Ирина Клокова – Охота на Зверя из песни вороны (страница 11)

Счет времени в лесу она потеряла, и идти напрямую, к ее раздражению, конечно, не получалось. Уже почти у самой кромки попался широкий овраг, присыпанный снежком. На его дне чернели измученные зимой кустарники. Варис пришлось разворачиваться и идти назад, потому что упрямый овраг никак не хотел пускать на север, а будто заманивал обратно в лес. Наконец, раздвинув очередные еловые ветки, Варис оказалась на краю астроблемы. Зловещий лабиринт и руины, оставшиеся от сгоревшего библиотечного корпуса, выглядели как рассыпанная по блюду кучка гадательных костей. Варис невольно обхватила себя руками. На открытом пространстве она ощутила, что с востока тянет печалью Перста и Длани и смогла сориентироваться.

Усик строго-настрого запретил соваться в руины, тем более ночью, но у Варис не было выбора. Может под покровом темноты удастся остаться незамеченной? Главной проблемой оставались летучие детки, которые могли увидеть упавшего сородича и выследить Варис. Даже если Орвок разобрался со второй, могли быть еще. В одиночку они почти не бродили, а нападали группами, всем стадом и разрывали на части. Она закусила губу, прикидывая, как добраться до ближайшей башни, чтобы осмотреться. Темным остовом она торчала впереди, как гномон. Сжав и разжав кулаки, она съежилась, будто это могло сделать ее незаметнее и, дождавшись, когда луну закроют тучи, съехала с пригорка в сугроб, желая, чтобы снова пошел снег и укрыл следы. Медленно, шаг за шагом, она дошла до кучки камней, потом до следующей. Сверху казалось, что башня близко, но плоскость скрадывает расстояние, и она потратила час в упорном продирании через снежные наносы и кусты зимних роз. Ветер и влага сделали наст твердым: Варис почти не проваливалась.

Башня отбросила на Варис свою тень, и она пискнула от облегчения, хотя обычно таких звуков не издавала. Донжон был наполовину обглодан временем. От середины и до низа не хватало приличного куска, будто кто-то откусил от нее кусок. Запинаясь, Варис залезла внутрь. Ноги заледенели и не хотели сгибаться. Лестница, как ни странно, была цела, а там, где все-таки разрушилась, виднелся ремонт: то свежая доска прибита на месте разрушившейся ступеньки, то дырка в стене прикрыта куском фанеры. Не только Варис догадалась, что с высоты можно осмотреть руины.

Осторожно держась за обледенелые камни, она поднялась, но не сразу решилась выглянуть через узкое окошко-бойницу наружу. Варис привалилась к стене и сползла по ней, чувствуя себя невероятно сонной от холода. Пальцы в паре к ногам тоже не гнулись. Засыпать было нельзя, иначе она не сможет вовремя завести механизм. Варис с трудом вытащила из-под ворота ключик и взглянула, как он тускло блеснул. Расстегнув комбинезон, она не с первого раза нашла скважину, а когда нашла, то надолго замерла, борясь со сном. Мелодия не заиграла, но время близилось к полуночи, и Варис повернула ключик двадцать четыре раза. После этого она вроде как отрубилась ненадолго, потому что резко очнулась с ключом в груди. Что-то чиркнуло о камни снаружи. Будто ветка. Вынув ключ, Варис застегнула замок и подползла к окну. Выглянув, она подумала, что все еще спит.

Он стоял возле кустов зимних роз и лениво жевал лепестки. У Варис глухо забилось сердце. Веки ее смеживались, зрение расплывалось, ноги и руки ослабли.

Небесный Зверь из Сада Хийси был совершенно не таким, как описывали в книгах: намного прекраснее и ужаснее. Варис сползла по стенке и закрыла глаза, бормоча те самые строчки, вычитанные в огромной книжке из библиотеки Таки:

– Голова из пня гнилого

И рога из веток ивы;

Вместо ног – тростник прибрежный,

Из болотных трав – колени,

Из жердей – спина у лося,

Из сухой соломы – жилы,

А глаза – цветок болотный,

Из цветов озерных – уши,

Из коры сосновой – кожа,

Из бревна гнилого – мясо.

Варис вроде как задремала, убаюканная холодом. Или не просыпалась. В любом случае, ей снилось, что это она – Зверь из Сада Хийси – убегает от Банкирши и Браконьера с Бобром. Она скачет между деревьями, и из раны в боку льется звездный свет, тот самый, что небеса видели до Сеппы-кузнеца. Она чувствует, что на нее наведена винтовка, поэтому собирает последние силы и прыгает высоко в воздух, чтобы сбежать в Сад Хийси. Или по звездному пути найти путь домой? Мгновение кажется, что все получится, пули летят мимо, но рана слишком ослабила ее, и она падает в сугроб на дно оврага.

А на дне ее поджидали глазастые тени.

Варис открыла глаза, разогнулась, хрустнув, как замерзшая ветка, и выглянула в окно. Буран замел вчерашние оставленные Варис следы. Она украдкой взглянула на кусты зимних роз, но не смогла рассмотреть, были они объедены Зверем или ей это все-таки приснилось. Ее беспокоило, что Зверь ранен, а значит, не сможет долго убегать от «бэшек» Орвока. Только бы не детки! На Фабрике его точно разберут на запчасти. Варис покачала головой: это просто сны, зачем Зверю являться ей?

Варис нахмурилась. При ясной погоде она увидела, что руины библиотеки совсем близко: час-два пути. После вчерашнего падения комбинезон пестрел дырами, но чинить его было нечем. Больше всего Варис волновала цепь. Она осмотрела отгрызенный конец: рунная печать была повреждена, но она все еще была прикована к Орвоку. Если он выжил после нападения деток (а Варис была уверена, что выжил, ибо такие легко не сдаются), то пока что не догадался ее позвать или же сначала собирался за ней проследить. Вдруг она глава какого-нибудь тайного восстания вагантов? Так что Варис решила, что нельзя медлить, замотала на шее шарф и, перепрыгивая через ступеньки, скатилась с лестницы в сугроб, образовавшийся у подножия башни.

С опаской она оглядела кусты зимних роз, не нашла ничего интересного, следы замело, но на всякий случай аккуратно отломила немного пожеванный цветок и сунула в карман. Возможно, его обглодало какое-нибудь дикое животное, а может быть…

Варис шла по кромке астроблемы на северо-восток около часа. Хвойный лес стройными пиками толпился по краю, не решаясь сползать вниз. Руины сначала еще вырывались из-под земли, но с продвижением в центр почти исчезли, будто побаивались. Наконец, Варис обошла небольшой холм и оказалась прямо перед покосившейся оградой со столбиками-пиками и железными воротами. Одна из створок отсутствовала, поэтому вторая накренилась вперед на нижней петле. Снега было немного: его выметал бешено свистящий между холмами ветер. Варис придержала шарф, еще раз осмотрела подозрительно утоптанные дорожки и решительно вошла во внутренний дворик.

Библиотека первого корпуса когда-то возвышалась на пять этажей, но сейчас была жалкой развалиной. Варис прошла мимо очередной статуи Сеппы-кузнеца и осмотрела выбитые провалы окон, наспех закрытые фанеркой, обглоданные огнем стены, провалившуюся крышу. Здание стояло буквой «п», и правая ножка, примыкающая к холму, пострадала больше. Главный вход предусмотрительно заколотили, но Варис обошла здание по часовой стрелке и возле склонившихся друг к другу дубков нашла окно на первом этаже, через которое можно залезть. Неловко подтянувшись, она попыталась что-нибудь разглядеть внутри, но темнота была слишком густой и зловещей. Так что Варис не стала выдумывать себе чудовищ, а вывалилась внутрь, подняв облачко пыли.

Сквозь прохудившуюся крышу проглядывал сумрачный свет. Она очутилась в длинном коридоре, ведущем в левое крыло. Вряд ли там что-то сохранилось, поэтому Варис решила не терять времени и сразу направилась в хранилище.

Она шагала тихо, но все равно каждый шаг нарушал покой этого заброшенного места. Пахло сладковатой плесенью, сыростью и как будто совсем немного гарью, хотя Варис подозревала, что это у нее воображение разыгралось. Когда она вышла к центральному входу, то увидела следы свежего кострища посреди вестибюля. Не разыгралось, значит. Воровато оглянувшись, она провела ладонью над углями. Они были холодными, но это не исключало, что разжигатель костра не вернется. Чуть расслабившись, Варис отыскала глазами стойку регистрации читателей. Ничего полезного там не обнаружилось, но она смогла разжиться планом здания. Спустя пять напряженных минут Варис стояла в одном из уцелевших залов и пыталась отыскать что-нибудь среди пепла.

– Открывайся, ты, железка вонючая, – зашипела она, дергая оплавленную ручку каталожного ящика.

Варис уперлась ногой в шкаф, подергала еще раз, но добилась лишь того, что он опасно накренился и, качнувшись на передних ножках, шумно и тяжко вернулся на место. Звук заставил ее съежиться. Секунду стояла оглушительная тишина, а затем пол под Варис заскрипел, и не успела она даже пикнуть, как рухнула вниз и свалилась на диван. Подкопченые огнем доски не выдержали: шкаф полетел следом, и она еле успела откатиться в сторону. Железка деловито отломила у дивана подлокотник, крякнула, соскользнула, прислонилась к стенке и издевательски распахнула заедающий ящик перед Варис. Пыль потихоньку улеглась, и в тусклом свете, льющемся из потолка, предстало одно из помещений книгохранения.

Отфыркиваясь, Варис изумленно огляделась. Ей повезло упасть в небольшую служебую каморку с диваном, столом и парой шкафов с документацией. Книги почти не пострадали. Варис стянула с полки томик препаршивых стихов местного поэтического кружка (одна половина о любви к Мастору Великому, а вторая – вроде бы просто о любви к юношам в трамваях и девушках в кафе), потом какое-то невероятно скучное сочинение о физиологии жукоглавцев с подробными анатомическими картинками. Положив его на место, Варис наобум подергала ящики стола, но все они оказались заперты. Поднырнув под него, она на всякий случай проверила наличие потайных кнопок. Когда она уже подумывала бросить это дело и начать искать выход, то заметила под дверью свет. Варис моргнула. Нет, ей не показалось. Вслед за светом послышались торопливые шаги, и сердце ее сжалась от страха. А если ее нашел кто-то из «бэшек»?