Ирина Кизимова – Убийство в замке Честертон (страница 6)

– Вы правы. После свадьбы Оливия в любой момент может остаться вдовой.

– Рад, что вы честны со мной, мистер Картер. Вижу, вы неплохой человек.

– Пока придерживаюсь того же мнения относительно вас.

– Похоже вы не изменяете себе даже на отдыхе.

– Это привычка. Я невольно составляю образ каждого в своей голове.

– Образ?

– Так я называю общую совокупность данных. Собираю факты о прошлом, слежу за эмоциями и манерой речи, подмечаю как меняется реакция на того или иного собеседника, выделяю особенности внешности и поведения. Любая мелочь в конечном итоге может сыграть важную роль.

– Такая масштабная работа, вероятно, полезна в ходе расследования, мистер Картер, но наверняка не играет роли в повседневной жизни. Я прав?

– Напротив. За свою жизнь я составил сотни образов и ни один из них не был бесполезен.

– У вас феноменальная память, мистер Картер!

– Не спорю, мне не за что жаловаться на память, и всё же часто приходится прибегать к этому. – он выудил из-за пазухи небольшую записную книжку. – Оливия часто шутит, что скоро их хватит на домашнюю библиотеку.

– Вы удивительный молодой человек, мистер Картер. Похоже теперь я понимаю, почему мисс Лоуренс проявила к вам благосклонность. Но простите старому дворецкому ненужное любопытство. Вы и на меня успели составить этот «образ»?

– Я в процессе, Гидеон. Хотите услышать, что я успел собрать?

– Временами рядом с вами я чувствую себя как на допросе. Но мне бы действительно любопытно узнать ваше мнение.

– Что ж. – задумчиво протянул Джонатан. – Вы выходец из знатной семьи, с детства обучались этикету, поэтому ваша речь, осанка и манеры поведения безупречны. Вам не нужны часы, поскольку ваши внутренние ведут верный отсчёт вплоть до минуты, но вы каждый раз смотрите на карманные, поскольку это подарок важного для вас человека. Краем глаза я заметил гравировку, могу предположить, что они от лорда Честертона или вашего отца. Для вас это равнозначные фигуры. Мне стоит продолжать?

Дворецкий молча кивнул, внимая каждому слову молодого инспектора.

– Вы проработали здесь всю жизнь и собираетесь скончаться в стенах замка. И последнее: вы настолько преданы хозяину, что способны даже зарыть труп в саду во благо семейства.

– Простите… Труп?

– Последнее просто шутка, Гидеон. – успокоил его Джонатан. – Вышло не очень, верно?

– Нет, что вы, мистер Картер. – натянуто улыбнулся дворецкий. – Порой я слишком стар для того, чтобы верно толковать специфичный юмор нового поколения. Благодарю за разъяснения!

Инспектор сдержанно кивнул, заметив, как задрожала чашка в руках Гидеона, когда звучала та самая невинная шутка. «Джонатан, не стоит пытаться копаться в семейных тайнах рода Честертон. Ты не для этого сюда приехал» – мысленно напомнил он себе, попытавшись сымитировать укоризненный тон Оливии.

– Надо признать, со всем кроме трупа вы угадали, мистер Картер.

– Я не угадывал, Гидеон. Это просто наблюдения. – пожал плечами инспектор и хотел было добавить что-то ещё, но фразу прервал настойчивый стук в дверь.

– М-мистер Браун. – раздался обеспокоенный женский голос. – М-можно войти?

– Да, Мэри, входи.

Стоило лишь прозвучать заветному разрешению, как дверь распахнулась, а на пороге показалась совсем юная девушка лет четырнадцати. Она сжимала в руках светлый фартук, нервно перебирая его. Джонатан подорвался и буквально усадил её в кресло.

– Что случилось, мисс?

– М-мистер Браун. Там у двери констебль Уилкинс, он с-срочно хочет видеть в-вас. – произнесла она, заикаясь.

«Вероятно, визит констебля был неожиданностью для замка Честертон, да ещё и в столь ранний час. Отсюда и такая реакция» – подумал Джонатан, оценивая обстановку.

– Мистер Картер, я…

– Я пойду с вами, Гидеон. – уверенно заявил Джонатан, перебивая дворецкого. – Если случилось нечто серьёзное, то констеблю Уилкинсу, вероятно, пригодится помощь коллеги. А если нет, то боле не стану вам мешать.

– Хорошо, мистер Картер. – быстро согласился Гидеон. – Сказать по правде, с вами мне будет спокойней. – он перевёл взгляд на горничную. – Мэри, выпей чаю и поешь, вернёшься к работе позже.

– А как же м-мис-сис-с Д-дженкинс-с?

– Не стоит беспокойства, Мэри. Если у ней будут к тебе вопросы, скажи, что это было моё распоряжение. Когда тебе станет лучше, убери со стола. – он повернулся к Джонатану. – Идёмте, мистер Картер.

Взволнованный констебль обнаружился у входной двери. Он был совсем молодым, вероятно только недавно заступил на службу. Бледное лицо и трясущиеся руки выдавали его с головой. Джонатан сразу понял – произошло нечто ужасное.

– Мистер Браун, простите за столь ранний визит. – его голос заметно дрожал.

– Доброе утро, констебль Уилкинс. Я могу чем-то помочь? – в отличие от констебля дворецкий вёл себя обычно сдержано. – Выглядите неважно. Подать вам чаю?

– Я…

– Инспектор Джонатан Картер, Лондон, Скотланд-Ярд. – тут же вмешался в разговор Джонатан. – Немедленно доложите о случившемся.

– Инспектор?.. – юноша аж дар речи потерял, вытаращив глаза на молодого человека, что выглядел ненамного старше его, но уже будто источал своим решительным видом непоколебимый авторитет. Однако времени на раздумья не было, так что констебль быстро собрался с мыслями и чётко произнёс. – Есть, инспектор! Мистер Фостер, поверенный лорда Честертона скончался сегодня ночью.

Где-то на заднем фоне послышались ахи и вздохи подслушивающей прислуги.

– Причина смерти?

– Ограбление, инспектор. Дом перевернули вверх дном, пока мне не удалось установить, что именно пропало. Тело мистера Фостера было обнаружено горничной за обеденным столом, он… Это ужасное зрелище, инспектор Картер. Я немедленно собираюсь связаться с Кембриджской полицией! Но подумал, что лорд будет злиться, если не сообщить ему первым… Свадьба ведь на носу, сами понимаете…

«Совершенное пренебрежение протоколом» – подумал Джонатан, но ругать юного констебля не стал.

– Прежде чем вы это сделаете, я бы хотел лично осмотреть место преступления. Идёмте.

– Мистер Картер, вам совершенно не обязательно… – начал было дворецкий, но инспектора уже было не остановить.

– Я побеседую с вами о жертве позже, Гидеон. Идёмте, констебль Уилкинс.

Они покинули замок около шести утра. Лошадь констебля уже ждала их неподалёку в компании подоспевшего конюха. Заприметив Джонатана, он заметно засуетился.

– Мистер Картер, погодите! Я подам вам жеребца!

Джонатан благодарно кивнул и в ожидании конюха занялся расспросом констебля.

– Где находится дом жертвы, констебль Уилкинс?

– Здесь неподалёку в деревеньке Пертенхолл. С тех пор как жена мистера Фостера скончалась от чахотки, он живёт один. Насколько я знаю, горничная не ночует в доме, как и его помощник мистер Филлипс. Мистер Фостер был со своими странностями, но дело знал хорошо.

– Поэтому и вёл уединённый образ жизни?

– Вероятно… Простите, инспектор Картер, я вступил на должность пару месяцев назад, поэтому не так хорошо знаю местных…

– Это был первый мертвец, которого вам довелось увидеть на службе?

– К-как вы узнали?.. – он тяжело вздохнул, смахнув выступивший на лбу пот, убирая на бок курчавую чёлку. – Мне приходилось видеть покойников на похоронах, но вот так… Никогда прежде.

– Вам придётся привыкать, констебль Уилкинс. Хоть в сельской местности трупы не такое частое явление, как в Лондоне, вам их не избежать.

– Позвольте бестактный вопрос, инспектор Картер. – констебль чуть закусил нижнюю губу, видимо обдумывая, как корректней сформулировать собственные мысли. Получив одобрительный кивок, он как на духу выпалил. – Сколько вам лет? На вид мы почти одного возраста, но вы так спокойны и собраны! Неужели совсем не боитесь вида… Трупов…

– Двадцать пять, но так получилось, что я всю жизнь сталкивался со смертью. Да и работа в Лондоне буквально каждый день обеспечивает наш отдел новыми трупами, для меня это дело привычное, констебль. Люди умирают в основном от голода или болезней, но иногда встречаются вещи похуже. Могу предположить, нечто подобное вы и увидели в доме покойного мистера Фостера.

Констебль потупил взгляд и кивнул:

– Я знаю, что должен быть сильным, но… Понимаете, теперь здесь нет никого, кто бы мог наставить и поддержать меня. Не то, чтобы я жалуюсь, просто, бок о бок с напарником легче пережить вид человека, умершего среди собственных испражнений… Это ужасно, мистер Картер. Вонь там такая, я чуть не выблевал кишки на заднем дворе. Стыд-то какой… Забудьте, пожалуйста!

– Вы не должны винить или стыдить себя, констебль Уилкинс. По началу всем мерзко и тошно смотреть на трупы, но со временем вы привыкнете к этой части работы. – он обернулся к конюшему. Тот вместе с коренастым мальчишкой лет восьми подвёл к ним великолепного вороного жеребца. – Благодарю вас за расторопность, господа, постараюсь вернуться, как можно скорее.

– Будьте осторожны, мистер Картер. Хорошей дороги. – поклонился ему конюший.

– Уголёк! Так его зовут! – выпалил кличку коня мальчишка. Конюший отвесил ему звонкую оплеуху, заставляя почтительно склонить голову.

– Простите, господа! У Оскара напрочь отсутствуют манеры. Сколько раз ему было говорено! А толку?!