину голосованием, а голосуют, как правило, за тех, кто никому не нравится. Я вот точно знаю, что никому не нравлюсь! Я ни одного зверя не поймал. Нарочно! – он стукнул себя в грудь с гордостью, будто показывал орден.